ОТ ГЕРМАННА ДО ЛАРСЕНА

15 февраля, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск №6, 15 февраля-22 февраля

Гастроли вахтанговцев в Киеве преподнесли много потрясений, откровений и открытий. А спектакль «П...

Абель Знорко — Василий Лановой
Абель Знорко — Василий Лановой

Гастроли вахтанговцев в Киеве преподнесли много потрясений, откровений и открытий. А спектакль «Посвящение Еве» подарил все вместе: пронзительного, очень точного и очень тонкого Василия Ланового, потрясающую музыку композитора Элгара (те самые «загадочные вариации», вынесенные в подзаголовок пьесы Эрика Эм Шмитта) и, наконец, Евгения Князева — открытие. Яркий, многогранный, объемный талант партнера Василия Ланового и его полной противоположности — как образной, так и актерской — открыл зрителю бездну эмоций, глубину характера и точность психологических превращений Эрика Ларсена.

К сожалению, Евгения Князева, интеллигентного и скромного вахтанговского артиста, не раскрученного телесериалами и кино (он снялся лишь в «Маросейке, 12», но заскучал и ушел из фильма), наш зритель практически не знает. Между тем, Князев — народный артист России, доцент, преподает в Щукинском училище. В 99-м выпустил свой первый актерский курс. За спектакль «Без вины виноватые» в театре им. Е.Вахтангова получил Госпремию России. Играет в трех спектаклях знаменитого режиссера Петра Фоменко и в небольшом театре «Бенефис» в Черемушках. Верой и правдой служит Его Величеству Театру.

В него он пришел довольно поздно, после горного института и уже потом знаменитого Щукинского. Учился у главного режиссера Вахтанговского театра Евгения Симонова вместе с Еленой Сотниковой, Андреем Житинкиным и Евгением Дворжецким. После третьего курса сыграл молодого Казанову в спектакле «Три возраста Казановы» рядом с Юрием Яковлевым и Василием Лановым. Все это — ответ тем зрителям, которые, выходя из зала после «Посвящения Еве», вопрошали в потрясении и восторге, таких редких нынче чувств после гастрольных спектаклей, «Кто, кто этот Князев? Откуда он?» Все оттуда же, из такой плодоносной и разной щукинско-вахтанговской школы. Откуда Лановой и Маковецкий, Суханов и Яковлев, Этуш и Ульянов.

Амплуа неврастеника, романтика, ремарковского героя, если хотите, достаточно редкий случай на современной сцене. Поэтому наблюдать все эти тончайшие нюансы игры Князева в блестящей пьесе также незнакомого до сих пор украинскому зрителю французского драматурга не просто интересно — невероятно поучительно. В смысле открытия для себя необычного для нашего театра типажа — человеческого и актерского.

Говорят, Князев, поступая сразу после школы в Щукинское, срезался на втором туре. Одной из причин стала его «странная внешность». Теперь эта странная и несовременная внешность, порода и породистость востребована театром. Германн в фоменковской «Пиковой даме», Старик и Жулик в «Провокации» Сергея Юрского, жалкий подкаблучник в пьесе Н.Садур «Уличенная ласточка» в черемушкинском «Бенефисе». Артист выпустил уильямсовскую «Ночь игуаны», в театре «Эрмитаж» вышел спектакль по Данину Хармсу, мечтает сыграть Альцеста, Ричарда III, Кречинского. Таких героев, которые, как и учитель музыки Эрик Ларсен из «Посвящения», грезят не о несбывшемся, а о несбыточном. Раненный любовью, не понятый и неоцененный Эрик Ларсен в финале «Посвящения Еве» оказывается талантливым писателем, но не отомстившим сопернику мужчиной. На контрасте с Василием Лановым, который играя нобелевского лауреата писателя Абеля Знорко, чем-то похож на себя самого в реальной жизни, Князев, пользуется другой палитрой актерских красок. Он очень лаконичен, но не менее страстен, чем Лановой.

Вообще дуэт столь разных, но одинаково талантливых и мощных артистов производит эффект разорвавшейся бомбы. Ведь и пьеса, и спектакль (который несправедливо ругала московская критика) не только о поиске Любви, что следует из поверхностного ощущения. Это спектакль-притча об Одиночестве, Истине, Смерти, Роке, т.е. о категориях философских. Такие психологически тонкие вещи играть могут лишь большие артисты. Лановой и Князев таковыми и являются. Режиссура Сергея Яшина и Сергея Голомазова — деликатна, естественна и проста. Бразды правления отданы чутью актеров, которым помогает художник и сценограф Алла Коженкова, всегда чуткая к деликатным темам любви, страсти и одиночества. Пьеса, созданная как камерное произведение, благодаря работе Коженковой и мощным темпераментам артистов наполняет и заполняет большую сцену. Да и слова драматурга небанальны, хотя все о том же — о многообразии любви, жизни и смерти. Постановщики, правда, не поверили себе, артистам и пьесе и все-таки ввели в спектакль почти бессловесного слугу (Олег Макаров), словно боящегося, что его роль отберет невесть откуда взявшийся человек с материка, перевернувший с ног на голову жизнь хозяина-затворника, а также целый сонм химер Абеля Знорко (почти десяток студентов ВТУ имени Б.Щукина), наползающих на него со всех сторон холодного, мрачного и одинокого жилища на острове в Норвежском море. Таким образом, в спектакль врывается кинематографичность, и огромный, в целую пьесу диалог-монолог превращается как будто в фильм, который еще долго не удастся выбросить на задворки сознания.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно