Самолеты над терриконами

18 марта, 2016, 22:00 Распечатать

Всех нас можно поздравить с появлением в литературном цехе социального жанра неординарного автора. Ее саму, очевидно, уже неоднократно поздравляли, ведь "Терикони під літаком" Светланы Еременко недавно получили первую премию на конкурсе "Литературные открытия года", которая присуждается за лучший дебют в прозе.

 

 

 

Всех нас можно поздравить с появлением в литературном цехе социального жанра неординарного автора. Ее саму, очевидно, уже неоднократно поздравляли, ведь "Терикони під літаком" Светланы Еременко недавно получили первую премию на конкурсе "Литературные открытия года", которая присуждается за лучший дебют в прозе.

В целом социальной тематики в произведениях современных писателей вполне достаточно, но в последнее время произошло так, что жанровую планку держат лишь авторы старшего поколения, а молодые дарования, которые в начале 2000-х засветились со злободневными текстами, куда-то внезапно исчезли. Действительно, почему автор, пожалуй, лучшей книги о 2000-х Артем Чех уезжает из столицы в глухое село, а потом вообще идет на войну, а инфантильную защитницу украинской народной души, именитую Таню Малярчук издают в России? Вероятно, все это из-за того, что, наконец-то поняв неумолимость жанровых рамок, они перешли на другую, более плодотворную в плане сюжетной моторики, территорию? Ибо сколько можно говорить о том, как "підманули" Галю, предали село и не доучились из-за национального достоинства в Донецком университете? Но автор "Териконів під літаком" пишет и о Гале, и о достоинстве, и о донецких законах жизни, а не только о правилах поведения "селюка" в офисе.

Объяснить, почему это происходит, сейчас не очень сложно. По сути своей назначение каждого произведения — довести читателя до катарсиса, в идеале — исцелив душу, которая в процессе самопознания отделилась от мироздания и даже противопоставила ей себя. Например, несколько лет назад один из ведущих наших журналов объявил конкурс на офисный роман, который, разумеется, не оправдал ожиданий. Понятно, что, в испокон веков аграрной стране, исходя из определения украинского пана-хозяина как лица индивидуалистического, т.е. не склонного к коллективизму, особого успеха нечего было и ожидать. То есть случилось так, что "городского" адресата с "сельскими" корнями попытались заинтересовать актуальностью художественного произведения, где отображена модель мира, в котором он, возможно, живет, — но обратились ли при этом к его "аграрной" системе ценностей? Пусть даже трансформированных в городском контексте.

Тот же "офисный" рассказ в сборнике Светланы Еременко мы, несомненно, найдем, но сюжет его замедляется из-за кулаческого характера героя. "Він був офісним менеджером середньої ланки, — дізнаємося ми про новоспеченого донжуана. — З одного боку, можна було вважати, що зробив пристойну кар'єру, але з іншого — це були зовсім не ті гроші, на які можна утримувати дві сім'ї". Вместе с тем "городской" рассказ каждый раз съезжает на знакомую колею "сельского" менталитета, и даже на столичном бульваре "невдоволено дзизкаючи, падали на землю здоровенні травневі хрущі", а родной язык хоть уже не считается "селюцьким", но остается инородным, поскольку бытует мнение, "якщо люди нормально вдягнуті, інтелігентні й розмовляють українською, то мусять бути іноземцями".

С одной стороны, может показаться, что автор "Териконів під літаком" намеренно помещает своих героинь в самые критические ситуации — то ли в ад борделя, то ли в "рай" Донбасса, — пытаясь таким образом прибавить лишнюю динамику в известные, в принципе, сюжеты. С другой стороны, социальный жанр в литературе всегда предполагал жесткую подачу материала, ибо иначе получатся рахманные повествования Тани Малярчук о том, как она "стала святою", а не, допустим, депутатом, чтобы бороться, или "борюкатися", за справедливость в зале Верховной Рады.

И автор мудро делает, когда не хватается за горячие "революционные" темы, свидетелями которых все мы были, а осмысливает то, из-за чего эта самая революция началась. Например, описывая судьбу столичной журналистки в Донецке, первые забастовки шахтеров, приезд Ивана Драча, тогда еще головы Народного Руха Украины. Все это в контексте журналистской деятельности ее героев, конечно, в довоенном Донбассе.
О военном сейчас пишут довольно много, а вот о том, как дошло до настоящего состояния в шахтерском крае, мы знаем мало. Честно говоря, тогда было не намного лучше, чем теперь. 

"Містечками сновигали п'яниці, вульґарно нафарбовані дівчата-підлітки; рано постарілі жінки тягли якісь сумки або продавали край дороги різний провіант. Скрізь відчувалося запустіння; вікна деяких квартир були вибиті або закладені фанерою — будинки нагадували пустки".

Впрочем, только лишь отличиями в "національних особливостях" характера автор ситуацию не объясняет и отдельной расы из дончан не делает. В ее рассказах, словно самолеты над терриконами, мчатся те же годы и кипят такие же страсти, как и повсюду. Все они, к сожалению, будут интересны сегодня прежде всего тем, что "примчали" в зону настоящей АТО. Но этого уже достаточно, чтобы цель была достигнута. А именно — привлечено внимание к "социальной" жизни еще одного "региона" нашей литературы, а также к неординарному автору, который добросовестно документирует ее в своем дебютном сборнике.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №27, 14 июля-20 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно