Лазурный берег, темный лес…

22 мая, 2015, 00:00 Распечатать

Каннский международный кинофестиваль порадовал — как кинооткровениями от мастеров, так и откровенными провалами от таких же мастеров. Внимание кинопрессы привлек "Кэрол" Тодда Хейнса с Кейт Бланшетт и Руни Марой в главных ролях. В целом получилась частная ретро-история, временами достигающая напряжения высокой трагедии.

 

Каннский международный кинофестиваль порадовал — как кинооткровениями от мастеров, так и откровенными провалами от таких же мастеров. 

Внимание кинопрессы привлек "Кэрол" Тодда Хейнса с Кейт Бланшетт и Руни Марой в главных ролях. 

В целом получилась частная ретро-история, временами достигающая напряжения высокой трагедии.

"Сын Саула" — пока что самый радикальный фильм нынешних Канн. И здесь уже трагедия не спрятана во внутренний мир героев. Она — вокруг. Венгр Ласло Немеш, для которого "Сын Саула" — первый полнометражный фильм, находит новый и довольно неожиданный ракурс в изображении Холокоста. Его герой, узник Освенцима, работает в зондеркоманде. Однажды среди мертвых он находит тело мальчика, которого принимает за сына. Саул пытается украсть труп, чтобы достойно похоронить. Мы так и не узнаем, реальный это сын или воображаемый. Поскольку герою все время напоминают, что сыновей у него нет. 

С первого и до последнего кадра режиссер максимально сосредоточивает внимание только на Сауле. Камера следит исключительно за главным героем. Параллельно позволяет нам видеть и страшный фон событий: обнаженные тела, горы пепла. Но они немного размыты. Камера ведет Саула по всем лабиринтам его сумасшедшего пути.

Главную и, в сущности, единственную роль в картине играет нью-йоркский поэт Геца Рориг.

Это как раз тот фильм, который нужно не посмотреть, а пережить. (Пожалуй, единственный в конкурсе этого года).

Однако именно "пережить" историю героев заставляет и японская лента "Наша маленькая сестренка". На первый взгляд — непритязательное кино, которое предложил Хирокадзу Корэ-Эда. Режиссер демонстрирует простую жизнь, в которой несчастные и одинокие учатся быть счастливыми.

Они ищут гармонию даже там, где ее быть не может. Корэ-Эда снял филигранное кино без чрезмерного пафоса и истерик. Фильм чистый и ясный и вместе с тем — изысканный и тонкий.

В семейном кругу остается и настоящий любимчик Канн — режиссер Нанни Моретти. Для него даже сделали исключение: лента "Моя мать" уже вышла в итальянский прокат (а это противоречит строгим фестивальным правилам).

Моретти снял ироничную трагикомедию о неизбежности смерти и о продолжении жизни. Он остается в пределах тем "Комнаты сына". Но в этот раз из фильма Моретти исчезают и тот нерв, и те сложные смыслы, которые сделали "Комнату сына" шедевром.

В новой работе режиссер в большей степени автобиографичен. Вот только режиссером является женщина (Маргерита Бай). Себе Моретти отвел роль брата. 

У режиссера умирает мать, съемки в разгаре, американская звезда (Джон Туртурро) привередничает и лжет. И так без конца. 

Хорошее, качественное кино. Ему бы немного иронии, мастером которой всегда считался Моретти.

Однако иронии и сарказма не занимать Йоргасу Лантимосу. Его "Лобстер" — первый англоязычный проект греческого режиссера. Жанр можно определить как антиутопия абсурда. Лантимос и в предыдущих проектах занимался преимущественно сатирой. Его понимание человеческих отношений максимально далеко от пасторального. 

В новом фильме людям запрещено… быть одинокими. 

Одиноких по тем или иным причинам отправляют в отель, где за 45 дней они должны найти себе пару. Тех, кому это не удалось, превращают в животных (животных можно выбрать самому, потому герой Колина Фаррела выбирает лобстера) и выпускают в лес. А в лесу — другое общество. Одинокие, бегущие от диктатуры, создали здесь собственную диктатуру...

Персонаж, которого сыграл Колин Фаррел, убегает из отеля в лес — и влюбляется в героиню Рейчел Вайс, вопреки категорическому запрету.

Жестокая сатира превращается в не менее жестокую мелодраму. 

Еще один конкурсный фильм, "Сказка сказок" Маттео Гарроне, может удивлять и умилять. Некоторые пытались назвать его самым диким фильмом фестиваля, однако дикости ему как раз и не хватает. Хватает потрясающей работы оператора и художника. Поставленный по сказкам Джамбаттиста Базиле (чьими сюжетами воспользовались и братья Гримм, и Шарль Перро), он выдает замечательную осведомленность и режиссера, и художника с классической итальянской живописью. Именно в ней, а не в страшных и морализаторских сказках, черпал вдохновение Гарроне. 

От трех сказок, так и не сумевших стать единым целым, отдает чем-то фейковым. Вроде и хорошее кино, и ирония его спасает от неудачи, но за внешним блеском — пусто. Эдакая "Игра престолов" в фестивальном варианте.

Так же из трех новелл состоит фильм "Горы могут отступить" Цзя Чжанке. Режиссер помещает героев в разные времена: 1999-й, наши дни, 2025-й.

Привычная для режиссера форма не срабатывает, а фильм остается лишь скучным морализаторством. 

Разочаровал еще один фаворит, обладатель "Золотой пальмовой ветви" — Гас Ван Сент. Его "Море деревьев" освистали на просмотре. И было за что… 

После победного "Слона", дискуссионных "Последних дней" и "Параноид-парка" Ван Сент привез в Канны слезоточивое кино, которое при этом даже с такой простой задачей не весьма справляется. Действия героев, скорее, вызывают непонимание и удивление, чем сочувствие. Тема встречи со смертью, разрабатываемая Ван Сентом и ранее, в этом году превращается в фарс. Ученый (Меттью Макконахи) после гибели жены (Наоми Уоттс) отправляется в Японию, чтобы покончить с жизнью в специальном месте — в лесу самоубийц. 

Звучит интересно, но наблюдать за тем, как это на экране воплощает Ван Сент, — значит пережить интеллектуальную пытку. Странным образом Ван Сент теряет даже свой неоспоримый, вопреки всей дискуссионности его картин, визуальный талант. 

Недалеко ушла от него и французская картина "Маргарита и Жульен" Валери Донзелли. В рейтинге их разделяют лишь три десятых балла (но титулованному Ван Сенту удалось переплюнуть даже режиссера, на которую и так никто особых надежд не возлагал).

Странный пересказ истории, происходившей в 1603 г., когда король Генрих IV казнил брата и сестру, зачавших ребенка от большой любви к ближнему.

Единственное, что есть интересного в фильме, — так это его существование вне времени. Невозможно определить, когда именно происходят события, что делает реальную трагедию XVII в. больше похожей на сказку.

Иначе картину можно было бы назвать полным провалом.

А так полным провалом стал фильм Гаса Ван Сента. В итоге, если говорить о конкурсе в целом, то вторая по значению программа — "Особый взгляд" — пока порадовала больше… 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно