Вид на Прованс: Варликовский слушает Генделя

17 сентября, 2016, 00:04 Распечатать Выпуск №33, 17 сентября-23 сентября

Festival international d'art lyrique d'Aix-en-Provence в короткие сроки завоевал высокий статус благодаря дальновидности директоров, хорошо составленным программам и бесконечному параду звездных имен в фестивальных кастингах.

Festival international d'art lyrique d'Aix-en-Provence в короткие сроки завоевал  высокий статус благодаря дальновидности директоров, хорошо составленным программам и бесконечному параду звездных имен в фестивальных кастингах.

Фестиваль Экс-ан-Прованс не привязан к конкретным именам. Основной акцент здесь — на программах-панорамах, дающих возможность за несколько дней насладиться и обязательными пунктами мирового оперного репертуара, и старинной диковинкой, и новой музыкой (фестиваль заказывает оперы современным композиторам). 

Афиша 2016-го — пример изящного баланса между разными направлениями (барокко, классицизм, символизм, поиски композиторов-современников), жанровыми разновидностями оперы и авторскими концепциями музыкального театра. 

Кроме того, два произведения, прозвучавшие в Экс-ан-Провансе нынешним летом, являются знаковыми: с исполнения моцартовской оперы "Так поступают все" в 1948-м по инициативе французского импресарио Габриэля Дюссюрже началась история Festival d'art lyrique. Постановкой же "Пеллеаса и Мелизанды" Дебюсси в
1966-м — оперы, новая версия которой стала центральной премьерой Экса-2016 — фестиваль полвека назад доказал свою способность реализовывать сложные образцы оперного жанра. Тему программы прошедшего фестиваля условно обозначили как "Реальности, иллюзии, утопии". 

"Старинной драгоценностью" нынешнего года стала сценическая версия оратории Генделя "Триумф Времени и Правды" в постановке польского режиссера Кшиштофа Варликовского (совместный проект фестиваля, Оперы Лилля и театра нормандского города Кан). Спектакль выдержан в духе беспокойной эстетики американского независимого фотографа и режиссера Ларри Кларка: главные герои — на амфетаминах, вводный персонаж (друг Красоты) эффектно умирает от передозировки уже на увертюре, молодые и красивые то и дело оказываются на больничных каталках, а после долгих споров со Временем и Правдой о быстротечности земных наслаждений и страстной дружбы с Удовольствием Красота, не вынося жизни без новых доз болезненной радости, вскрывает себе вены. 

Оратория, написанная Генделем в Риме в период папского запрета оперы по причине восприятия ее как жанра "развратного", имеющая в своей основе морализаторский текст кардинала Памфили, преобразуется в музыкально-театральную притчу о невозможности побега от самого себя. Успевая передавать на сцене все нюансы режиссерской идеи, солисты не забывали и о великолепной музыке, ведь в "Триумфе" молодым Генделем создана галерея тем, которые композитор будет использовать в дальнейшем творчестве. 

Звучит здесь и ария Lascia la spina, впервые введенная композитором в оперу "Альмира" за два года до "Триумфа", а известность получившая после использования этой музыки в качестве арии Альминеры в опере "Ринальдо" (та самая мелодия из "Антихриста" Ларса фон Триера — это она). 

В прованской постановке предсказуемо хороши все участники: аргентинский контратенор Франко Фаджоли (Удовольствие), обладательница уникального по своей глубине контральто итальянка Сара Мингардо (Разочарование) и добротный американский лирический тенор Майкл Спайрз (Время). Но душой спектакля была французская колоратурная сопрано Сабина Девьей (Красота). Виолончелистка и музыковед по образованию, Девьей делает успешную карьеру в барочном репертуаре.

Отдельных комплиментов заслужила Эммануэль Аим за дирижерским пультом. Бывшая клавесинистка ансамбля Вильяма Кристи Les Arts Florissants, с 2000-го она руководит собственным ансамблем старинной музыки Le Concert d'AstrОe. Барокко для нее — территория бесконечных открытий. Премьерное представление прошло на повышенных эмоциях. После первого действия часть публики пыталась выражать свое недовольство постановкой криками "бу!", но в конце спектакля недовольных уже не было слышно за громкими возгласами "браво!". 

Варликовский на поклоне стеснялся, отворачивался, убегал в сторону. Аим стояла на коленях перед оркестром.

Фестиваль снова представил и заказной проект, одноактную оперу "Калила и Димна" палестинского композитора Монема Адвана, который исполнил партию Димны (копродукция Экс-ан-Прованса, Оперы Лилля и Оперы Дижона при поддержке фестиваля в Абу-Даби). 

Сюжет отсылает к классике арабской литературы — одноименному сборнику притч, составленному в VIII в. персидским писателем Ибн аль-Мукаффой на основе индийский сказаний "Панчатантры", где животный мир отражает мир человеческий. 

История о короле и философе, чью дружбу разрушает завистливый Димна, брат добродушной Калилы, призвана показать нам переплетение вымысла и настоящей человеческой трагедии, арабского и французского языков, на которых исполняется опера, одна из вершинных форм западного искусства и восточной музыкальной культуры. 

Полтора часа арабской музыки слуху, воспитанному на европейской традиции, выдержать не так просто: уж очень специфичны мелодика, вокальная и инструментальная манера, слог либретто. Но к середине спектакля этот непривычный интонационный мир затягивает, и потоки мелизматики не вызывают отторжения. 

Подтверждение — необычайно теплый прием, который зал оказал мировой премьере.

Еще одна премьера — "Так поступают все" Моцарта в версии французского режиссера и писателя Кристофа Оноре (совместная постановка Экс-ан-Прованса, Оперы Лилля, Корейской национальной оперы и Эдинбургского международного фестиваля). Режиссер переносит персонажей моцартовской оперы-буффа, повествующей о врожденной женской неверности, в африканскую Эритрею — итальянскую колонию до 1941 г. — времен Муссолини (портретом самого дуче оказывается портрет Феррандо, который по сюжету появляется в первом акте). Действие еще до увертюры начинается сценой изнасилования чернокожей девушки. Мотив жестокого обращения фашистов с местным населением будет повторяться не единожды, причем часто — как idée fixe режиссера и потому в весьма оторванном от драматургической логики виде. Такое себе склеенное впопыхах переключение планов: "Смотрите, здесь у нас Моцарт" — "Внимание, фашисты издеваются над черными" — "Итак, с вами снова Моцарт". Если постановку сложно назвать выдающейся, то исполнительский состав однозначно принадлежит к удачам фестиваля. Голоса солистов прекрасно сочетались друг с другом, что чрезвычайно важно для ансамблей CosУ fan tutte. 

Самое сильное впечатление произвела артистичная и виртуозная американская меццо-сопрано Кейт Линдси. 

И главное событие фестиваля — премьера "Пеллеаса и Мелизанды" Клода Дебюсси в постановке Кэти Митчелл (совместный проект фестиваля, Польской национальной оперы и Пекинского музыкального фестиваля). 

Особое место в кастинге занимает Барбара Ханниган (Мелизанда), канадская дирижер и одна из самых техничных сопрано наших дней, известная прежде всего благодаря своим блистательным интерпретациям музыки ХХ–XXI вв. 

Нельзя сказать, что Мелизанда — роль всей ее жизни. Такое впечатление, что Ханниган часто приходилось сдерживать себя (мощь голоса, харизму), чтобы не выйти за рамки этого образа. В результате временами ее просто не хватало, вплоть до того, что по-настоящему уникальный голос певицы не перекрывал оркестр. Состояния "идеальной Мелизанды" Ханниган достигла в самых нежных и тихих местах: там ее тембр и способность в одном пассаже продемонстрировать всю его красоту раскрылись в полной мере. Как всегда впечатляет фантастическое умение певицы держаться на сцене, которое Кэти Митчелл использовала на 100 процентов. 

Ханниган складывается пополам, опираясь на туфли с высоченными каблуками. Ханниган двигается как в замедленной съемке (приемы, заимствованные из кино — фирменный почерк Митчелл), красиво напрягая свое безупречное тело. Ханниган вместе со своим партнером по сцене Стефаном Дегу ловко и полностью обнажается, сохраняя темп и стиль своей феноменальный актерской игры. 

Постановка Кэти Митчелл являет собой образец вдумчивой оперной режиссуры. Та же "нестабильность" музыкального тематизма поддерживается введением в спектакль актрисы-двойника Мелизанды, которую совершенно невозможно отличить от Ханниган, когда та молчит. В какой-то момент у них начинаются сюжетные несовпадения: одна из Мелизанд появляется на сцене беременной, а другая — нет; одну из них, уже находящуюся на смертном одре, Голо грубо допрашивает об измене, а другая мирно лежит рядом; одна из них умирает, а другая… В целом же в постановке немало "дословных" привязок к тексту, но Митчелл выискивает в них возможности для режиссерских "надстроек". 

Следующее музыкальное лето в Провансе будет не менее насыщенным: в программе заявлены "Эрисмена" Франческо Кавалли, которую инсценирует молодой французский режиссер Жан Беллорини (в этом году он дебютировал в Авиньоне со спектаклем "Карамазовы" по Достоевскому), "Дон Жуан" Моцарта в постановке Жана-Франсуа Сивадье, заказанная фестивалем опера "Пиноккио" бельгийского композитора Филиппа Бусманса в постановке Жоэля Помра, "Кармен" Бизе в постановке Дмитрия Чернякова и "Похождения повесы" Стравинского в режиссерской версии Саймона Макберни. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно