«Від «Суботи» до суботи». Почему на Берлинале проигнорировали наш фильм о Чернобыле

25 февраля, 2011, 14:11 Распечатать Выпуск №7, 26 февраля-4 марта

Мировая кинопресса обсуждает итоги Берлинского международного кинофестиваля. Победу на этом форуме снискал иранский фильм «Надир и Самин разводятся».

© Кадр из фильма «В субботу»

Мировая кинопресса обсуждает итоги Берлинского международного кинофестиваля. Победу на этом форуме снискал иранский фильм «Надир и Самин разводятся». А совместный украино-российский проект «В субботу» (о Чернобыле) вернулся домой без наград. Почему?

Набор фильмов в конкурсе Берлинале давно не выдерживает критики. В 2011-м это стало настолько очевидно, что, не будь в заложниках у иранского режима режиссера Джафара Панахи, «Золотого Медведя» пришлось бы разделить между двумя диаметрально противоположными кинопроизведениями.

С одной стороны — соцреалистическая драма сподвижника Панахи по оппозиции, иранца Асхара Фархади «Надир и Самин разводятся», с другой — интеллектуальный эстетский кинематограф венгра Бела Тарр «Туринская лошадь» (та самая, что свела с ума Фридриха Ницше).

Организаторы Берлинале развернули такую кампанию в поддержку иранского режиссера, что порой пафос солидарности кинематографистов вызывал у СМИ саркастическую усмешку.

«Надир и Самин разводятся», впрочем, остались на хорошем счету и у аплодировавшей публики, и у критики. Рейтинг международных кинообозревателей выставил фильму высший балл. Да и сама история супругов, которые переживают развод и разматывают в этом конфликте клубок неразрешимых вопросов, морально и этически не имеющих однозначного ответа, на редкость напряженное, драматургически хорошо скроенное кино.

Потенциальный соперник фильма Фархади «Туринская лошадь» к финишной прямой подошел с теми же цифрами рейтинга. Многие называют философское полотно Бела Тарр о конце света главным кинособытием фестиваля. «Туринская лошадь» — дежавю интеллектуального кинематографа на фоне современного социально-критического киноискусства. В прологе картины поминается история с Ницше, который закрыл своим телом от побоев бедную лошадь на туринской площади и впечатлился настолько, что потерял рассудок и замолчал до самой смерти. Что же было с лошадью? Бела Тарр отвечает на это продолжительным «гипнозом»: на экране монотонное рутинное существование крестьянина, его дочери и их лошади. Запрягают-распрягают, варят картошку, пьют самогон, ходят за водой. Шесть дней умирания под завывание ветра и депрессивный саундтрек. Гран-при жюри «Серебряный Медведь», подкрепленный призом ФИПРЕССИ, не заставили себя долго ждать.

Если же говорить о кино в его классическом понимании, с задачами художника «работать над образом», рассказывать одновременно человеческую историю и подниматься над ней до метафорических обобщений, то нынче такая «академичность» не в чести… От подобного кино, как от мужчины, подающего даме пальто, веет старомодностью. И вот переходим к фильму, с которым были связаны и наши фестивальные ожидания, – «В субботу»: режиссер Александр Миндадзе, продюсеры Олег Кохан и Александр Роднянский.

Герой этой ленты не «бежит» от взорвавшегося Чернобыля, а «идет» на свадьбу: пить, гулять, выяснять отношения с друзьями. И вот этого «маршрута» фестивальный зритель, живущий за пределами описываемой в картине реальности (в мире, где от катастроф принято спасать и спасаться), понять не может!

Различие культурных кодов, никуда не девшаяся «русская загадочность», накрывающая человека всего постсоветского пространства, и абсурд жизни, который давно принят как данность (все это есть в фильме Миндадзе), снова пошли вразрез с «видением» иностранного гражданина.

История с нашим фильмом, а вернее, тенденция восприятия наших картин на последних кинофестивалях в следующем…

Чем реальнее показана ситуация и чем честнее на нее реагирует герой, тем меньше в этот сюжет верит западный, восточный да весь прочий фестивальный зритель! Таков парадокс!

Точно так же, как не поняли в Каннах «Счастье мое», приняв знакомую нам среду за сказку, — и в «субботний» пир во время чумы поверили только лишь посвященные.

Непонимание фестивальной публики не пробил даже мощнейший эмоциональный заряд фильма.

«В субботу» — сюжетно внятная картина. При этом тяжелая эмоционально. Только узнав о взрыве четвертого блока, юный партработник бросается в приговоренную Припять спасать любимую девушку. Все, что надо было сделать, — вскочить на любой товарный поезд и выехать из города, пока его не закрыли. Но остановил сломанный каблук, и пришлось вспомнить, что сегодня суббота, что у друга свадьба, что жизнь — не только выживание, но и такие иллюзорные мелочи, как дружба, общность, музыка. И барабанщик по прозвищу Джонни, вчера теснивший друзей по ансамблю, возвращается для прощального соло…

Берлинале явно поспешил в прошлом году отдать «медведей» русским актерам. Иначе у исполнителя главной роли Антона Шагина были все шансы завоевать приз: такую отчаянную «выработку» всех своих актерских ресурсов он демонстрирует «В субботу».

Именно такие роли и перебивают амплуа, зародившееся у него еще в «Стилягах». Хотя Шагин (сегодня он актер «Ленкома») сыграл одно и то же — «перековку» идеологического робота в человека.

Режиссер отправляет своего героя пировать во время чумы. И этот метафорический фильм-катастрофа разворачивает одну из самых напряженных и красноречивых картин человеческого сознания, не способного примириться с фактом смерти.

Выживание по-русски — это не «благодаря», а «вопреки». Геройства нет. Страх и радиацию заливают водкой.

А камера Олега Муту (снявшего и «Счастье» Лозницы) мечется между лицами, и так близко приближается к персонажам, как будто берет их «на слабо». Но кто не смел в пьяном разгуле? Суббота… О смерти будем думать в воскресенье.

Этой логике трудно следовать, если она не в крови. Запад любит переживать катарсис от фильмов, рассказывающих о трагической невозможности человека жить.

«В субботу» все прямо противоположно. И эта жизнь на краю бездны не нам кажется полным абсурдом.

Мне думается, есть некий просчет в представлении картины Миндадзе как фильма только лишь о чернобыльской трагедии.

Да, Чернобыль важен во многих аспектах — самая громкая и знаковая для мира авария XX века как символ начала распада СССР, как коллапс техногенной революции.

Но в фильме нет ни исследований, ни причин, ни последствий катастрофы. Нет всего того, чего от «фильма-катастрофы» ждут.

Для бекграунда «Субботе» подошел бы любой условный катаклизм. Чернобыль необходим Миндадзе драматургически, чтобы побольше расширить пропасть между маленьким человеком и неотвратимым роком.

Частная драма на фоне социальной катастрофы становится тоньше и напряженнее.

Так что ставить «на Чернобыль», на фестивале, который метафорам предпочитает конкретику, очевидно, спорно…

В результате потенциальные претенденты на режиссерского и актерского «медведей» уехали из Берлина без наград… Впрочем, и других фестивалей для фильма «В субботу» на планете
достаточно.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно