Легкое дыхание. Ушла из жизни Лариса Роднянская

10 сентября, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск №36, 10 сентября-17 сентября

Кажется, из всех знакомых только я называл Роднянскую по имени-отчеству: Лариса Зиновьевна. Для остальных она была Лялей, и это имя ей очень шло...

Кажется, из всех знакомых только я называл Роднянскую по имени-отчеству: Лариса Зиновьевна. Для остальных она была Лялей, и это имя ей очень шло. Ибо принадлежала к тем женщинам, которые, без видимых усилий, с годами ничуть не теряют привлекательности. Ее красота становилась все более зрелой и все более наступательной. Мужчинам нравилось подчиняться ее воле, а ей доставляло удовольствие управлять ими. Она не случайно избрала стезю продюсера — здесь без определенной харизмы не обойтись. Тебе или внимают, или посылают куда подальше…

Красивая женщина слишком часто становится рабыней своей привлекательности. Но это не про Лялю, не про Ларису Зиновьевну. Ее интеллект был заряжен на дело, она входила в число истинных фанатов кино. Собственно, и не могло быть иначе — шла по стопам отца, Зиновия Роднянского, многолетнего редактора и главного редактора «Укркинохроники», сценариста множества документальных фильмов. Кино — заразная болезнь, к тому же передается из поколения в поколение. Вот и она, хоть и закончила филологический факультет Киевского университета (откуда, кстати, вышел не один кинематографист), однако почти сразу оказалась в кино. Существовало в прежние времена Бюро пропаганды советского киноискусства, которое и вправду пропагандировало «здоровый и вкусный» советский образ жизни (противопоставляя его западному, буржуазному). Но наряду с этим несло в зрительские массы доброе и вечное, просто хорошее, качественное кино. Вот здесь, в кинолектории, и работала Роднянская, энергично продвигая фильмы.

Кстати, умение «нашептать» слова, которые побуждают людей приходить в кинозалы, сохранялось в ней до конца. Мы знали: если зал Дома кино полон — значит, скорее всего, к этому приложила руку она («Лялино мероприятие», так это и произносилось, уважительно). Но дело не только в таланте организатора. Вкус — почти утерянное нынче понятие — вот что было одним из побудительных стимулов ее поступков. И это не просто что-то из области эстетического. Вкусно жить — значит сохранять интерес к любым проявлениям жизни, сохранять избирательность. Потеря вкуса сродни потери компаса в безбрежном пространстве. Такой компас находился у нее внутри, ей хотелось верить, она излучала жизненную, точную энергию движения.

Надо было видеть, как она двигалась в пространстве. Не поглощая его, а придавая форму. Какой-то жуткий коридорчик вдруг наполнялся воздухом. И какое женское обаяние! Мне часто вспоминался знаменитый рассказ Бунина, где воссоздается древнее представление о красоте женщины: кипящие смолой глаза, черные как ночь ресницы, длиннее обыкновенного руки, покатые плечи… А главное — знаете что? Легкое дыхание! Оно у нее было, и потому пространство не утяжелялось ею, а, напротив, становилось воздушным, ажурным, стильным.

Роднянская была одним из чарующих духов нашего Дома кино. Именно в Союзе кинематографистов она и основала свою киностудию, назвав ее «Контакт». Всего лишь одна комната… Это было в конце
80-х, кино и кинематографисты были в фаворе, всем хотелось только одного — свободы, остальное построим сами. Наверняка мечта о собственном и не зависимом ни от кого деле жила в ней давно, да только осуществиться ей было трудно. А тут сошлось. Ее взоры обратились на неигровое, документальное кино. Семейная традиция, которая продолжилась в сыне, Александре Роднянском. Ученик знаменитого классика Феликса Соболева, он стартовал с фильмов, которые становились событиями. В частности, и благодаря «Контакту». В них подкупало личностное начало. «Свидание с отцом», к примеру. Потом была «Миссия Рауля Валленберга», получившая самые престижные награды, в том числе и «Нику» за лучший неигровой фильм в СНГ (начало 90-х), «Прощай, СССР», в котором закадровый автор попытался ответить на вопросы «Кто я? Откуда я? Куда я?» Жаль, профессия продюсера, судя по всему, уже навсегда забрала у нас замечательного режиссера…

В 90-е годы так ладно сложенная постройка отечественного кино начала валиться в тартарары. Студии «Укркинохроника» и «Киевнаучфильм» чаша сия не миновала тоже. Одной из лучших в мире школ неигрового кино грозил уход в небытие. Поверьте, я ничуть не преувеличиваю — у нас замечательное кино, прекрасная школа, выстоявшая в борьбе с постоянным стремлением властей ограничить кино выполнением официантских (чего изволите?) функций. И вот оно не нужно…

В подобных ситуациях большинство мужчин обнаруживают неспособность изменить свою жизнь, перевести ее в иную колею. На это способна женщина, существо вроде бы консервативное по самой природе. Но нет же, Роднянская и потянула за собой не просто киностудию, а целый взвод мужиков, каждый из которых был профи в режиссуре и операторстве. При этом она точно уловила необходимость изменить саму стратегию производства фильмов. Функции политического горлана, бойца невидимого идеологического фронта перешли к телевидению, конкурировать с ним было бессмысленно. Надлежало говорить о явлениях вечных, непреходящих. Она запускает проект, которым по праву гордилась: «Обрані часом», о выдающихся деятелях культуры Украины. При этом открывались имена, забытые совсем или запрещенные в советское время. Архитектор Городецкий, к примеру, скульптор Александр Архипенко, писатель Мыкола Хвылевый… А еще Амвросий Бучма, Игорь Савченко, рожденные, взлелеянные Украиной Анна Ахматова и Михаил Булгаков. И так далее, всех не перечесть.

Параллельно «Контакт» начал реализовать проект, в рамках которого снимаются фильмы о регионах Украины. К примеру, «Прикарпаття: гори і доли» Тимура Золоева. Вопрос, некогда заданный ее сыном: «Кто я? Откуда я? Куда я», казалось, двигал, формировал ее продюсерскую идеологию. Самопознание, ощупывание своего коллективного тела и духа. И пусть нередко мы напоминаем слепцов, ощупывающих слона и слагающих диаметрально противоположные версии от тактильного контакта (из известной притчи), но ведь иного не дано.

Ее возмущали равнодушные, ничем не интересующиеся люди. Хотя собственно людьми она и интересовалась в первую очередь. Человеком она была городским и, по-моему, на природе долго не уживалась. Ее вела, грела мысль городская, семейная. Сын, невестка, внуки, которыми она беспредельно гордилась. И, конечно, дружный коллектив самого «Контакта», вокруг которого объединилась семья режиссеров и операторов. Это и «первачи» неигрового кино Мурат Мамедов, Тимур Золоев, Владимир Хмельницкий, Виктор Шкурин, Александр Фролов, Эдуард Тимлин, Николай Мандрич… И ведущие режиссеры игрового, художественного кинематографа — Николай Мащенко (ему Роднянская даже посвятила свою единственную попытку в режиссуре — картину «Н.Мащенко. Незавершенный портрет…»), Александр Муратов, Николай Ильинский, Олег Фиалко. Режиссеры среднего поколения Сергей Маслобойщиков, Светлана Ильинская, Сергей Лысенко… Всех не назвать, кого-то забудешь. Она — помнила. Это была ее семья, ее любимые люди. Кроме творческих и производственных дел любила застолье. Быть может потому, что в этом жанре легче скрасить улыбкой, шуткой свою нежность, свою любовь к тем, кто тебя окружает...

Никогда не забуду поникшую фигуру одного из ее режиссеров, присевшего возле какой-то из соседних могил во время похорон на Байковом кладбище. Чувство сиротства — кажется, оно настигло многих в тот печальный, наполненный солнышком сентябрьский день. И словно витал в воздухе грациозный силуэт ушедшей… Ее легкое дыхание снова рассеялось в мире, в этом безоблачном небе, в этом нежном осеннем ветре.

Прощайте, Лариса Зиновьевна.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно