ДУМА О КАЛЕНДАРЕ - Новости кино, театра, искусства , музыки, литературы - zn.ua

ДУМА О КАЛЕНДАРЕ

13 апреля, 2001, 00:00 Распечатать

Большую профессиональную радость автору этих строк, основоположнику политологического кинознания (см...

Фрагмент «исторического документа»
 
Фрагмент «исторического документа»

Большую профессиональную радость автору этих строк, основоположнику политологического кинознания (см. «3Н» за 17 марта с.г.), принесли бытия последних дней. Не далее как в прошлый понедельник Президент нашей страны фактически присоединился к нашему научно-искусствоведческому истолкованию эпизодов и сцен текущего «кассетного скандала». Он совершенно справедливо определил как «фарс» саму возможность практической реализации его собственного предложения — поклясться на Конституции в непричастности к преступным действиям. Однако как старший по стажу в профессии и гарант чистоты ее теоретических основ я не могу не заметить коллеге, что мотивации упомянутого жанрового определения избраны им не вполне убедительные. Дело в том, что фарсовая природа какого-либо явления в кинематографе нашей жизни зависит вовсе не от частоты повторения данного явления, как полагает Леонид Данилович, а от степени реальной обоснованности факта или акта (в нашем случае потребности клясться на Конституции) даже в одноразовом исполнении. Ведь присяги, произносимые в контакте с сакральными текстами, как-то: Конституция или Библия, обретают сакральный же смысл исключительно при условии несомненно благоговейного отношения клянущегося к духу и букве вовлеченного в ритуал текста. В противном случае, как само собой понятно, клятвоприношения вполне можно было бы осуществлять и на телефонных книгах. Между тем всего чуть более года тому назад мой коллега-гарант недвусмысленно выражал глубокую неудовлетворенность текстом действующего Основного Закона и поддерживал всенародный референдум по существенному преобразованию гарантируемого документа. К счастью, очередная воистину фарсовая проблема переприсягания гаранта по новой редакции гарантируемого так и не возникла. Впрочем, и сохраняющий свое место в нашем «фильме» факт — публично выраженное намерение клясться на критически воспринимаемом тексте — целиком соответствует жанровой квалификации данной нашим глубокоуважаемым гарантом наличного Основного Закона. Ободренный высочайшей поддержкой моих методик, позволю себе развить некоторые совсем свежие мотивы отечественной «фарсологии» до их логического триумфа.

Дефекты детективности

 

Есть такой старый анекдот. Выбросили как-то в сибирской глубинке СССР идеально подготовленного американского разведчика. Закопал он, значит, парашют, переоделся в ватник и кирзачи, сунул беломорину в зубы да и вышел из лесу во чисто поле. Глядь, старуха корову пасет. Он ее и спрашивает на чистом русском: «А далеко ли до станции, бабуля?» А та отвечает: «Так я тебе, шпиёну этакому, и сказала!». Тот: «Ты чаво? Какой же я шпиён?» А она: «У нас сроду тут негров не водилось…»» Вот об этой «прорухе на старуху» и напомнил мне тот недавний эпизод нашего кассетного фильма, где группа правдоискателей привлекла к расследованию «дела Гонгадзе» именитое западное агентство «Кролл». С болезненным реализмом я живо вообразил себе такую мизансцену: где-то в таращанских лесах заокеанские детективы (возможно, и африканского происхождения) через переводчика допытываются у местных селян: а не видели те чего подозрительного в этих местах эдак с полгода тому назад? Не правда ли, такое воображаемое мизансценирование помогает весьма точно определить степень серьезности намерений тех, кто нанял «Кролл»? Причем наниматель тоже поклялся опубликовать даже самые ужасные результаты расследований.

Или вот еще одна группа экспертов-детективов, на сей раз из российской северной Пальмиры, авторитетно обнародовала версию, которая давно, но бездоказательно вращалась в праздных умах дилетантов. По этой версии и само исчезновение Гонгадзе, и весь кассетный сыр-бор якобы «заказаны» под предварительно полученные записи весьма недружественных высказываний Президента о журналисте. Не знаю, драматурги какого «лагеря» стоят за этим мужественным разоблачением анонимных сил, но гражданский и профессиональный долг требует от меня как политикоискусствоведа категорически заявить, что такой сценарий носит явно антипрезидентский характер и хромает сразу на обе ноги. Вот правая: если предположение о предварительности «заказа» оправданно, то в невообразимых клубах пыли скандально обрушивается последний бастион самообороны власти — отрицание подлинности именно и только гонгадзевского фрагмента подслушки. Ибо зачем «заказывать» преступление под звуковую фальшивку, когда ее всегда можно изготовить задним числом? Левая нога этой версии вообще грозит отказать: если убийство совершено-таки «под» магнитную запись, то почему задолго до Таращи и опубликования кассет прокуратура и правоохранительные органы фактически отвлекли все подозрения от подлинного «сценариста» и навлекли их на себя проявлениями особого отношения к «делу» Гии? Известно, что просьба еще живого журналиста о защите была проигнорирована, отряды спецназа препятствовали интернетовской конференции коллег Гонгадзе по его «делу» и т.п. Мысль о том, что соответствующие официальные структуры действовали в пользу неназванных зарубежных спецслужб, противна моему патриотическому чувству, и я ее с порога отметаю.

Наконец, последняя и кинематографически самая потрясающая новость, которая вообще сводит к нулю все позорно тщетные усилия импортных детективов и смысл всяких экспертиз. На днях Президент страны прямо заявил, что добровольно уйдет в отставку (тут была эффектная пауза)… в 2004 году. То есть по истечении законных полномочий. То есть: вне зависимости от каких-либо результатов любых расследований. То есть: вся детективно-правдоискательская и экспертная часть событий с этого момента вообще НЕ ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЯ. Конечно же, наша политическая жизнь и умствования «чистых» политологов будут продолжаться и далее, но моя искусствоведческая миссия на этом участке себя исчерпывает. Ибо всем очевидный, но оттягиваемый отговорками и уловками момент истины таким образом наступил, развязка состоялась и победитель в коллизии определен. А пешие походы «фарсящей» молодежи за правдой автоматически оказываются проявлением их собственного лицемерия. Ибо правда — в словах Президента о своей несменяемости. Все так. Но, как говорят в Одессе, я имею сделать по данному поводу свое особое сенсационное заявление, обнародовать мною лично добытый (вполне легальным путем) разоблачительный документ, а заодно — новейшую версию «кассетного дела». Итак…

 

Сценография календаря

 

Во время последних выборов в районных штабах одного из претендентов на роль президента любой прохожий, вроде автора этих строк, мог по реальной на тот момент себестоимости, т.е. бесплатно, стать владельцем настенного календаря на 1999—2000 гг. Сегодня этому во многих смыслах историческому документу и вовсе цены нет. Все дело в том, что данное расписание на финал украинского миллениума и содержательно являло собой воистину памятник эпохи. Основное поле довольно обширного листа, окрашенного в тона державного двуколора, занимали портреты сорока выдающихся личностей, которые, по мнению данного кандидата в лидеры нации, составили ее цвет в уходящем тысячелетии. Фактически календарь в лицах являл собой изоконцепцию украинского прошлого и настоящего — как это виделось культурологам соответствующего агитцентра. Таким образом, избирателю предлагалось проголосовать не только за фигурировавшее в этом ряду лицо нового президента, но и за его версию истории и культуры Отечества. В случае успеха электорату предстояло до скончания века (что совпадало с окончанием летоисчисления календаря) жить по восторжествовавшей культурологической программе.

Патриотично-императивный, с неким оттенком то ли торжества, то ли угрозы титул календаря гласил: «Знай наших». Однако финальный слоган, явно переведенный с русского, успокаивал: «Все буде добре». Между этими манифестациями твердой уверенности в прошлом и будущем декорированная геральдическими кущами родимого подсолнуха и виньетками с кистями как раз и помещалась галерея национальных кумиров или тех, кого данный кандидат в президенты признал «нашими». Вот эти персоналии в том порядке, как они поданы (слева направо и сверху вниз): Роксолана, Олег Блохин, Ада Роговцева, Павел Рыбалко, Леся Украинка, Николай Гоголь, Иван Франко, Александр Довженко, Михаил Грушевский, Григорий Сковорода, Сергей Бубка, Владимир Великий, Анатолий Соловьяненко, Нина Матвиенко, Петр Сагайдачный, Тарас Шевченко, Леонид Кучма, Андрей Шевченко, Соломия Крушельницкая, Борис Патон, Максим Рыльский, Иван Мазепа, княгиня Ольга, Нестор Махно, Леонид Кравчук, Владимир Вернадский, Валерий Лобановский, Богдан Хмельницкий, Виталий Кличко, Иван Кожедуб, Ярослав Мудрый, Леонид Каденюк, София Ротару, Вячеслав Чорновил, Анна (королева Франции), Богдан Ступка, Петр Шелест, Шолом-Алейхем, Даниил Галицкий, Николай Амосов.

Как легко догадаться читателю, эта визия отечественной истории принадлежит кругам единственного в этом перечне претендента в президенты — Леонида Даниловича Кучмы. Они оба победили — и концепция календаря, и личность нынешнего Президента. Таким образом, выбор народа превратил этот календарь в памятник истории в третий раз. Конечно же, такой документ достоин изучения на академическом уровне, но, упреждая эту фундаментальную аналитику, хочу предложить и свои беглые наблюдения. Во-первых, сразу же заметно, что расположение портретов не подчинено ни хронологическому, ни иерархическому принципу. Правда, кое-где просматривается половой критерий чередования лиц и имен («мальчик-девочка»), но составители не обнаружили, видимо, в нашей истории достаточно выдающихся женщин, чтобы удовлетворить и ему. Получилось 32:8 в пользу сильного пола. Возможно, концептуально значимы здесь и другие количественно-пропорциональные соотношения. Например, судя по календарю, тысячелетие прославило нас пятью спортсменами и пятью учеными, в то время как деятелей художественной культуры и руководителей государства здесь тоже поровну, но уже по дюжине персон с каждой стороны. Напрашивается историософское обобщение: физическая культура и наука в нашем народе идеально сбалансированы, но над ними все же доминируют столь же взаимно гармоничные державная воля и творческий гений. По этой логике можно бесконечно углубляться в изучение каждой из категорий. Скажем, если среди спортсменов, вошедших в нашу историю, мы видим сразу троих футболистов-динамовцев, одного боксера и одного шестовика, то позволительны сразу два этноантропософских вывода: 1) кулачное мастерство и прыжки вверх для нашего народа относительно менее характерны, чем футбольная страсть, и 2) «Динамо» — чемпион.

Другим критерием для авторов «календаря почета», по всей видимости, послужил факт политической значимости присутствия данного лица в данной подборке. Так, из двух «первых» украинских космонавтов — Павла Поповича и Леонида Каденюка — избран второй, хотя, в отличие от первого, он своим полетом обязан стране, гражданином которой не являлся. Или кто-то предпочел бы вместо замечательной Ады Роговцевой здесь увидеть еще более неповторимую Наталью Ужвий, а вместо ошеломительного Богдана Ступки — Амвросия Бучму. Такой пользователь календаря вовсе при том не учитывал бы фактор политической лояльности именно избранных кандидатур. А по присутствию в «пантеоне» портрета Петра Шелеста можно даже точно датировать этот документ первым туром выборов-99, поскольку как раз в тот момент классическая синусоида отношений власти с коммунистами временно изогнулась в сторону терпимости. Во втором туре такие календари наверняка не раздавали. Скорее жгли нереализованные остатки 200-тысячного тиража.

Наконец, в рассматриваемом пасьянсе нашей национальной гордости можно встретить и настоящие художественно-образные решения, ласкающие мое искусствоведческое око. Некоторые иконические приемы просто интригуют своей неизъяснимостью. Например: почему изображения князей Владимира и Ярослава, а также гетмана Мазепы позаимствованы соответственно с одно-, двух- и десятигривневых купюр? Не намек ли это на глубину корней отечественного монетаризма? Зато иные монтажно-композиционные придумки попросту подкупают своей образной прозрачностью и демократизмом адресации. Так, после портрета профессионального украинского большевика (уже сказано, каким чудом он здесь очутился) сразу же следует фото тоже не вполне «нашего» писателя Шолом-Алейхема, что мгновенно активизирует в определенных слоях электората характерный для них ассоциативный ряд, где понятия «коммунист» и «еврей» завсегда стоят рядышком и аккурат в такой же последовательности. В таком интерпретационном ключе особой культурологической и даже пророческой мощью отличается воспроизводимый на этой странице фрагмент рокового календаря. Здесь в диагональных монтажно-композиционных соотношениях мы можем видеть выдающегося исполнителя разнообразных ролей Богдана Ступку, который, с одной стороны, пространственно и поименно сопряжен с «парсуной» выдающегося же гетмана Богдана же Хмельницкого, роль которого актер тогда только-только триумфально сыграл. С другой стороны, фото артиста по тому же геометрическому и содержательному принципу соотнесено с портретом ныне действующего «гетмана», который в те дни соревновался за «булаву» на новый срок и в пылу борьбы пообещал гению лицедейства в случае победы финансировать блокбастер о третьем гетмане — Мазепе (его десятигривневый поодаль, вторым в третьем ряду). С исторической дистанции мы уже знаем, что все так и вышло. Все получили по булаве. Причем к бутафорской мазепинской актеру добавили и вполне реальную министерскую. Налицо нешуточный прогностический потенциал нашего календаря, способного, как видим, указывать на грядущие тайные ходы судеб Отечества. И что очень важно для автора этих строк — разгадать предсказания можно лишь через синтетическое восприятие кино и действительности. Если же это кажется натяжкой и подобные якобы расшифровки задним числом календарных «знамений» читатель ценит не дороже выеденного яйца, предлагаю ему практический и сугубо научный эксперимент. Давайте вместе, но независимо друг от друга истолкуем как прогноз на будущее нашей страны другой монтажно-композиционный ряд этого же фрагмента, а потом, при возможности, сличим наши трактовки. Итак, обратите внимание: по горизонтали образ Президента как бы по замыслу составителей опосредует Шевченко-поэта и Шевченко-форварда, а по вертикали (опять-таки через футбольное звено) нисходит к образу первого секретаря ЦК КПУ. Удачи вам, кинополитологи!

 

Откуда растут ноги

 

Законный вопрос: а какое, собственно, отношение все это имеет к кассетному делу? Отвечаю. В русле уже запущенной версии о «заказанности» скандала «под подслушку» с кинематографических позиций выдвигаю гораздо более правдоподобный вариант: скандал «заказан» по более раннему сценарию, а именно «под» вышеобнародованный программно-исторический календарь. Вот откуда растут ноги нашего кризиса! Данное обстоятельство делает уже недействительный формально документ четырежды историческим! Хотя в его галерее-списке представлены далеко не все прямые фигуранты нынешних событий, вся суть происходящего сегодня в Украине в точности реализует девиз-наказ календаря на рубеж эпох — «знать наших!» И разве мы как раз в канун истечения календарного отсчета не стали прямо-таки обвально узнавать много нового о «наших»? Причем отнюдь не из тривиальных по содержанию материалов Мельниченко, а из национального «кино», для которого подслушка послужила лишь завязкой. На публичное обозрение враз вывернулся своей потаенной изнанкой практически весь «наш» политикум, «наша» правоохранительная система и частные персоналии. А самое потрясающее, кульминационное в сюжете «наше» открытие о самих себе я уже упомянул: мы живем в стране, где, вне зависимости от уровня компрометации высших властей и степени доказанности самых тяжких обвинений, система управления сама меняться не собирается.

И все же никто ныне не сомневается, что в истории Украины в очередной раз наступил критический период. Таково уж свойство исторических календарей, и они ни у кого не спрашивают на то позволения. Мы уже догадываемся, в чем суть момента: готовится к изданию новый вариант НАШЕГО летоисчисления. Как известно, рубежи подобных календарных циклов неизбежно связаны с некоторыми неудобствами для благонамеренных и политически целомудренных граждан. В связи с этим убедительная просьба не пугаться некоторых неблаговидных по форме, но жизнеутверждающих по существу проявлений. Так, вполне возможна недопустимая оклеенность архитектурных сооружений различных форм посторонними текстами, возмутительная замусоренность улиц отходами патриотизма и даже отдельные случаи нетактичного обращения спецназа с демонстрантами и наоборот. Извините за временные неудобства. Такая уж фаза нашей политической истории.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №15, 21 апреля-27 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно