Пурификация — дорога к анонимизации

10 декабря, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск №50, 10 декабря-17 декабря

Недавно реализованный культурным агентством «Хазария» в Доме художника арт-проект «Пурификация»...

Недавно реализованный культурным агентством «Хазария» в Доме художника арт-проект «Пурификация» уже собрал такую богатую прессу, что вероятные последствия общего увлечения критиков этой арт-акцией трудно обозначить иначе, как вредными для ее практических участников-мастеров.

Ясное дело, каждый автор показанных там произведений является самодовлеющим артистом на своем — усердно возделываемом и строго отстаиваемом от посягательств конкурентов — участке современного искусства. У каждого довольно яркое имя в избранном жанре и собственный стиль: успешная фотографесса Светлана Вольнова, амбициозный молодой художник Майкл Мерфенко, инверсивный звукосоставитель Kotra, модный литератор Любко Дереш. Утверждают, что благодаря эссе последнего «М’який сірий шум» возникла концепция проекта, и применение в художественном контексте химического термина «пурификация» также принадлежит именно господину Дерешу. Как бы там ни было, но вслед за ним абсолютно все свидетели триумфальной «Пурификации» ретранслируют это название как «очищение». Термин, кажется, требует осмысления. Особенно, если брать во внимание тонкий и острый, словно лезвие классического Вилкинсона (и также при умелом использовании потенциально опасный), социально-этический эффект этой, подготовленной хитрой «Хазарией», мультимедийной экспозиции. Можно предположить: если бы идол юношеского совлита Любко Дереш использовал в своих текстуальных спекуляциях вместо несуразной «пурификации» слово «ампутация» — и такое название проекта смотрелось бы неплохо, и критиками было бы воспринято тоже не менее горячо. Но поскольку игра предложена не в мясницко-хирургической терминологии, а в благородной, чисто лабораторной, то посмотрим на purification как на ректификацию, удаление, выкуривание. Чего? Стоп.

Для наглядной полезности понимания значения иностранных слов и того, что из них может вытекать, отклонимся немного в сторону. Вспомните распространенный на шоу-биз просторах метод выявления достойных претендентов на ту или иную публичную роль — киноактеров, моделей, членов герл- или бой-бендов, живых брэнд-имиджей и тому подобное, называющийся кастингом. Спросите у любой девочки, участвовавшей (или хотя бы мечтающей показать себя) в этом антигуманном по определению действе, и они вам напрямую объяснят: кастинг — это отбор. В то время, как на самом деле английское слово casting означает: отброс, отбраковка, выбывание, наконец, сброс оленями рогов тоже называется кастингом. Такая уж наша традиционно самовнушаемая ментальность — видеть иллюзорный позитив там, где действует чистая химия нужных данному историческому интервалу реакций.

Следовательно, в любом языке слово очищение означает процесс, где происходит высвобождение чего-то от чего-то ненужного, лишнего, неподходящего. Судя по тому, что отклики на «Пурификацию» в общем благосклонные, мы вместе со всем цивилизованным миром приблизились к безболезненному восприятию очищения одного и того же арт-контекста не только от мнимых избыточных культурных конотаций с контаминациями (о чем говорят в медиа большинство апологетов проекта), а от лишней в современном искусстве фигуры художника как мастера-исполнителя, достойного запоминания.

Бельгийско-американский куратор и арт-критик Генри Гельдцаглер убедительно констатирует: «История современного искусства — это также история прогрессирующего уменьшения его аудитории. Оставаясь пока что интересной для художников, модерная штука все чаще вызывает взволнованное смущение у зрителей. Для сохранения хоть какого-то интереса к искусству и нужен институт кураторства».

Нечего греха таить, настоящими виновниками успеха «Пурификации» являются ее кураторы — сообщники в культуртрегерских провокациях Константин Дорошенко и Евгений Минко. «Пурификация» дала замечательный пример модерного кураторства как искусства организации произвольно отобранных вещей в элегантный пространственно-эмоциональный контекст. Дорошенко с Минко еще не отваживаются (хотя видно, что уже умеют и могут) создавать такие проекты, где бы вообще не требовалось называть имена тех, кто красит, лепит, вышивает, ткет, на чем-то играет и вообще изготавливает что-то в материале и реальном времени. Верится, что так же триумфальную выставку этим двум удалось бы сделать даже не из действительно авторских, подписанных конкретными известными именами работ, а из любого анонимного «хлама». Скажете, нет в этом нового? Да. Но в новом средневековье, в которое мы все глубже погружаемся со скоростью, предоставляющей нам нашим хорошим провайдером, всегда царят одни и те же законы, хотя упаковка (или, как кому выгодно, — их трактовка) может изменяться каждый сезон. Была права философичная романистка Айрис Мердок: «Искусство — это во все времена отчаянная попытка возвратить миру утраченное целомудрие».

Полезный словарик
для киберкадетов:

data purification — устранение ошибок, сверка данных перед занесением их в базу;

purification management — функция системы восстановления данных, обеспечивающая приведение их в состояние, в которым они были до момента искажения;

purification system — комплекс программ и руководящих таблиц, поддерживающих целостность данных (используется в банках данных и других автоматизированных системах).

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно