ВИКТОР ПЕЛЕПЧУК: «Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ЛЮДИ ПОКУПАЛИ КАЧЕСТВЕННЫЙ ПРОДУКТ»

5 сентября, 2003, 00:00 Распечатать

Черновицкая ЧФ «Интервал» начала свою звукозаписывающую деятельность в начале 2002 года выпуском компакт-диска с рок-оперой «Енеїда»...

Черновицкая ЧФ «Интервал» начала свою звукозаписывающую деятельность в начале 2002 года выпуском компакт-диска с рок-оперой «Енеїда». Сегодня на счету студии еще пять компактов: «Доля» — произведения из вокального цикла Лысенко «Музика до «Кобзаря» Шевченка» в исполнении Андрея Шкургана; «Пробудження» — органная музыка в исполнении Владимира Кошубы; авторский альбом композитора и пианиста Сергея Бедусенко «Коли збуваються мрії»; «Мелодія» — фортепьянные произведения Мирослава Скорика в исполнении Романа Репки и «Барви» — музыка классической гитары Владимира Доценко. О деятельности и дальнейших планах студии рассказал директор ЧФ «Интервал» Виктор Пелепчук.

— Что побудило вас пойти в звукозаписывающий бизнес?

— В брежневскую эпоху, когда я учился, понял, что никому не нужен как музыкант. А во время перестройки наконец появилась возможность что-то делать. Но вместе с тем увидел, как актеры, народные артисты ходят с протянутой рукой. Тогда я перестал заниматься музыкой и ушел в бизнес. Основал фирму в 93-м году и еще тогда определил основные направления деятельности — звукозапись, организация концертов и так далее. Но нужны были средства, а на этом их не заработаешь. Поэтому я занимался коммерцией — делал все, что давало легальную прибыль, и эти деньги начал вкладывать в сферу искусства, если можно так сказать. Организовывал концерты в Черновцах, основал камерный оркестр «Консонанс», который выступал с концертной программой, потому что понимал, что нельзя заработать деньги, а потом приступать к концертным программам, студийным проектам — нужно было это делать параллельно. Когда появились кое-какие средства занялся студийными проектами. Тогда такой студии в Украине вообще не было, и она мне дорого стоила. К тому же у нас не было специалистов, нужно было людей посылать учиться. В Украине, кроме компьютера, я вообще ничего не покупал — все было куплено в Германии, в Гамбурге. Я лично выбирал оборудование, лично его перевозил, решал проблемы с таможней. Потом, когда наконец-то открыл это предприятие, начал искать проекты — что записать, как записать, чтобы привлечь к себе внимание. Обратился в своим друзьям, знакомым, людям, чего-то достигшим в жизни. Каждый артист мечтает иметь свой компакт, а я предлагал им самые лучшие условия. Например, если пишется фортепиано, то это «Steinway», — в Черновицкой филармонии есть «Steinway» в очень хорошем состоянии. Как понимаете, для каждого честь играть на таком рояле.

— Там вы записывали альбом Романа Репки?

— Да, там записывали Репку и Шкургана — «Доля», это мой первый диск. Для меня каждый диск дорог, но это первый. Шкурган за эту работу получил Шевченковскую премию. Это первая цифровая запись в Украине на слова Шевченко. И орган я тоже впервые записал в Украине — то была запись Кошубы. Вспоминаются интересные моменты во время записи: я обратился к мэру, и он перекрыл движение машин на улице, чтобы шум не мешал, частично писали ночью... Мы тогда пригласили патриарха украинской звукорежиссуры — Бильчинского Леонида Антоновича, и он сделал все на профессиональном уровне. У меня над проектами работают разные команды, то есть под каждый проект я подбираю специалистов, поскольку считаю, что не может один и тот же звукорежиссер одинаково хорошо писать джаз, фольклорную и классическую музыку.

— Следовательно, первым диском была «Доля», а не «Енеїда»?

— «Енеїда» — первый проект. Но она была записана еще в 89-м году — первая национальная рок-опера, автор — Сергей Бедусенко. И все. Она лежала на полке и никого не интересовала. А я, прежде чем записать «Долю», хотел немного сориентироваться. Дело в том, что мне неинтересно просто записать, отдать исполнителю, получить от него деньги и не знать, куда пошел продукт, что с ним происходит. Он должен быть в реализации. И я начал изучать, как это все происходит. Организовал издательство «Енеїди». Почему именно «Енеїди»? Во-первых, мне понравилось само произведение. Во-вторых, я увидел, что там когорта самых лучших исполнителей Украины — и никому это не нужно. Меня это поразило. Там Повалий, Билоножко, Хостикоев, Ступка, восемь народных артистов, а запись лежит и некому издать. Тогда мы с Андреем Даховским, генеральным директором Ukrainian records — это лицензиат Unіversal Music в Украине — садимся, обсуждаем этот проект и издаем вместе «Енеїду». Такой первый продукт студии.

— Остальные диски тоже вышли в сотрудничестве с Ukrainian Records?

— Все пять дисков. У нас соглашение о совместной деятельности. Через них я реализовываю компакт-диски, они занимаются дистрибуцией, имеют сеть магазинов и так далее.

— Как бы вы определили формат, в котором работает ваша студия?

— Я скажу так: студия работает в разных жанрах. И мы всегда будем работать в разных жанрах. Мы можем писать как классическую музыку, так и современную, популярную, а также фольклорную, джаз. У меня есть мечта — записать одну из симфоний Малера.

— Бедусенко — черновчанин, Шкурган тоже. Насколько тесно ваша деятельность связана с родным городом?

— Двери моей студии открыты для всех. Но с этими людьми я учился, с ними я начинал, и они первые откликнулись на мое предложение. Я хочу записывать исполнителей не только из Черновцов, не только из Украины, но и со всей Европы. У меня уже есть достижения в этом плане, например, я записал миланского баяниста. Затем готовлюсь записывать кларнетиста из Швейцарии, в октябре — итальянскую пианистку — профессора Миланской консерватории… Много планов.

— А чего ожидать украинской аудитории?

Очень серьезно буду работать над компактом рок-гитариста Сергея Шматка, у меня уже сложилось видение этого проекта. Это не так легко, потому что у нас на очень низком уровне искусство аранжировки. Почему-то некоторые считают, что если знаешь компьютер, то можешь быть аранжировщиком. Поэтому я сейчас и не берусь за попсовую музыку — мне не с кем ее делать. Бесспорно, таланты есть, но их нужно отыскать, научить. Качество должно быть везде — если вы берете фирменный диск, скажем, Стинга, вы сразу видите класс.

— Вы сказали, что в свое время почувствовали себя ненужным. А сегодня, по вашему мнению, молодой музыкант ощущает себя нужным? Вы лично планируете работать с молодыми?

— Мне повезло: на студию пришли музыканты уже с именем и этим сделали мне определенный имидж. Не нужно рекламировать Скорика или Шкургана — если они пришли на мою студию, значит, признали определенный класс. Я, честно говоря, сознательно это делал. Я буду работать с молодыми исполнителями, но тогда, когда сделаю студии имя. У нас, на мой взгляд, нет хорошего института импресарио. Нет продюсерских центров. Таланту очень непросто пробиться. И по классической музыке — ну сколько платят музыканту? Он лучше пойдет куда-нибудь и заработает деньги. Думаю, чем выше будет уровень жизни, тем более востребованными будут исполнители. Вот я был в Милане — там за день проходит десять-пятнадцать концертов классической музыки. И на все идет зритель.

— В Милане есть определенная культура слушателя. Есть ли это в Украине?

— Концерты, которые я делал, прошли с аншлагом. В свое время у меня вышел прибыльный концерт классической музыки. Я рассчитался с артистом, покрыл все затраты, и у меня осталась прибыль. В действительности рынок музыкальной классики есть — это могу заявить с уверенностью. Качественный продукт не может быть невостребованным. Нужно принести этот продукт тем, кто этого ждет. Я не хочу спекулировать на национальных чувствах, патриотизме. Я хочу, чтобы люди покупали качественный продукт. Моя студия такой продукт делает.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно