НЕ БУДЕТ УЖЕ ТЕХ ВРЕМЕН

29 ноября, 2002, 00:00 Распечатать

С переходом на зимнее время наши вечера становятся существенно длиннее — к ним прибавляется целый час тьмы...

С переходом на зимнее время наши вечера становятся существенно длиннее — к ним прибавляется целый час тьмы. Вслед за этим наблюдением неожиданно начинаешь осознавать, как истекает время, невольно задумываешься над призраком истечения и другими ночными призраками. Приблизительно тогда же, на этом не совсем выразительном временном изломе между поздней осенью и ранней зимой, вот уже который год подряд к тебе доходят вести на одну и ту же (или отныне уже вечную?) тему: наших бьют.

Это стало чем-то похожим на своеобразный сезонный спорт. В сущности, это охота, а охота все-таки является спортом. Невидимые во тьме стаи из семи-десяти человек без каких бы то ни было рациональных резонов нападают на одинокого прохожего. Он не успевает даже подумать свое по-человечески мотивированное «за чьто?», как оказывается на асфальте. Далее все зависит от его везения, а также от умения закрывать голову, живот и детородные органы. Содранная одежда и отобранный кошелек при этом отнюдь не самоцель, речь идет совсем не о каком-то там банальном ограблении. Как любой вид спорта, этот также зародился из чисто бескорыстного соревновательного духа. Возможно, где-то там внутри этих охотничьих сред ведется какой-то абсолютный отсчет. Возможно, это соревнуются между собою различные команды, и каждый успешно заваленный ими на асфальт проходящий объект — это дополнительное очко. Не знаю почему, но где-то приблизительно после наступления нового года очередная волна стихает. Нет, не без того, что подобное с вами может случиться на протяжении всего года. Но самое главное — продержаться именно на этом отрезке катастрофического исчезновения дневного света — в ноябре и декабре.

Я издавна полюбил эти месяцы за их беспредельно длинные вечера. Где-то с ранних восьмидесятых, когда после прохождения всех неминуемых инициаций меня допустили к любимейшему обряду украинско-подсоветской богемы, я начал находить в этом потемнении мира свое особое удовольствие. Обряд, о котором я здесь вспоминаю, назывался вождением козы, и я должен хотя бы в нескольких штрихах восстановить его ход.

Следовательно, это должно быть кафе, столовая, бар — нечто такое, что в наших окраинах привычно называют кнайпой, это должно быть не слишком многолюдное, но достаточно теплое общество, крикливые буфетные тетушки, гашение окурков в тарелке (ну ясно, откуда взяться пепельницам, если курить запрещено!), взгляд за окно — там темная ночь, взгляд на часы — всего лишь шесть. Это должно быть состояние нарастающей душевной эйфории, вызванной сразу двумя весьма активными факторами — алкоголем и разговором. С первым все понятно, а второе — это искусство для искусства, чистое искусство, то есть чистой воды искусство.

Таких кнайп, или, скажем, творческих мастерских на протяжении вечера должно быть не менее четырех-пяти (взгляд за окно, взгляд на часы — всего лишь восемь, девять, десять, одиннадцать, жизнь прекрасна и длинна). И вся суть вождения козы — в передвижениях между ними. Причем эта виртуальная коза всякий раз привязывается где-то перед входом в следующее заведение и там терпеливо ожидает продолжения пути. По дороге кто-то обязательно отстает и исчезает, поглощенный ночью, кто-то присоединяется. Для развития сюжета необходимо появление в обществе кое-кого неприятного или нежелательного. Например, кто-то, значительно пьянее всех других, от чего нить разговора начинает теряться, а сам разговор получается ни о чем. Или кое-кого с не очень хорошей репутацией (осторожно с Таким-то — говорят, он стукач, у него в портфеле включен диктофон!). Тем не менее, несмотря на присутствие настороженно-ушастого Такого-то, несмотря на явственно услышанное шелестение казенной диктофонной пленки в его портфеле, разговор продолжается и show must go on, как будет завещать несколько позднее великий автор «Богемной рапсодии» Фредди Меркюри. Политика, поэзия, метафизика, Украина, эстетика, смерть, секс.

Последнее не могло не повлечь появления на определенном этапе по крайней мере одной дамы, не слишком прекрасной, хотя на том этапе уже, согласитесь, все равно. Это прибавляло новое волнение и напряжение, начиналось несколько упрямое оленье противостояние с сотрясанием голов и потрясанием красивыми разветвленными рогами. Все это все равно ничего не меняло, ибо дама так же непредвиденно исчезала, исчезали еще какие-то типы, исчезали уличные фонари, исчезала отвязанная кем-то другим коза, оставались самые стойкие.

В общем, это могло продолжаться и до утра, хоть я наиболее любил, чтобы где-то так лишь до первого — второго часа. Вот вас уже только двое — ты и твой кум. Ваш последний разговор где-то на перепутье под последнюю же сигарету — какая-то сплошная психоделика. Расширение сознания определяет необъятность души и последних объятий.

Потом уже только сам — один-одинешенек на всю исполинскую ночь — моральный закон во мне и звездное небо надо мною, а какие строки падают прямо с этого неба, какие умные и уместные монологи по любому из поводов удается провозглашать! Какая точность в выборе слов, какое попадание в десятку и в яблочко! Назавтра все это куда-то выветривается, но о завтра ни слова. Есть преисполненное радости сейчас и теперь. Хочется здороваться с незнакомыми пацанами, пожимать им руки, стрелять у них курево, почему-то давать свой телефон...

Не будет уже тех ночей. Когда это началось — трудно судить, но как-то уж так случилось в течение последних лет, что вместо ноября-декабря наступает нечто наподобие МММ — малая местная мартирология. Наших бьют преимущественно в момент их ночных возвращений, когда «моральный закон и звездное небо». Я узнаю, что этому сломали ребра, этому челюсть, еще у другого сотрясение мозга, а у кое-кого — как там формулировалось? — «телесные повреждения средней тяжести». Общество трансформируется и — усилиями самых молодых своих поколений — теряет проклятую богему навеки. Еще немного — и вождение козы станет полностью отчаянным ритуалом последней горстки индивидов, или, скорее, инвалидов.

Остаются пустые размышления на тему: «А что, если бы пистолет?» Я не хочу об этом даже и думать. Я просто достаю из надежного укрытия свою «беретту-компакт» и выхожу на очередной ночной отстрел.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно