Оглянусь во гневе. Сумбурные мысли в канун Дня театра

20 марта, 2009, 15:04 Распечатать

Звонок с FM застает врасплох. «Нам нужно пять минут синхрона о том, что в театре все плохо!..» — «Да? Девушка, а у вас есть на примете сферы, где нынче «все хорошо»?» На этом разговор тут же закончен!..

Фото: Василий АРТЮШЕНКО
Фото: Василий АРТЮШЕНКО
Звонок с FM застает врасплох. «Нам нужно пять минут синхрона о том, что в театре все плохо!..» — «Да? Девушка, а у вас есть на примете сферы, где нынче «все хорошо»?»

На этом разговор тут же закончен! Но червь сомнения почему-то не дремлет. И по наводке FM предлагаю лишь несколько страниц — из персональной «книги жалоб» (накануне Дня театра).

Что в театре хорошо? А что в театре плохо? Дивные вопросы, на которые вечно ищут ответы. И во времена «очаковские». И в недавние советские… Хотя бы в тех самых старинных подшивках, которые нынче опасно листать. Ведь как обветрилось многое. И как выветрилось… Одержимые жрецы прекрасного, прежде толковавшие о чести, совести, этике на страницах «Украинского театра» (к примеру), на что вы потратили жизнь драгоценную?

...Но, право лучше не нырять в архивную прорву (чем по глупости занялся, погрузившись в бездну чердачных подшивок) – иначе «аберрация» зрения в зеркале уже нынешней сцены.

Девушка с FM, вы спрашиваете, что у нас «плохо»? Ну что ж...

Представьте, возмущает несправедливость топографичного «рока». Киев времен В.Щербицкого слыл футбольной столицей (почти «творческий» статус на пространстве советском). Уж все изменилось. И «статус» новыми пришлыми заметно подкорректирован. Международной сценславы не особо прибавилось. Но вдруг возник — у нас на глазах — удивительный «статус»: столица поголовно «скулящих». Город чиновников, которые зачем-то поют... Мужчин, которым, естественно, не до театра, «духовности». Так как они сами себе и «духовка», и «курица-гриль». Лихо осваивают бюджеты. Вынуждают прозябать беззарплатных артистов. Некоторых начальников «увольняют» (приказы с Банковой), а они в ус не дуют. И – веселятся. В любой театр билетов, в общем, навалом. На диск легендарного мэра – предварительная запись «по карточкам». И это – не Брехт. И не Беккет.

Очень хочется рвать и метать, когда читаешь в газетах о бедствиях в Доме ветеранов-артистов. Говорят: доживаем, доедаем и пока допиваем горькую чашу, а дальше — одному Богу известно. А город «поющий» – слушает, ест. Кормит надеждами.
(Г-жа Кильчицкая, кажется, вы старикам кое-что обещали?)

Есть в обиходе термин — «асексуальность». В нашем районе сгодится – «атеатральность». Могут ли считаться людьми «театральными», например, Журавский и Зорина? Светочи тьмы — из культурного руководства столицы. Эти ангелы с появляющимся демоническим отблеском в поволоке глазниц, когда только расслышат волшебное слово «бюджет». Что сделал каждый из них для театров – по пунктам, конкретно… За что получали зарплату, на каком основании под собой грели стулья? Что построили? Кого накормили? Кого осчастливили за время своего великолепного царства? Ни одного фестиваля. Скукоженные бюджеты. Недоплаченные зарплаты...

И взывание — к небу низкооплачиваемых (из районных театров): «Только не в город! Только не с ними!»

Навевает на гневные мысли и передовой опыт подведомственной Им оперетты. Читаю рекламу. И узнаю…. Оказывается, этот «храм» уже «предоставляет услуги»… по пассажирским автоперевозкам в пределах страны (автобусом King Long и специальными грузовиками). А «услуги искусства» вы случайно не хотите предоставить?! Неужели на такое ратное дело, сподвигли в управКультуре? Сегодня они толкают «услуги» в виде авто. Завтра, глядишь, в виде перьев (из списанных оперетт) – бодрому контингенту на Окружной (все в дом копейка). А послезавтра, не доведи Господь, начнут и «живой товар» предлагать: в виде «сильв» и «фиалок» — в общем, «телок» (согласно новорусскому сленгу). … Кризис же! Не до искусства г-ну Струтинскому?

Не скрываю, вызывает негодование и так называемая кадровая политика. Только где затеплится Божий дар молодой, а не успеешь оглянуться в радости, как надо озираться в печали. Сколько интересных имен, казалось бы, зажигалось в Русской драме (столицы). Едва выучил – те имена, – а они уж «погибли» под бременем дисциплинарных взысканий. Зачем тогда эту неоперившуюся детвору вообще зачислять в «академию»? Чтобы затем подрезать им стебельки да выбросить за борт теплицы?.. Жестокие игры. А ведь театр — не дисциплинарный батальон, а педагогическая лаборатория. Товстоногов настаивал: взращивать надо талант, а не пересаживать его как куст из клумбы на клумбу.

Педагогическая проблема – бич Божий и для главного драмтеатра страны, для франковцев. Обойма разноодареных режиссеров и тусит, и ставит. Но нет среди них надежного мастера — прикрепленного педагога и творческого подсказчика. Есть худрук, но он занят. И возникает полистилистическая многоголосица в спектаклях. Порою сумбур вместо музыки. А ведь без ансамбля не бывает удачного номера. Увы, и «этот номер» проходит.

Еще раздражает (это все ответы на вопросы с FM) преступная сценречь многих «артистов». Молодых или даже в регалиях. За последнее время все они лихо подались в дубляж – заработать. И тут все издержки их «производства» нам вылезли боком. Опасно этих говорунов слушать в кино! Да и театральные завсегдатаи поймут мою грусть. А ведь это все одна и та же проблема – школа, образование. Естественный отбор удивительных «кадров».

Да уж, поплачемся: пока не дарит астрал таких исполинов как прежде – как Товстоногов или Юра. Мастеров, которые феноменально концентрировали в своих личностных орбитах и административные таланты, и интуицию проницательных творцов. Как изысканно артистов коллекционировали. Как мастерски раскладывали эту мозаику, этот пасьянс: ни одно амплуа не забыто. И каждый в коллекции – личность, талант. Ну да что уж теперь. Опохмелитесь, а потом празднуйте День…

А я снова (абстрактно) пожалуюсь на злую судьбу. На «непришествие» в наши широты новых — дерзких, бойких, пусть спорных – но лидеров. Ничто не сбылось из того, о чем вы так долго мечтали – еще в 90-е (см. те же подшивки на чердаке). Несчастный Дима Лазорко, Боже, так рано... В какой-то провинции, корчась от боли, он не обыграл ни судьбу, ни фортуну. Прощай, взрослый мальчик… А ведь сколько было надежд и иллюзий. Богомазов Дмытро – и умница, и талант — и… не борец. Тихий скромный художник. Явно не лидер, довольствующийся «тем, что дают», а дают от ворот поворот (ставит в провинции). С.Проскурня –ренессансная звезда «Березілля» (был такой фестиваль, если помните), а нынче «советник в футляре», чиновник без трудовой, зато с необоснованными претензиями на Одесскую оперу. Жолдак Андрей – одаренный украинский «бомж» в международном масштабе: прежде казалось — бунтарь (на корабле), а недавно оказалось – конформист (в одной с «ними» шлюпке). По-прежнему берут «ноты» в разных театральных регистрах А.Приходько, А.Билозуб, А.Билоус, Ю.Одинокий etc. Только это явно не «лидерство». А лишь творческое приноравливание к безумным дням нашей жизни…

Право, огорчает и совсем уж непостижимая вещь… Из сценического лексикона вроде испарилось главное театральное слово – «Успех». О нем словно забыли! Ориентируются на что угодно – на кассу, на самовыражения (за счет госбюджета), на профили сиятельных жен, за плечами которых влиятельные «мужи» с кошельками. На «успех» — тонкости проблемы в эссе Тенесси Уильямса «Трамвай «Успех» — вроде никто? Иначе бы уже говорили!

Вместо P.S. А в остальном у нас все хорошо. Кассиры сыты, труппы целы. Ведь сколько людей – столько и мнений. «Раньше в театре служили идее, а сейчас – лишь желудку», — так, например, считает Л. Дуров. И я не согласен. Потому что знаю, как даже сегодня спешат в свои малые залы на Печерске, на Лыбидской, на Андреевском («Колесо»), в Центр Курбаса (на Владимирской) и куда-то еще многие хорошие честные – те самые низкооплачиваемые — артисты. С Днем театра вас, друзья! Ведь не за деньги спешите. А за «тем», что иным и объяснить-то нельзя… За «тем», что прячет вас от злого и глупого мира – в подвалах, в подъездах, в квартирах… Как бы – в «театрах».

«Если театр не освящен жизненной энергией, вдохновением, то и нет никакого смысла ставить, играть…» — в это искренне веровал мой кумир Товстоногов. Кажется, все так просто и ясно. А поди ж ты, такая редкость – энергия, вдохновение… И самое главное – о чем он тоже писал – Вера. Мы-то, как оказалось, живем во времена «новейшего атеизма». И имя ему – Цинизм. И ничто иное – так как Цинизм (только с прописной, он же главный в репертуаре) – более и не разъедает Театр изнутри… И все надежды на «новую искренность», видимо, тщетны... Хотя по-прежнему, когда гаснет свет, сидим и мечтаем: «...А вдруг?»

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно