ТАТЬЯНА ТАЯКИНА: «МНЕ ПОМОГАЕТ ЛЮБОВЬ...»

5 апреля, 1996, 00:00 Распечатать Выпуск №14, 5 апреля-12 апреля

Жизнь артиста... Его судьба, ее зигзаги, перипетии, взлеты... Как стать звездой? Через что пройти, какие экзамены выдержать, как обрести свободу и «полетность» собственного «Я»?..

Жизнь артиста... Его судьба, ее зигзаги, перипетии, взлеты... Как стать звездой? Через что пройти, какие экзамены выдержать, как обрести свободу и «полетность» собственного «Я»? Ответы на эти и многие другие вопросы красной нитью проходят в откровениях профессионала, лучшие годы которого были подвержены творческим мукам и радостям и всецело были посвящены таинствам балетного театра.

Мы в гостях у известной балерины, ведущей солистки Национальной оперы Украины, лауреата международных конкурсов артистов балета в Варне и Москве, лауреата легендарной премии имени Анны Павловой, завоеванной на IY Международном фестивале танца в Париже в 1977 году, народной артистки СССР Татьяны Таякиной.

- Татьяна Алексеевна, все имеет свое начало, свой исток... Когда вы впервые почувствовали любовь к танцу?

- Это пришло не сразу... Любовь к профессии стала просыпаться по мере того, как только что-то начало мало-мальски получаться. После первых слез огорчений... и радости.

Настоящая же любовь возникла позже, уже в театре, когда пришло осознание себя в профессии, появилась свобода творчества... А начиналось у меня все так же, наверное, как и у всех маленьких детей, которые не знают и не понимают еще, что такое балет. Страстного желания танцевать у меня не было. Все произошло благодаря маме, которой просто хотелось во мне воплотить какую-то свою заветную мечту.

- Кто из педагогов оказал на вас особое влияние, изменил ваше отношение к танцу?

- Всегда буду помнить свою первую учительницу - Лину Александровну Крымскую. Следуя именно ее совету, мама отдала меня в училище. В то время я еще не отдавала себе отчета в том, что балет станет моей судьбой, делом всей моей жизни... Всем своим педагогам я очень доверяла, никогда не оспаривала их мнение, не подвергала сомнению... С большим теплом, уважением и огромной благодарностью я вспоминаю своих педагогов в киевском хореографическом училище. Это Ольга Александровна Попова, ленинградка, которая была для нас не просто педагогом, а наставником. Огромное значение в моей школьной жизни имело общение с Варварой Павловной Мей. Наш класс гордился именем своего педагога и всегда старался оправдать честь быть ее учениками. Она научила нас чувствовать ответственность и быть взрослыми. С ее помощью я поняла, что любая импровизация на сцене должна быть хорошо подготовлена. Это было ее правилом номер один. В.П.Мей - педагог-диктатор, она бывала резкой, нетерпимой, злой - одновременно доброй и отзывчивой... Но страха перед ней у меня не было, напротив - огромное уважение, преклонение и безграничное доверие. С большим вниманием, уважая личность каждого, относился к нам Федор Николаевич Баклан, педагог по дуэтному танцу. Это было необыкновенно важно для нас в то время - впервые нас воспринимали как равных, по-взрослому! С глубоким чувством благодарности вспоминаю Евгения Васильевича Зайцева, Оксану Николаевну Муху...

- Пришло время, и вы переступили порог театра, став профессиональной артисткой балета...

- Для меня было естественным прийти в театр и начать свою новую жизнь. Что касается профессии, то жизнь не прошла даром. А поступки - в данное время, может, во многих случаях поступила бы иначе, а тогда - тогда нам многое диктовали.

- Готовы ли вы были к самостоятельной жизни в театре?

- Нет. Несмотря на то, что сцены я никогда не боялась, до последнего своего дня пребывания в театре я остро нуждалась в профессиональной поддержке. Артисту балета, каким бы совершенным и самостоятельным он ни был, нужен постоянный «глаз». Причем умный, острый и добрый. Мне повезло. Я встретила Иду Степановну Сонину. Правда, не сразу... Эта встреча определила весь мой путь в балете. Все спектакли, которые она «делала» со мной, были выстроены «на меня», на мою индивидуальность. Я ей очень благодарна, поскольку она меня научила всему: и как смотреть на сцене, и как стоять, подсказала, как скрывать свои недостатки... Во всех наших спектаклях чувствовалась ее рука. Это был педагог от Бога. Огромную роль в моей сценической жизни сыграл наш творческий дуэт с Валерием Ковтуном, с которым связан был у меня практически весь мой репертуар. Потом, когда мне приходилось танцевать с другими партнерами, такого духовного единения и ощущения легкости танца я не испытывала.

- Значит ли это, что судьба распорядилась именно так?..

- У меня чудесная судьба. Найти своего партнера по сцене и по жизни мне помогла любовь. Дело в том, что Валерия я «заметила» впервые, учась в четвертом классе, когда мне было 12 лет. Его же я избрала партнером для своего выпускного концерта. С моей стороны это была не просто влюбленность. Я знала: это моя судьба. Правда, в то время ни он, ни я этого не осознавали. Мы просто сразу нашли друг друга. Все произошло само собой...

- Дуэт Ковтуна и Таякиной для многих почитателей балета в Киеве - неразрывное целое. Кто у вас лидер?

- Думаю, что он. Так было и так есть. Валерий Петрович очень инициативный, коммуникабельный человек, мобильный и энергичный, легко сходится с людьми. Наша учеба в ГИТИСе, частые гастроли, поездки на конкурсы, интересные встречи - все это его инициатива. Я же - очень домашний человек, более консервативный и трудный на подъем... Хотя потом, когда событие позади, я очень рада происшедшему.

- Что для вас всегда было важным в партнере?

- Чтобы он не следил за своей тенью на «заднике» сцены - не любовался собой. Не люблю самовлюбленных, зацикленных на себе танцовщиков. Партнер должен понимать меня. Ведь я не механизм - я живой человек. Ко мне нужно прислушиваться, видеть и чувствовать меня. Чрезвычайно важна реакция - естественная и своевременная...

- Память о каком спектакле из вашего репертуара вам особенно дорога?

- Для меня значим был мой дебют в балете «Жизель», который состоялся не в Киеве, а, по воле случая, во Франции, в городе Нантесе. Это произошло с благословения Галины Сергеевны Улановой. Она была председателем жюри конкурса в Варне, на котором я стала бронзовым призером. Очевидно, она увидела во мне Жизель (хотя в моей конкурсной программе фрагментов из этого балета не было) и дала мне свою рекомендацию. Готовила меня во Францию

И.С.Сонина. Я до сих пор помню все замечания моего репетитора.

- В каких спектаклях с вами происходило чудо перевоплощения, растворения в танце?

- Всегда с большим удовольствием танцевала в «Спящей красавице». Хотя в жизни я далеко не принцесса, но побыть в сказке хоть на сцене, ощутить все фантастические превращения мне было очень интересно. Заветная моя мечта - «Баядерка» - реализовалась, к сожалению, слишком поздно, уже к концу творческого пути. Мне бесконечно жаль, что это не произошло раньше. Непроста история моего появления в балете «Ромео и Джульетта». Я согласилась танцевать партию Джульетты исключительно из любви к музыке С.Прокофьева, которая была мне очень близка. Хореография мне была трудна, я вынуждена была ломать себя... Партия Китри в спектакле «Дон Кихот» доставляла мне огромное удовольствие. Я ведь тоже люблю «похулиганить» - не пошло, не грубо - слегка, играючи!..

- По своим данным, вы танцовщица универсального плана. Как складывались ваши взаимоотношения с современной хореографией?

- Никак. Долгое время мы вообще не знали, что такое современная хореография. Да, собственно, и сейчас у нас нет понятия, что это такое по сути. Мы и проигрываем-то всегда на международных конкурсах из-за ее отсутствия.

- Какой же вы видите выход из этой ситуации?

- Нужно рождать традиции. У нас их пока нет. Во многих странах уже давно существуют школы выдающихся хореографов современности - Марты Грэхем, Мориса Бежара, Джона Кранко... Ведь и школа классического танца выкристаллизовывалась веками.

- А если помечтать и представить, что к нам в Киев приедет Джон Ноймайер или Иржи Килиан, Морис Бежар или Уильям Форсайт ставить спектакли, давать свои мастер-классы...

- Вся сложность заключается в том, чтобы понять культуру, язык той или иной хореографии, ее эстетику, «поймать» вкус... Для этого необходимо время и живое общение с мастером.

- Кто из современных хореографов вам близок?

- Джордж Баланчин. Очень бы хотела быть исполнительницей его произведений. Но, к сожалению, этого не произошло. Вообще, меня волнует бессюжетная, музыкально точно поставленная хореография, где одухотворенная графика является основой пластического образа.

- За время своей исполнительской деятельности вы встречались с широким кругом мастеров мирового балета...

- Мы часто работали в коллективах, где все были лидерами, «звездами»: Плисецкая, Сорокина и Владимиров, Павлова и Гордеев... И никто никого не подчинял себе и не «растворял». Мы выступали на одних сценах рядом с Натальей Бессмертновой и Александром Годуновым, Доминик Кальфуни и Микаэлем Денаром, Хорхе Донном, Бухонесом... Общение с яркими исполнителями еще раз убедило меня, что Таякина - одна и второй такой нет. Я никогда не стремилась изменить свой имидж, поменять исполнительскую манеру, не пыталась подражать... Прежде всего старалась сохранить свой мир.

- Как вы оцениваете состояние балетного театра в настоящее время?

- Каждому времени присуще свое лидерство, и оно еще себя покажет. И человеческая память отсеет зерна от плевел. Сопоставлять и сравнивать я не хочу. Полагаю, что все имеет право на жизнь, особенно если это - нечто красивое, умное и оставляет след в душе другого человека. Я вижу, что в балете сейчас большое значение придается атлетизму. Безусловно, мое внимание привлекают выдающиеся технические и природные данные танцовщиков, но только если это подано умно и красиво.

- Когда состоялся ваш сольный дебют на киевской сцене и какая партия оказалась финальной в исполнительском творчестве народной артистки СССР Татьяны Таякиной?

- Первым моим балетом, где я исполняла сольную партию, была «Коппелия». Я танцевала рядом с моим педагогом Федором Николаевичем Бакланом, который именно в этом спектакле спустя год прощался со сценой. Последний мой выход на сцену Национальной оперы состоялся в балете «Спящая красавица» в дуэте Голубой птицы и принцессы Флорины. Ни себе, ни другим я не признавалась тогда в том, что это мой последний выход. Я поступила так не намеренно, а скорее неосознанно, инстинктивно. Не хотела подводить черту. Есть люди, которые широко афишируют свой уход, любят почести, создают вокруг себя шумиху, ждут выражения благодарности и любви. Я - другой человек. Мне было неловко акцентировать на себе внимание...

- Оглядываясь на прожитые годы, на осуществленное и не сбывшееся, скажите: не сожалеете ли вы, что все произошло именно так, а не иначе?

- Прошла молодость. И не зря. А нереализованное мной реализует кто-то другой. Я же - совершенно спокойна. Мне не стыдно за прожитые годы. Не могу сказать, что покидать сцену мне было трудно. Вовсе нет. Не рисуюсь и говорю правду - я понимала тогда, что могу оставаться в театре и танцевать. Но я выбрала школу, так как «разделить» себя я не могла. Считаю, что заниматься серьезно нужно чем-то одним.

- На хрупкие плечи молодой женщины, человека изначально творческого и тонкого легла ответственнейшая обязанность. На протяжении шести лет Татьяна Алексеевна Таякина возглавляет Киевское государственное хореографическое училище - старейшее и до недавнего времени единственное солидное учебное заведение в Украине, из стен которого выходят профессиональные артисты балета.

- Школу свою я по-прежнему люблю, но люблю уже по-другому. Люблю детей, которые здесь учатся. Продолжаю жить прежними теплыми и светлыми ощущениями, которые дала мне моя школа когда-то. Мне хотелось бы, чтобы наши воспитанники получили здесь то, что в свое время получила я. Придя в училище, я поставила себе цель: понять задачи школы, ее природу, разобраться в проблемах, постараться помочь коллегам. Чтобы доказывать или диктовать, необходимо досконально знать суть. Проблем оказалось очень много, а основная - отсутствие общей культуры. И начинать ее решать надо именно со взрослых. Не надо бояться поменять свое отношение к жизни. Каждый должен честно определить свое место и оценить свой профессиональный уровень. От того, что кто-то находится не на своем месте, очень плохо другим. Никогда не поздно учиться. Главное - избегать состояния творческого застоя и быть самокритичным. Ведь от настроя взрослых многое зависит, а педагог - камертон для учеников. Многие педагоги училища были в прошлом и моими педагогами. Мне порой сложно объясняться с ними. Изменились время, требования, люди... В педагогической работе возраст педагога значения не имеет. Это просто редко встречающийся талант. Себя же ощущаю на своем месте. Пришла я работать в училище с чистыми руками и чистыми помыслами и очень горжусь этим. Мне страшно представить на этом месте человека, которому нужна была бы квартира, машина, дача...

- Есть ли в Украине люди, которые заботятся, помогают, поддерживают училище, иными словами, имеет ли училище «ангелов-хранителей»?

- Какая может быть о нас особая забота в это время? Кому мы нужны? Никому! Впрочем, как и вся культура. А меценаты и покровители должны любить искусство бескорыстно, не ждать выгоды от него и не требовать отдачу тут же. Искусство никогда само себя не окупит. Запрограммировать же «звезд» не удается. Они рождаются сами по себе. Нужно уметь ждать и терпеливо их пестовать. Наше начальство - Министерство культуры - чувствует себя спокойно. Инициатив с их стороны - нет. КГХУ существует, его директор ничего не просит, не требует, сам потихоньку латает дыры... В перспективе училище станет академией, но от этого ровным счетом ничего не изменится. Ибо понятие «денег» еще никто не отменял. Если бы это была моя частная школа, я бы платила каждому столько, сколько он заслуживает. А это нетрудно определить, стоит лишь пройтись по классам или организовать смотр исполнителей. Необходимо коренным образом менять внутреннюю структуру школы. И тогда, может, к нам потянутся люди. Кроме этого, правительству есть смысл пересмотреть свое решение и не забирать юношей из хореографического училища в армию, может, от этого увеличится приток мальчиков... Очень не хотелось бы говорить о деньгах. Но училище влачит полуголодное существование, выбиваясь из последних сил. А помочь - некому. Мы никому не нужны. Ни театрам, ни городским властям, ни государству. Душою повернуть к нам людей - очень трудно. Заставить любить и ценить искусство - невозможно. Это состояние души. И если этого нет, то не добиться никакими уговорами. Тем более в наше время, когда мерилом всего стали деньги или, как говорят, «баксы». Какой же смысл об этом говорить?!

- На чем основывается ваше жизненное кредо?

- Второй жизни не будет. Нужно прожить эту, единственную - достойно. Стараюсь жить не торопясь. Я никогда ничего не решаю сразу. Долго обдумываю.

- Что приносит вам в жизни радость?

- Самая большая радость в моей жизни - это моя семья!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно