НЕСКОЛЬКО ИНТЕРВЬЮ ГЕОРГИЯ ЯКУТОВИЧА

15 сентября, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №36, 15 сентября-22 сентября

Чуєш, сурми заграли... Склонившись на белый лист неоконченного рисунка, мастер ушел от нас в бессмертие...

Чуєш, сурми заграли...

Склонившись на белый лист неоконченного рисунка, мастер ушел от нас в бессмертие. В тот вечер на ТВ показывали фильм «Тени забытых предков». В нем художник-постановщик Георгий Якутович выстроил каждый кадр... Вдруг над Карпатами и в доме мастера печально и тревожно заплакали трембиты.

В истории украинского искусства редки художники, чье творчество обозначает слом старого мышления и рождение принципиально новой художественной системы. Среди немногих имя Георгия Вячеславовича Якутовича — академика, лауреата Государственной премии им. Т.Шевченко, профессора Украинской академии искусств, мастера графики.

60-е годы — время, когда Г.Якутович с друзьями А.Губаревым, А.Данченко, Г.Гавриленко, В.Ламахом решительно противопоставили бытописательству соцреализма новую систему изобразительности, 60-е годы — время короткой «хрущевской оттепели» дало молодежи мощный импульс к обновлению. Воздух иллюзорной политической и творческой свободы манил возможностями экспериментов и открытий. «Каждая эпоха отличается самостоятельным отношением формы и пространства», — любил повторять тогда слова В.Фаворского молодой график. Возвращаясь мыслью из нынешнего сентября в 60-е годы, понимаешь созданное Г.Якутовичем искусство как свободное проявление раскованной творческой воли бескомпромиссного человека и вместе с тем результат самоотверженной работы личности яркой, артистичной, сложной и одновременно цельной.

В одном из интервью о Григории Гавриленко Георгий Вячеславович сказал: «Он чувствовал необходимость в понимающей его среде и он начал воспитывать свое окружение». В такой же степени это характеризует Г.Якутовича. Смолоду завоевавший авторитет в художественной среде, он еще в 60-е годы стал знаковой личностью в искусстве Украины. Художники в республиках тогдашнего СССР ассоциировали новизну в искусстве с гравюрой Г.Якутовича «Аркан».

Молодежь 90-х годов, черпающая творческую свободу пригоршнями, часто забывает, как она добывалась поколением А.Данченко, Г.Якутовича, Г.Гавриленко, А.Губарева, В.Перевальского, О.Рапай. С.Караффы-Корбут, И.Остафийчука, В.Задорожного, М.Грицюка и других их единомышленников. Несомненным завоеванием искусства 60-х годов, и в первую очередь графики, как наиболее мобильного творчества, был поворот от некоего «советского безнационального стиля» к выражению национального самосознания.

Народная стихия сделалась духовно необходимой частью жизни общества благодаря усилиям этого поколения. Фольклорное, национальное было настолько острой, а порой и трагической темой того времени, что за право быть национальным художником порой расплачивались не только судьбой, но и жизнью. Возрождение этнокультуры во многом обязано энергичному таланту Г.Якутовича. В этом нет и доли преувеличения. Иллюстратор В.Стефаника, М.Черемшины, М.Коцюбинского, человек чести, всегда готовый откликнуться на новизну, сподвижник С.Параджанова, друг И.Дзюбы, И.Драча, азартно увлекающийся творчеством молодых, Георгий Якутович сделался мощным катализатором обновления интеллектуальной жизни в Украине.

Тогда молодые Г.Якутович, Т.Яблонская, В.3арецкий, С.Параджанов и еще многие влюблялись в зачарованных зверей Марии Примаченко, в поэтику Карпат, зачитывались запрещенными в 60-е годы М.Грушевским, В.Винниченко, слушали «фольклорные баллады» юных И.Драча, М.Винграновского, Л.Костенко. Дом Г.Якутовича стал в те времена воистину «вольной академией».

Бурное и полнокровное «фольклорное движение» 60-х годов в Украине во многом опиралось на краткую историю независимого Украинского государства. В работах «украинского авангарда» 20-х годов — особенно в произведениях Г.Нарбута и «бойчукистов» — Г.Якутович и его единомышленники находили аналоги синтеза новых идей с формами народного творчества. Серьезным поводом для углубления в фольклор был повсеместный интерес к народной песенно-поэтической культуре, к интерпретациям народной думы, песни в творчестве украинских композиторов и поэтов. Особым было внимание к традициям эпического мышления. В искусство вновь вошли мозаика, фреска, витраж. Георгий Якутович говорил: «Считаю, что истоки настоящего понимания монументального искусства лежат в народном творчестве. Изучая его, я встретился с удивительными произведениями, простыми и монументальными. Таковы народная украинская гравюра, декоративное искусство. Здесь каждое произведение изначально обобщено. Тут есть синтез, а он, естественно, ведет к монументальности. Именно к источникам народного искусства я обращаюсь, когда ищу способы выразительности в станковой графике».

Г.Якутович шел к освоению фольклорных истоков искусства стремительнее других сверстников и коллег. Излишне критичный в отношении себя, бескомпромиссный и взыскательный в творческих вопросах, Георгий Вячеславович неоднократно говорил мне о сложностях перехода от академического мышления к народному. Ему были ведомы муки перевоплощения и сомнений: «Воплотиться в мышление народных художников... к этому я так и не пришел», — признавался он в одном из интервью, — «более того, в качестве образцов я все-таки использовал украинскую (профессиональную) гравюру XVII—XVIII веков. У меня не хватало памяти, чтобы работать без набросков, ни непосредственности наивного художника», и тут же: «Следование не стилистике, а эмоциональному впечатлению от произведений, жизни, быта народа всегда приводило меня к успеху в графике. В этом я увидел близость к народному методу, возможность перевоплощения».

Как ни парадоксально звучит, однако к фольклору Украины Г.Якутович приблизился посредством искусства далекой Мексики, а точнее — через осознание близости живописной самобытности монументалиста Диего Риверы с творческими принципами М.Бойчука. Так, уже в 1957 году, оказавшись в «диалоге» с монументализмом Риверы, Г.Якутович открыл для себя не только смысл концепции бойчукистов, но и сущность того, что служило первоисточником для М.Бойчука, — наивную и одновременно мудрую фольклорную изобразительность. Под обаянием этого культурного пласта рушились остатки академической нормативности. Г.Якутович отныне будет опираться на закономерности, присущие искусству народа.

Почти 10 лет творческой жизни молодой Г.Якутович отдал утверждению принципов новой изобразительной системы и ее пластического языка. В 1965 году появилась уверенность в том, что в иллюстрациях к «Козаку Голоте» М.Пригары победа над собой одержана. Гравюры выдерживали аналогию с классическими образцами народного творчества. Особой гордостью Г.Якутовича было то, что этнографические элементы были сведены к минимуму. Линогравюры создал мастер, виртуозно владевший резцом, постигший сущность народного декоративизма, его монументальную структуру.

Отныне новая для украинской графики система изобразительности получала яркую жизнь и широкое распространение в работах поколений 60-х—80-х годов.

В гравюрах Г.Якутовича (на дереве) к «Теням забытых предков» М.Коцюбинского принцип «сущностного видения» (выражение Якутовича) достигнет классической ясности. Отсюда потянутся нити к метафоризму в искусстве молодых. Творчество Г.Якутовича не застыло в найденных моделях и открытиях. В 70—80-х годах будут созданы иллюстрации к Н.Гоголю, к «Повести временных лет», циклы экспрессивных рисунков и лапидарных станковых листов.

Однако сегодня хочется думать о молодости графика, о чистоте его поколения, о сподвижниках- бунтарях. Мысленным взором охватываешь масштаб духовной работы, взятой на себя «шестидесятником» Г.Якутовичем и выполненной им с достоинством большого артиста и гражданина.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно