Украинский институт: миссия осуществима

24 июля, 2015, 22:04 Распечатать

Общественности представлен проект Украинского института (другое предлагаемое название — Институт Тараса Шевченко), который может стать платформой для поддержки украинской культуры в мире. Этот проект инициировало Министерство культуры Украины, акцентируя на важности учреждения для реинтеграции Украины в международные культурные процессы.

 

Общественности представлен проект Украинского института (другое предлагаемое название — Институт Тараса Шевченко), который может стать платформой для поддержки украинской культуры в мире. 

Этот проект инициировало Министерство культуры Украины, акцентируя на важности учреждения для реинтеграции Украины в международные культурные процессы. 

Идея учреждения такого института витает в украинском воздухе уже более 20 лет, но только сейчас сформирована концепция его функционирования, очерчены миссия, ключевые задачи, и разработана дорожная карта. Впереди — завершение работы над текстом концепции, и до конца 2015 г. — подготовка и проведение через Кабмин и Верховную Раду правительственного закона об учреждении Украинского института. 

Сейчас в западном мире ведется жестокая война за Украину и одновременно против Украины. Находясь за рубежом в ключевых европейских странах, таких как Великобритания или Франция, на протяжении последнего месяца неоднократно приходилось слышать, что российская дипломатия прибегает к формам усиленной пропаганды, чтобы подорвать доверие к Украине и сформировать представление о ее новой власти как о "власти хунты". 

К сожалению, эта пропаганда имеет свои результаты, поскольку многие европейские дипломаты и представители академического сообщества (прежде всего в Париже) растеряны и напуганы событиями в Киеве. 

Следует понимать, что западный мир — это довольно специфическая категория, которая, функционируя на принципах верховенства права и мировоззренческих основах, где деньги не являются определяющим фактором, все-таки имеет странное чувство к России. Оно граничит с ностальгическим восторгом и метафизическим ужасом от возможной встречи с хичкоковским монстром. Но порой Запад готов увидеть монстра не в Москве, а в совершенно другом городе, "захваченном хунтой бандеровцев". 

Украинский институт может стать интеллектуальной платформой, которая будет показывать, что Украина — цивилизованная страна, готовая экспортировать культурный челендж и способствовать международному обмену в сфере культуры. 

Для того, чтобы эти слова стали действительностью, необходимо сделать многое: сформировать законодательную основу, очертить круг партнеров, разработать систему грантов по различным художественным направлениями (литература, перевод, кино, театр и т.п.), сформировать дорожную карту таких программ, наконец, обеспечить финансирование, без которого все разговоры так и останутся разговорами. 

В условиях войны, разворованного "папередниками" бюджета, девальвации, стращания "техническим дефолтом" важно аккумулировать всех, кто способен помочь создать эндаумент для Украинского института. Ни одно аналогичное европейское учреждение (Польский институт, Британский совет, Французский институт и т.п.) не было сформировано в условиях войны. Согласен, само государство не сможет самостоятельно реализовать эту программу, однако замечу: даже несмотря на эти проблемы, важно найти возможность заложить в бюджет необходимую сумму средств на поддержку программ Украинского института. 

Вполне естественно, что среди основателей этого учреждения будут МИД (так же происходило и на началах учреждения British Council и Польского института) и Минобразования, поскольку речь идет о сотрудничестве с кафедрами украинистики при ведущих западных и восточных университетах (эта концепция ставит приоритетом сотрудничество с государствами Центральной и Восточной Европы, ЕС и G7, странами, где есть большие украинские общины). Говорить о культуре как о факторе внешней политики без участия МИДа невозможно. Польский институт — структура, которая является частью польского министерства иностранных дел. Другое дело, что такая межведомственная деятельность вокруг Украинского института должна быть эффективной и целенаправленной, а участие трех министерств не должно завершиться приумножением бюрократического абсурда с подписанием всякого рода бумаг, когда один документ месяцами лежит в каком-то кабинете, а потом месяцами согласовывается и пересогласовывается в других министерствах.

Важно понимать, что сформированному Украинскому институту надлежит быть стратегической платформой для реализации внешней гуманитарной политики, поэтому, независимо от руководителей министерств или президента, эта программа должна функционировать так, как она функционирует в Польше, Чехии, Франции или Великобритании.

Озвученная миссия Украинского института заключается в следующем:

1) распространение современной украинской культуры, популяризация украинской научной и культурной жизни, распространение знаний о культурном наследии, формирование положительного имиджа Украины в мире; 

2) презентация самых интересных и значимых культурных событий и явлений, происходящих в Украине, а также развитие международных культурных связей; 

3) распространение европейской культуры в Украине (институт может стать площадкой для культурных евротренингов). Конечно, следует четче прописать миссию этого учреждения, которое не может состоять из трех больших блоков. Мотто Британского совета или Польского института состоит из одного короткого предложения-лозунга. 

Как заметил Александр Буценко, директор Украинского центра культурных исследований (это учреждение отвечает за подготовку проекта Украинского института), деятельность института объединит в себе операционные, аналитические, просветительские и грантодательные функции. Таким образом, институт будет обеспечивать организацию грантовых конкурсов для творческих проектов, продвигающих украинскую культуру и искусство в мире. 

Кроме того, предусмотрены введение учебных и просветительских программ, лекций, курсов изучения украинского языка; поддержка аналитических исследований в сфере гуманитарных наук, организация международных семинаров и конференций по проблематике культурного сотрудничества; развитие государственно-частного партнерства, привлечение средств благотворителей, международных фондов для реализации проектов. 

Замечу, что речь идет о продвижении как современной, так и традиционной культуры (не совсем соглашаюсь, что "традиционная культура" является антиподом культуры современной, скорее, речь идет о представлении как классики, так и современных культурных проектов). 

Не думаю, что Минкультуры сможет это реализовать, а тем более упомянутый Украинский центр культурных исследований. Иногда кажется, что на это учреждение возложено слишком много работы без должной поддержки со стороны других ведомств. А в общем итоге выпадает то, что могло бы стать фундаментом, — кафедры украинистики за рубежом, научные учреждения, распространяющие украинские исследования в мире. Однако этот компонент в большей степени касается Минобразования, поскольку у Минкультуры вряд ли есть достаточно специалистов для полноценной реализации этого направления. 

Представленный проект Украинского института показал и немало рисков, которые хотелось бы озвучить. 

Подчеркну, что успешная реализация этого проекта предполагает слаженную игру, прежде всего трех министерств, а значит необходимо выработать целостную стратегию и общие правила этой игры. Важно создать отдельные отделы или департаменты, которые занимались бы поддержкой инициатив Украинского института в сфере культуры, образования, науки. 

Во-вторых, многое будет зависеть от принятия правительственного закона об Украинском институте и его подписания президентом. Предварительные обсуждения концепции Украинского института в Минкульте проходили без участия представителей МИДа, а на финальной презентации проекта в "Укринформе" почему-то не было представителей Минобразования. Эта тенденция представляется опасной, поскольку всем трем учреждениям надлежит понять важность Украинского института, который будет выполнять фундаментальную функцию в репрезентации современного украинского государства в мире. 

В-третьих, миссию и задачи, которые будет реализовывать это учреждение, невозможно воплотить без финансовой поддержки. Поэтому уже сегодня необходимо работать в сфере фандрайзинга, привлекая партнеров, меценатов, иностранных инвесторов для формирования эндаумента Украинского института. 

Для этого важно сформировать отдел фандрайзинга именно Украинского института. К сожалению, без такого прагматичного подхода трудно осуществить эти инициативы. 

В-четвертых, без медиаподдержки этот проект останется по ту сторону реальности. А в наших медиа сегодня есть то, чего иногда нет в реальности: лишь фейки и симулякры. Важно осуществлять промоушен этого проекта на разных уровнях и в различных экспертных средах: через каналы МИДа — для дипломатических представительств иностранных государств в Украине; через каналы Минобразования — для украинских и зарубежных научно-образовательных учреждений. Важно проводить презентации этого проекта на кафедрах украинистики при ведущих университетах мира. 

Уже сейчас надлежит думать над разработкой современного сайта (поддержка всех материалов на нем может осуществляться на украинском, английском, польском, французском, немецком, испанском, итальянском, чешском языках).

В-пятых, в Минкульте следует создать отдел, который занимался бы формированием целостной базы всех игроков, которые потенциально могут быть вовлечены в Украинский институт как эксперты, партнеры, участники различных проектов и т.п. Формирование такой базы данных — чрезвычайно непростая задача, которая опять же предполагает сотрудничество с МИДом и Минобразования. Однако важно иметь и отдел, отвечающий за координацию проектов Украинского института независимо от их направления — художественного, образовательного и т.п.

В-шестых, во время разработки концепции института следует принять во внимание и опыт учреждений культурной дипломатии — скажем, американо-немецкого Institute for Cultural Diplomacy, на который возложена аналогичная миссия. 

Украинский институт, бесспорно, является учреждением, которое будет работать в области культурной дипломатии (в Украине такая специальность пока что не утверждена). 

Думаю, что реализация Украинского института может быть частью проекта по присоединению Украины к европейским инициативам Creative Europe. Эта программа направлена на поддержку и обмен европейских художественно-литературных проектов.

Наконец, необходимо определиться с окончательным названием организации. Как по мне, оба варианта, в принципе, неплохие: Украинский институт — маркер принадлежности к Украине (как Польский или Французский институты), Институт Тараса Шевченко — инструмент продвижения украинской культуры, имевшей своего ключевого "канонического" представителя (аналогично Гете-институту или Институту Сервантеса). 

В Лондоне уже много лет функционирует Украинский институт, который является площадкой для всевозможных украинских презентаций, а также для преподавания украинского языка. Лично мне импонирует название Институт Тараса Шевченко, ибо таким способом актуализируется литературно-художественный компонент: творчество Шевченко станет маркером украинской идентичности, сформированной в результате антиколониального бунта. 

Однако для более широкой презентации в мире и упрочения этого учреждения на уровне массового сознания, наверное, название Украинский институт более эффективно. 

Таким образом, озвученная программа, бесспорно, подтверждает фундаментальный проект. Украина чрезвычайно близко подошла к созданию учреждения, которое будет промоутером украинской культуры в мире, и все игроки на этом поле (чиновники, издатели, переводчики, писатели, режиссеры, ученые, бизнес) должны объединиться, чтобы от слов перейти к реальным делам, которые помогут Украине реинтегрироваться в Европу. 

 

Комментарий

Вячеслав КИРИЛЕНКО, вице-премьер министр Украины, министр культуры Украины:

— Будущий Украинский Институт предусматривает особый статус. Это будет межведомственное учреждение. По поручению премьер-министра будет создана межведомственная координационная группа под моим председательством, в которую войдут чины не ниже заместителя министра от 7–8 министерств. 

С другой стороны, будущее учреждение предусматривает широкое привлечение к управлению и развитию общественности, культурных деятелей. То есть работа Украинского Института — это не только деятельность людей, находящихся на государственной службе, но и художников, творческой молодежи, креативных продюсеров. 

Учитывая важность реализации идеи Института, сам подход требует специального правительственного решения. Убежден, такое решение будет уже до конца года. Что касается финансовой стороны вопроса — предполагаются средства государственного бюджета, средства меценатов, а также средства грантовой поддержки.

Я уже обратился к украинским художникам с просьбой предлагать видение первых проектов (в рамках Украинского Института), которые на первом этапе готовятся за государственный счет. Но, конечно, это должны быть резонансные проекты, которые широко обсуждаются. Кстати, уже проведен ряд круглых столов по этому вопросу. Хотя я чувствую, что все начинает застревать в бюрократии. 

Есть желание, чтобы громкий проект — Украинский Институт — попал в новый бюджет 2016-го. 

Если говорить о будущей структуре — в международном контексте, — то Украинский Институт должен восприниматься как бренд, который может проводить разные самостоятельные мероприятия. И в ходе реализации идеи Института на уровне Кабмина я меньше всего хочу, чтобы здесь было межведомственное перетягивание каната. Здесь каждый должен найти свою долю работы и ответственности. Так что именно "физика" и "механика" будущего проекта пока что в стадии разработки. 

Что касается вопроса "адресов" будущего Института в Европе, то, например, есть активы Украины за рубежом. Это и активы МИД, их можно использовать в продвижении и реализации института. Частично можем через средства негосударственного характера использовать некоторые помещения во взаимодействии с европейскими правительственными структурами, европейским неправительственным сектором. 

Об Украине должны говорить в мире. Но для того чтобы об Украине говорили на понятном для европейцев языке, европейцы также должны принимать участие в реализации проекта Украинского Института. 

Конечно, мы должны испытать первые проекты в Украине. Вместе. Потом — постепенное продвижение идеи в мировое пространство. Важно использовать (в хорошем значении этого слова) европейцев как наших лоббистов. Это может быть парижская, лондонская, берлинская культурная среда. 

О бюджетном аспекте в связи с Украинским Институтом говорить пока что преждевременно. Но это должно быть не сто тысяч и даже не один миллион. Сумма должна быть весомой. Только тогда сработает сама идея Института. Ведь миссия сверхважная — продвижение в мир украинской культуры, истории, украинских традиций и современного искусства. Но Украинский Институт — это не сугубо культурная структура, ограниченная культурной политикой. Это, прежде всего, политика имиджа, политика продвижения Украины в мире. В каком-то смысле это политика и финансовая, поэтому любой творческий проект, связанный с Украиной, может повлиять на открытие рабочих мест и в нашем государстве. Если в будущем в таком Институте будут внедрены элементы самофинансирования, то это тоже полезно. 

Уже в сентябре будут понятны темпы принятия правительственного решения по Украинскому институту. 

 

 
Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно