ИСКУШЕНИЕ ВЕЛИЧИЕМ

28 июля, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №30, 28 июля-4 августа

Несомненно, XIX Московский международный кинофестиваль задуман так, чтобы наверняка оставить неудовлетворенным любого, кто к нему отнесется серьезно...

Несомненно, XIX Московский международный кинофестиваль задуман так, чтобы наверняка оставить неудовлетворенным любого, кто к нему отнесется серьезно. Действительно, объем фестивальных программ не оставляет ни малейших шансов даже для энтузиастов хотя бы в половине из них поучаствовать. Простите сухомятку статистики, но вот факты, и судите сами.

Mania grandiosa?

На 12 фестивальных дней намечен конкурс из 22 картин, представляющих 21 страну (родине кино, Франции, в честь столетия дали «два места»). Всего же вместе с внеконкурсными программами будет показано около 500 фильмов, распределенных по 16 (!) ретроспективам: «Неизвестное кино в СССР», «Американские независимые», «Современное канадское кино», «Эротические истории», «25 лет Берлинского кинофестиваля», «Писатели в кино», «Женщины в кинематографе, «Кино о кино», «Русская классика на экране», «Русское кино в эмиграции», «Из истории российского кинопредпринимательства», программа фонда «Св. Анны», режиссеров Н.Михалкова и А.Тарковского, продюсера Аурелио де Лаурентиса и «реконструированной» киноклассики. Кроме того — пять международных семинаров и симпозиумов: «Сохранение и реконструкция киноклассики», «2000 лет христианства и 100 лет кино», «Постсоветское искусство в поисках новой идеологии», «Евразийский культурный модуль» и учредительная конференция Евразийской киноакадемии. Сверх этого — серия презентаций, например: павильона «Синемаленд» и выставки «Компьютерные технологии в игровом кино». Помимо того и отдельно — беспрецедентно масштабный кинорынок (450 участников из 27 стран) со своими программами. И в придачу ко всему — регулярные пресс-конференции и приемы (не только напитков) в Конфедерации союзов кинематографистов и еженощные радения пресс-клуба «Пилот». Уф-ф-ф.

Назрел законный вопрос: а на какие, собственно, шиши в эпоху кризиса столь интенсивно общаются 800 членов оргкомитета ММКФ и около 4 тысяч их гостей? Птица счастья, говорят, прилетела в последний момент. Под свое крыло, оперенное более чем шестью миллионами долларов, фестиваль взяло российское правительство. Услугами за свой счет обеспечила мэрия города. Дополнительный кредит предоставил Ресурс-банк. В итоге бюджет XIX ММКФ получился несколько меньшим, чем у Каннского фестиваля, однако денежное обеспечение призов — «Святых Георгиев» — заметно выше (от 20 до 50 тысяч долларов). Недавний удачливый продюсер, а ныне директор «Интерфеста» и глава всего проекта А.Атанесян определил свои задачи афористично: «Для меня проводить этот фестиваль — это ухаживать за прекрасной и недоступной женщиной». То, что этот классический «новый русский» точно знает, чем можно взять трепетную женскую натуру, очевидно. Пока только не вполне ясно, чего именно он желал бы добиться — тривиального обладания или впрямь любви. Между тем качество фестиваля зависит прежде всего от качества фильмов, на нем представленных.

Новинки, звезды, события

Как бы ни был организационно масштабен нынешний ММКФ, следующий, тридцатый по счету фестиваль, как обещано хозяевами, будет еще респектабельнее и состоится уже через год. Итак, первая новость: ММКФ отныне становится ежегодным. Вторая — смена эмблемы и девиза фестиваля. Теперь это соответственно: фигура патрона Москвы Св.Георгия и сентенция Достоевского «Красота спасет мир». Трудно понять, чем прежние реквизиты не устроили новые власти. Кажется, там не было ничего одиозно советского. К тому же в новых мне чудится внутреннее противоречие, ибо на эмблеме, что очень заметно, святой воитель спасает мир отнюдь не оружием эстетики. С другой стороны, сдается мне, в нынешнем кровоточащем мире, как никогда раньше, стал уместен старый девиз ММКФ «За гуманизм киноискусства, за мир и дружбу между народами». Но что сетовать, дело сделано.

Что же до мелких новинок и новшеств, то их не счесть. От полной компьютеризации фестивальных служб, что прекрасно, до инструкции в холле Дома кино о действиях кинематографистов в случае теракта, что прискорбно.

Фестивальная атмосфера просто насыщена приметами перемен, приметами действительного перерождения смотра. Например, без провинциальной экзальтации воспринимает нынче фестивальная публика кинозвезд, а их на XIX ММКФ вдосталь.

Давайте только, как положено в астрономии, рассортируем их по величинам. Жюри, как я уже сообщал, возглавил звездный Ричард Гир. Он популярен, хорош собой, богат. Но всякий, кто хоть чуть-чуть смыслит в актерском мастерстве, скажет: «Лицедей он посредственный». Это проявилось и на открытии XIX ММКФ. Неожиданно для всех Р.Гир на сцене Центрального фестивального зала слился в неподдельно эротическом поцелуе со своей референткой. Обаяние, импульсивность и экстравагантность — необходимые аксессуары кинозвезды, но вряд ли на этих качествах можно основывать художественные оценки. Иначе говоря, есть основания сомневаться в авторитетности оценок жюри в той мере, в которой на них будет влиять мнение его главы. К счастью, в жюри представлены «звезды» кино интеллектуального порядка: режиссеры Отар Иоселиани, Иржи Менцель, Ласло Ковач и киновед Эдвард Робинсон. Их имена для меня и ассоциированы с понятием «звезды». И такие звезды на фестивале есть, это: Аньес Варда, Питер Богданович, Андрей Синявский, Татьяна Толстая, Жак Риветт и другие. Интригующе драматические фигуры в толпе знаменитостей являют собой Елена Коренева, Александр Митта и Родион Нахапетов. Кино для них в прошлом, а блеск их индивидуальности наводит на мысль не столько о звездах, сколько о метеоритных обломках нашей блистательной киногалактики.

Из наиболее значительных событий фестиваля хотелось бы отметить симпозиум, посвященный реконструкции киноклассики, на котором мне удалось побывать. Конечно же, особое внимание привлек его раздел, посвященный попыткам реконструировать неоконченный фильм А.Довженко «Прощай, Америка». В начале 50-х годов съемки этой картины внезапно и немотивированно были прерваны властями. Ныне в архивах сохранилось 6 частей вчерне смонтированного самим А.Довженко игрового материала и две части актерских кинопроб. Предпринятые российскими архивистами попытки реконструировать последнюю из режиссерских работ гениального мастера столкнулись с препятствиями как бюрократического порядка, так и теоретического. В ходе дискуссий обозначилась проблема, которую можно было бы назвать этикой реконструкции. Столь авторитетный последователь как Бернар Айзеншис из Франции полагает, что всякая реконструкция несозданного фильма чревата мистификацией его авторского стиля. А англичанин Боб Розен считает, что в таком случае применим метод археологической реставрации: новосозданные структуры произведения должны быть фактурно маркированы как позднее дополнение. Особый интерес представило, на мой взгляд, предложение известного киевского киноведа Татьяны Деревянко реконструировать с помощью современных технологий, в частности мультипликации, отсутствующие фрагменты фильма А.Довженко «Сумка дипкурьера» и несохранившийся фильм по его сценарию «Вася-реформатор». Остается надеяться, что ее призыв о помощи в реализации этих замыслов будет услышан.

Политика в лоб, национальное — нагишом

К тому моменту, когда пишутся эти строки, прошло уже около двух третей конкурсной программы. Не стану утверждать, что гора родила мышь — еще не показаны фильмы К.Синдо («Послеобеденное завещание»), Ж.Риветта («Верх, низ, хрупко») и М.Каурисмяки («Состояние аффекта»), — но пока впечатления от конкурса весьма скромные, в духе прежних времен.

Маститый итальянский режиссер Дж. Феррара на XIX ММКФ представлен работой, которая устроила бы и IX ММКФ. Его «Государственный секрет» — это о мафии, коррупции в правоохранительных органах, терроризме, частном следователе полиции и бесчестном шефе спецслужб. В общем — с потрепанной кальки 70-х годов («Признание комиссара полиции прокурору республики» помните?). Дебютантка К.Евангелаку, хотя и молода, также привезла в Москву сувенир из прошлого. Ее «Ягуар» — энная попытка разобраться в итогах греческого Сопротивления и гражданской войны. И что интересно: с набивших оскомину прокоммунистических позиций. Все это было, было, было. Да одного лишь нового политического разворота в авторской позиции было бы маловато для искусства. Это засвидетельствовал «Обращенный» К.Куца. Недавнее обретение польского кино, обаятельный и изумительно пластичный актер З.Замаховский разыграл фарсовую историйку мелкого стукача и недоумка, подрядившегося за турпоездку в Болгарию составить список участников митинга «Солидарности» (дело происходит в начале 80-х). По недомыслию герой сам попадает в кадр штатных наблюдателей-гэбистов, что стоило ему хорошей трепки в застенках зрелого социализма. Не умом, так эпидермисом недотепа уясняет, где правда, и уходит в оппозицию к власти. Этот «кожный» путь к инакомыслию чем-то напоминает схему горьковской «Матери», более всего — политической назидательностью. Впрочем, и прямой альтернативы политике, «голого интима», как оказалось, недостаточно для киноконкурса, претендующего на реальный мировой престиж.

Особый блок официальной программы составили фильмы, принадлежащие сфере, если так позволительно выразиться, шлюхологии. При этом проблема была затронута в самом широком спектре версий: от внешне благообразной, но хронической супружеской измены до профессиональной проституции. Так, Р.Варнье (недавний лауреат «Оскара» за «Индокитай») склонен придавать затронутому им феномену общенациональный масштаб: его конкурсный фильм так и называется — «Французская женщина». Осознанный и перманентный адюльтер героини здесь предстает как универсальное проявление жизнелюбия. Напротив, сексуальным интернационализмом веет от «Турецкой страсти» испанца В.Аранда: неудовлетворенная супругом-соотечественником, молодая испанка бежит в Истамбул, где и предается означенной страсти в местном колорите вплоть до криминальных последствий. В финале героиня буквально расстреливает причинное место любовника. Наконец, югославская «Мраморная задница» Ж.Жильника вносит в тему вопросы профессионального мастерства, но опять же — в парадоксальном национально-патриотическом преломлении. ...Живут в сегодняшнем полувоенном Белграде две подруги-проститутки, одна из которых — ...мужчина, ряженный женщиной (тот самый, с «мраморной»). В их жизни много кайфа, ибо дело свое они любят, но сама их жизнь, как все более очевидно, не стоит ломаного гроша. Тут было б над чем поразмышлять, но автор этого не дозволяет, ибо у него уже есть готовый гуманистический тезис, который он назойливо повторяет с экрана: герой фильма, неординарно одаренный «проститут», исполняет... святую национального масштаба миссию — «помогает девушкам, беспомощным матерям и зрелым дамам не стать жертвами диких жеребцов», возбужденных вседозволенностью военного времени. Вы будете смеяться, но в аннотации это так и названо: «личный вклад в мир на Балканах».

Без иронии в этом ряду можно говорить лишь о сингапурской ленте «Торговец лавиной» Э.Кху. По другому поводу интересен «Англичанин, который забрался на холм, но спустился с горы» К.Монгера (Великобритания). Однако серьезный разговор стоит отложить до окончания XIX ММКФ. Его творческие итоги я попробую осмыслить через неделю. Пока же фестиваль только взбирается на гору. Искренне надеюсь, что он не спустится с холма.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно