ДВЕРЬ, КОТОРОЙ НА САМОМ ДЕЛЕ НЕТ

14 января, 2000, 00:00 Распечатать

Мы, кажется, приучили себя не слышать банальностей об экономическом кризисе. И почти не обращаем в...

Мы, кажется, приучили себя не слышать банальностей об экономическом кризисе. И почти не обращаем внимания на последующую триаду-банальность о государственной поддержке национального товаропроизводителя, национального АПК и национальной культуры. Причем высшие чиновники перечисляют эти «поддержки» именно в таком порядке. Председатели колхозов, разумеется, на первое место ставят АПК, а, например, директора театров, признанные художники и заведующие сельскими клубами начинают с культуры. Впрочем, понять их несложно. За этой казенно-суховатой формулировкой им чудятся добавочные отчисления, персональные выставки, новые аккордеоны и еще много всякой всячины. И никто их не осудит: многие из них действительно не за себя ратуют, но за дело, за которое отвечают по долгу службы и призвания. Но, к сожалению, даже они не всегда четко представляют, что именно означает «поддержка национальной культуры». И помня, что бесплатный сыр бывает разве что в мышеловке, следует попытаться понять истинное значение этой формулировки.

Что такое государственная поддержка, в общем-то ясно. Она подразумевает существование стратегической концепции развития и сети государственных институтов, которые эту концепцию реализуют, решая, что отвечает генеральному плану и, соответственно, должно быть поддержано, а что нет. Отсутствие такой концепции в современной Украине очевидно, но это не является существенным препятствием — эта концепция гипотетически может быть создана в любой момент. В институциональных сетях наше общество также не чувствует недостатка, и можно предположить (правда, тоже только гипотетически), что какие-то неведомые силы заставят их исправно выполнять свои обязанности.

Впрочем, следует заметить, что при организации подобных структур появляется характерная дилемма. Если комплектовать их специалистами-теоретиками или, более того, творцами-практиками, то они будут руководствоваться не столько государственной политикой, сколько собственными симпатиями и вкусом. Использование же обычных государственных исполнителей чревато чудовищной некомпетентностью. Кроме того, большинство украинских чиновников имеют странную привычку, исполняя свои служебные обязанности (а именно: осуществляя финансовую поддержку творческих акций), почему-то чувствовать себя при этом меценатами.

Гораздо сложнее разобраться с понятием «национальная культура». Тут бытуют две крайности. Одна состоит в том, что любое проявление культуры следует рассматривать как общечеловеческое достояние и потому оно не может быть «национальным» по определению. Приверженцы противоположного взгляда считают, что при создании любых культурных ценностей решающее значение имеет среда, формирующая творца, соответственно, все, что создано представителем какой- либо нации, есть не чем иным, как национальной культурой.

Существует и третий подход, который определяет национальную культуру как таковую, чьи проявления имеют особое значение для национального самоопределения. То есть украинская культура — это то, что вызывает у украинца чувства иные, нежели у представителя любой другой нации. При этом первоначально предполагается, что это чувство гордости за свою страну, а также чувство глубокого удовлетворения от принадлежности именно к этой нации. Очевидно, что поддержка подобных настроений — базовая, жизненно необходимая функция любого государства. Соответственно, все то, что подобных чувств не вызывает, национальной культурой не считается. (Это следует взять на заметку упомянутым директорам, художникам и заведующим.) Сразу замечу, что судьбами достижений культуры, которую условно можно назвать общечеловеческой, большинство государств особо не проникается — это прерогатива людей, которые оценивают культурное наследие исключительно с эстетической точки зрения и имеют достаточно средств, чтобы поддерживать предметы своих симпатий материально. А также тех, кто хочет повысить свой социальный престиж, приобщаясь к меценатству или спонсорству. То есть государство ведет себя в лучшем случае как богатый банкир, собирая галереи дорогих картин.

Но вернемся к культуре национальной. В течение двух столетий полнокровного существования этого явления были созданы каноны, согласно которым оно развивается. Существует набор необходимых элементов, без которых существование национальной культуры представляется более чем сомнительным.

Один из основных компонентов — это история совместных великих свершений (неважно, реальная или выдуманная). На этой истории произрастает несколько специфическая литература, живопись, музыка и т.д. Которые, впрочем, при талантливой реализации составляют богатый культурный пласт. Тут у Украины возникают очевидные проблемы. Если не считать Киевской Руси, на наследство которой воровато поглядывают еще и претенциозные соседи, то тут особо похвастать нечем. Казачество было только на небольшой части территории Украины, кроме того, его государственно-созидательный характер может показаться сомнительным. Со шведской войной вышла какая-то путаница — «правильный» Мазепа и блистательные казаки оказались под разными флагами. Первая и вторая мировые также поставили украинцев под стяги разных империй и заставили убивать друг друга. Впрочем, эта проблема уже успела навязнуть в зубах.

С национальными героями как компонентом национальной культуры в Украине ситуация тоже напряженная. Образ кого-то, кто не щадя своих сил работает на свою страну или защищает ее не щадя живота, вызовет у большинства граждан в лучшем случае скептическую усмешку. Эпоха стахановцев и героических милиционеров безвозвратно миновала. А популяризовать, к примеру, поступок бизнесмена, который в Одессе сжег себя вместе с тремя налоговыми инспекторами (что многими предпринимателями действительно воспринимается как геройство) государству как бы не с руки. Остаются, правда, спортсмены, которые по мере сил исполняют роль героев, но их сложно абсолютизировать — ведь они не всегда одерживают победы. Кроме того, страна населена не только футбольными фанами и поклонниками прыжков с шестом.

Также не сложилось, кажется, в современной Украине и с несколько иным типичным персонажем национальной культуры. Речь идет о «человеке из легенды», несколько смутный и расплывчатый образ коего ассоциируется с порой великих бедствий или великих побед его народа. Таковы, к примеру, Елизавета для англичан и Линкольн для американцев. Впрочем, таковыми же являются и Шамиль с Дудаевым для народов Северного Кавказа. Почему же, несмотря на наличие энергичных и талантливых лидеров в истории Украины, ни один из них не достиг подобного статуса? А дело тут, кажется, вот в чем.

«Человек из легенды» остается таковым, пока его дело не победило, но живы люди, которые этого жаждут (пример Шамиля и Дудаева). Или человек становится легендарным, когда дело его успешно завершено и множество людей получают удовлетворение от результатов (пример Елизаветы и Линкольна). Если же говорить о проекте украинской государственности, то, увы, следует признать, что удовлетворение от оной в ее теперешнем виде получает слишком уж ограниченный круг, который, ввиду малочисленности, формировать общественное мнение не может. Кроме того, лица из сего круга весьма далеки от каких бы то ни было легенд…

Собственно, продолжить перечисление того, что приличествует национальному государству и чего явно нет в современной Украине, можно до бесконечности. Чтобы получить представление о нашем варианте “единого юридического пространства для всех граждан”, которое формировало европейские нации, достаточно раз попасть в КПЗ. Чтобы оценить степень веры граждан в государственные мифы, которые составляют базовую интегративную среду национального государства, стоит спросить об этом нескольких прохожих на улицах (заготовив пути к быстрому отступлению).

Тут мы выходим на уровень проблем, более приличествующий обществоведению. И на этом уровне очевидной становится истина, о которой сейчас не принято говорить вслух. Заключается она в том, что современное Украинское государство не имеет практически ничего общего с украинским народом. Ни в правовом, ни в экономическом, ни в культурном аспектах. И тем более оно не является национальным. Само понятие «национальная культура» в государстве, которое не является национальным, не имеет смысла. И разговоры о поддержке национальной культуры со стороны государства, которое ничего общего с означенной нацией не имеет, есть не более чем неудачная и унылая шутка. Что-то наподобие предложения сверчка из популярной сказки открыть дверь, нарисованную на стене. Нам остается только надеяться, что время будет идти, будут рождаться и мужать новые люди, которые сумеют создать героев или даже стать ими, сумеют избирать и быть избранными, и которым не придется долго думать или прятать глаза, определяя свою национальную принадлежность.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №28, 21 июля-10 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно