РОМАН О НАСТОЯЩЕМ ГЕРОЕ

16 ноября, 2001, 00:00 Распечатать

Прочитав в этой уникальной книге первую статью Валерия Марченко «А.Кримський як дослідник азербайджанської літератури», я вспомнил другой труд на ту же тему, а именно Соломии Павлычко «Сексуальність...

Прочитав в этой уникальной книге первую статью Валерия Марченко «А.Кримський як дослідник азербайджанської літератури», я вспомнил другой труд на ту же тему, а именно Соломии Павлычко «Сексуальність. Націоналізм. Орієнталізм: Складний світ Агатангела Кримського» (кажется, докторская диссертация), и подумал, что исследование Валерия существенно дополняет сделанное Соломией, хотя написано на четверть века раньше, к тому же 23-летним юношей как студенческий реферат...

Он был по-настоящему талантлив, недаром же спустя два года так достал власть предержащих своими аналитическими статьями «За параваном ідейності» и «Київський діалог», что они упекли его как можно дальше на восемь лет.

Одаренный юноша не нашел места в искривленной общественной сфере, а она не нашла применения его таланту. Тогдашнему обществу требовались послушные зашоренные исполнители воли олимпийцев, а Валерий был веселый, умный, вдумчивый интеллектуал и вместе с тем остроумный, открытый, искренний и независимый — одним словом, душа правдивая... Припоминаю, когда я, молодой начинающий литератор, принес в редакцию «Літературної України» какой-то свой опус и столкнулся с Валерием, — как он сердечно встретил меня, человека, которого впервые увидел... Как тепло и хорошо мы поговорили, и его образ — стройного, кудрявого, красивого, доброжелательного — запечатлела моя требовательная к внутреннему естеству людей память.

Когда читаешь блестящие переводы Марченко с азербайджанского (скажем, «Ювілей Данте» Анара) или Джерома, Уэллса и Моэма с английского, трудно поверить, что большинство их выполнены в «зоне», в советском концлагере. А поэтические перепевы Эдгара Ли Мастерса сделаны с такой беспечностью (в соответствии с настроением оригинала), безоглядностью и широтой натуры, что возникает впечатление: переводчик полжизни провел в Америке, — а он между тем «вкалывал» в ИТК строгого режима на Урале. Любопытно, что и в письмах к матери, деду, тетке, сводной сестре (опубликованные в посмертной книге Марченко «Листи до матері з неволі». Фундація ім. О.Ольжича, 1994, упорядкування матері — Ніни Марченко-Смужаниці) с того самого Урала преобладают оптимистические, веселые нотки, временами он посмеивается над собой; не его ободряют, а он — людей, которые «на волі». Как будто написаны те письма из экзотических, веселых островов. И только материнское сердце чувствует, как сыну там на самом деле — тяжело больному, без надлежащей медицинской помощи.

Короткий период в Киеве 1981—1983 годов после заключения и ссылки в Казахстане, поиски работы, отказы, в частности митрополита Филарета — на работу в церковном издании, главного редактора Коротича — в журнале «Всесвіт» (не взял также в печать замечательные переводы Валерия рассказа Моэма «Сила обставин» и поэзии Мастерса). В конце концов нашел должность рабочего в конторе озеленения, и второй суд... За написанные в концлагере и ссылке яркие публицистические статьи в защиту прав политзаключенных и исследования по истории освободительного движения в Украине и персоналий его участников, напечатанные за границей. Тогда. А сейчас и в книге «Валерій Марченко. Творчість і життя».

Вызывает удивление и восхищение поведение Валерия во время судилища. Он сознательно сжег за собой мосты к отступлению или компромиссу. Решил умереть Человеком чести. Ибо знал, что ожидает его, с его болезнью, в заключении... Физически немощный, но духовно закаленный длительным общением в лагере с борцами за свободу, а также самоусовершенствованием и верой. Вот его диалог-поединок с прокурором в суде І3 марта 1984 года:

Прокурор. С какой целью был изготовлен антисоветский вражеский по смыслу документ?

В.Марченко. С целью сказать людям правду.

Прокурор. Вы утверждаете, что все написанное вами — правда?

В.Марченко. Чистейшая.

Прокурор. Каким образом этот документ попал за пределы ИТК?

В.Марченко. Не скажу.

Прокурор. Почему?

В.Марченко. Поскольку вы людей сажаете. Вам истина не нужна, вам нужно человека в тюрьму посадить.

Прокурор. Марченко, представьте себе, что было бы, если бы каждый человек в нашей стране начал писать, что ему в голову взбредет, да еще и за границу передавать?

В.Марченко. Было бы так, как в настоящей демократической стране.

Этой книгой Нина Михайловна Марченко-Смужаница как одна из составительниц (вторая — Наталия Кочан, автор предисловия — Семен Глузман, послесловия — Валерий Шевчук) исполнила свой материнский долг перед памятью сына. Героя Украины — не по присвоенному званию, а по сути. Хотя она всю жизнь с честью выполняла его — от рождения Валерия, воспитания в условиях советской действительности и до тех страшных лет, когда боролась за его жизнь и достоинство, писала заявления и жалобы во всевозможные инстанции, ездила за сыном во все черные дыры (читатель может в этом убедиться, ознакомившись с разделом «Солідарність і любов»).

Сейчас имеем в отечественной библиотеке две книги, два высоконравственных собрания сочинений Валерия Марченко и его Матери («Найкращий твір мого життя — мій син») как соавтора. Это памятник обоим.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно