ОТ БОНАПАРТА К БУЛГАКОВУ ЧЕРЕЗ ПУШКИНА

17 сентября, 1999, 00:00 Распечатать

Предпоследнюю осень уходящего тысячелетия каждый встречает по-своему. В рамках празднования пято...

Предпоследнюю осень уходящего тысячелетия каждый встречает по-своему. В рамках празднования пятой годовщины Фонда содействия развитию искусств в обители на Андреевском в начале сентября столичная элита имела возможность лицезреть необыденную премьеру спектакля «Пушкин. Три мастера» в соавторстве народного художника Украины академика Даниила Лидера и научного руководителя Музея Булгакова Киры Питоевой по пьесе Михаила Афанасьевича «Мой Пушкин». Спектакль состоялся в нетрадиционной форме устной режиссуры и был соединен не только с личностями трех выдающихся мастеров - Пушкина, Булгакова и Лидера, но и с новым раритетным музейным экспонатом - грамотой Наполеона Бонапарта. Речь идет об оригинале начала XIX столетия.

С нее-то все и началось. Но, собственно говоря, почему именно спектакль? Сейчас уже довольно трудно разобраться, кому же принадлежала эта идея. Хотя изначально в музее никогда не ограничивались прямыми формами работы: экспозиция дополняется выставкой и наоборот. В Булгаковском доме, где происходящее отмечает свои вехи в особом измерении и все становится не так, как у остальных, стоит только устремиться вверх по скрипучей лестнице, издавна разыгрывались спектакли...

Три года назад, когда музей получил в дар чудом найденную и сохранившуюся до наших дней уникальную коллекцию близкого друга семьи Булгаковых В.Экземплярского под названием «Лики Иисуса Христа в изображениях», был поставлен и показан «Фауст» Олега Липцина, раскрывавший прежде всего историю экспонатов. А затем опять-таки совместно с фондом была открыта выставка «Что есть истина?», ставшая неотъемлемой частью всей экспозиции. И сейчас, когда музею передали на хранение грамоту Наполеона, доставленную из Львова и находившуюся приблизительно с 1960 г. у киевлянки Кашпровской, вдохновителей музея не переставал мучать поставленный ранее вопрос. О истина, истина...

Поэтому в форме спектакля, в разговоре поиск продолжался. И неизменным звеном его, кроме Бонапарта и Булгакова, стала еще одна знаковая фигура XIX столетия - Александр Пушкин, которого Михаил Афанасьевич считал своим духовным отцом и наставником, заключая это в одной фразе: «Пушкин - это мое все». Имеется в виду отношение - и творческое, и чисто человеческое. За основу «событий в шопке», ибо именно так нарекли черный ящик с цикличным расположением фигурок, создателями и участниками спектакля Лидером и Питоевой был взят спектакль МХАТа 1943 года «Последние дни» по пьесе Михаила Булгакова, точнее, интерпретация спектакля. В нем прослеживается прежде всего христологическая основа, заложенная самим Булгаковым. Последние дни Пушкина, как пророка и мессии не только своего народа, ассоциируются с последними днями Иисуса Христа.

Спектакль не замыкался в своей собственной сюжетной линии, а также в пьесе Булгакова. Ведь произведения обоих авторов несут в себе приметы нашего сегодняшнего бытия. Круг героев «шопки» смыкал «кольцо» со зрительным залом, где тоже рождалась истина. Но самое главное в этом случае, как сказала Кира Николаевна, - не ждать быстрого результата. Без афиш и объявлений, которые, впрочем, ни к чему, музей занимает свое, пусть скромное, место. И как ни готовится он к встрече с посетителями, приходится импровизировать. Потому что все зависит от людей, пришедших в дом Турбиных, чтобы потом снова и снова перечитывать Михаила Булгакова, своего соотечественника и всегда современника.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно