Доктор, исцелите звездные связки!

25 декабря, 2009, 16:42 Распечатать Выпуск №51, 25 декабря-14 января

Киевский врач-фониатор высшей категории Сергей ПАНЧЕНКО — человек, который… В прямом смысле целитель и спаситель нашего вечно сверкающего многоголосого музыкального «сообщества»...

Киевский врач-фониатор высшей категории Сергей ПАНЧЕНКО — человек, который… В прямом смысле целитель и спаситель нашего вечно сверкающего многоголосого музыкального «сообщества». Возможно, не все знают, что за помощью к доктору Панченко обращаются Дмитрий Хворостовский, Филипп Киркоров, Лариса Долина, Григорий Лепс, Ани Лорак, Лайма Вайкуле и множество других звезд. Впрочем, для него они, кажется, и не звезды вовсе, а обычные добрые открытые люди с радостями и проблемами… С некоторыми своими трудностями они и приходят к нему на прием, поскольку уверены: выслушает и поможет.

— Сергей Иванович, судя по фото в кабинете, вы полноценно даете раскрыться людям, для которых голосовые связки — не просто средство коммуникации, а их профессия, признание...

— Действительно, ко мне обращается много звезд. Почти у всех из них периодически возникают те или иные проблемы с голосом. Приходилось встречаться с Ани Лорак, Гайтаной, Ларисой Долиной, Владимиром Зеленским, Григорием Лепсом, Игорем Кондратюком, Тиной Канделаки, Лаймой Вайкуле, Игорем Лихутой, Виталием Козловским, Натальей Могилевской, Юрием Горбуновым, Микой Ньютон, Савиком Шустером, Светланой Лободой, Ольгой Крюковой… Даже с Дмитрием Хворостовским.

— Ого! Завидный новогодний хит-парад!

— Представьте, буквально недавно лечил Хворостовского: он давал два концерта в Украине, понадобилась помощь.

— А с чем чаще всего — с какими проблемами — обращаются к вам публичные люди?

— Спортсмены, как вы понимаете, страдают от травм. А вот у артистов-вокалистов возникают нарушения голосовых связок. В связи с тем, что их голос постоянно подвержен нагрузкам.

Есть общепринятое лечение: как консервативное, так и хирургическое. Наша главная специфическая процедура — инстилляция (или вливание) в гортань различных лекарственных препаратов. В крайних случаях делаем и по два, и по три, и по четыре вливания. И перед концертом, и во время концерта, и после концерта…

— Даже во время концерта?!

— В антракте. Иногда приходится присутствовать и за кулисами.

— Наверное, это не совсем приятные процедуры?

— Никуда не денешься! Ведь бывают заболевания и посерьезнее. Впрочем, есть такое понятие, как деонтология — медицинская этика. Поэтому не буду переходить на конкретные имена. Но скажу лишь, что некоторые артисты отрабатывают свои концерты «на пределе».

— И что может случиться, если исполнитель «на пределе»?

— Кровоизлияние в голосовую связку. Хотя правильное название этого органа — голосовая складка. Образно говоря, это синяк, наподобие того, какой бывает под глазом, когда лопнул сосуд.

Ведь голосовые связки — это голосовые мышцы, причем с точной координацией движений. Получается, что от пианиссимо — самого тихого голоса — и до фортиссимо — громкого, певец развивает мощность звука в 130 децибел! А болевой порог слуха — порядка 120 децибел. При этом прирост мощности, энергии вырастает во много раз. На сегодня ни один прибор не может воспроизвести за столь краткий период времени такой мощный прирост громкости! Поэтому, соответственно, голос у некоторых исполнителей постоянно на пределе, подвержен «травмам».

И еще… Длительность вдоха и выдоха у обычного человека примерно одинакова. Но при пении производится короткий вдох и очень длительный выдох. Певцы могут удерживать ноту и 30, и 40 секунд…. Получается соотношение вдоха и выдоха один к 30, а то и больше. То есть голосовые связки несут колоссальную нагрузку.

— Вас всегда слушаются звездные пациенты? Нет ли у некоторых из них излишнего гонора?

— По своему опыту знаю: чем крупнее личность, тем менее у нее выражено чувство самовлюбленности, превосходства… Так называемая звездная болезнь. С большинством исполнителей-звезд общаться довольно легко. Вот СМИ пишут разное по поводу Филиппа Киркорова, например… Мол, и грубиян он, и прочее. Нет! Представьте, так сложились обстоятельства, что мне пришлось приехать к нему на консультацию вместе со своей дочкой. И Филипп сразу же усадил ее на колени, угостил фруктами. Все было легко и просто! У него, правда, не оказалось ничего серьезного — обычная простуда. Тем не менее были назначены лечебные процедуры, которые поддерживают и стимулируют голосовые связки. Такие процедуры и дают возможность качественно отработать концерт.

— Это в основном химиопрепараты?

— Не только! В гортань можно «заливать» много чего — начиная от антибиотиков и заканчивая обычными маслами. То есть препаратов много, поскольку… заболеваний тоже немало.

— А что важнее для голоса? Сила, окраска?

— Все важно в равной степени. В основном голос определяется четырьмя критериями — силой, тембром, вибрато, диапазоном. Диапазон качественного оперного голоса — это две октавы минимум, а у некоторых певцов и три, и три с половиной, и четыре октавы. Но здесь имеется в виду полноценный, спектрально-однородный, ровный голос. Обычно оперные партии пишутся в диапазоне двух октав.

Гортань — гормонально зависимый орган. И поэтому отличается у детей, женщин и мужчин. У женщин и детей голоса примерно одинаковые. Они отличаются на тон-два. А вот мужской голос и женский отличаются практически в октаву.

Как известно, в юности происходит эволюция или ломка голоса. У юношей этот период длится недолго — до полугода. А у девушек изменение гормонального фона происходит несколько лет, поэтому и голос меняется не резко. Молодые люди в этот период времени могут жаловаться на неустойчивость голоса, быструю утомляемость, пониженную выносливость.

— Случались ли в вашей практике критические случаи, когда вокалист уже на грани потери голоса, рушится его карьера, но благодаря врачам все в результате заканчивалось хорошо?

— У меня лично таких случаев не было. Но все относительно… Скажем, бывают ситуации, когда на голосовых связках возникают доброкачественные образования, узелки, некий аналог мозолей. Это можно излечить. Но если болезнь запустить, то уже потом этот узелок становится постоянно-существующим, и здесь речь идет уже об оперативном вмешательстве. Но операция — это всегда риск. Потому что качественно выполненная операция восстанавливает голос до исходного. А некачественная операция, это когда вместе с новообразованием удаляется часть голосовой связки. И уже тогда проблема почти неразрешима.

К слову, мне известна одна очень популярная певица, которой в свое время сделали подобную операцию некачественно. Но имя называть не буду.

— Часто говорят, что эстрада портит голос вокалиста. Согласны с этим?

— В определенной степени согласен. Может случиться потеря вокальной техники. При переходе из оперного академического вокала в эстраду нужно учитывать много параметров. А вокальное искусство — это не математика. Его по формулам не рассчитаешь, все иллюзорно. К каждому исполнителю нужен индивидуальный подход. Да, многие оперные певцы уходят в эстраду, и что? Тот же Николай Басков, разве так хорошо поет? Правда, как он поет оперу, я не слышал…

— Вы как врач, который знает реальную цену вокальному искусству, кого выделяете из исполнителей — именно по вокальным качествам?

— Из тех, кого слышал вживую, безусловно, Дмитрий Хворостовский.

Ну а что касается эстрады, то здесь трудно определиться. Мне, например, понравился Григорий Лепс. У него уникальный голос. Причем у него и голос, и манера пения антивокальная. По идее так петь нельзя. Но слушается хорошо.

— Существует мнение, что в Украине отличная школа врачей-фониаторов?

— Да, «фирменная» процедура — инстилляция лекарства в гортань — делается только у нас, то есть на просторах бывшего СССР. Западные певцы тоже в восторге от этого простого и действенного метода. За границей в основном практикуют антибиотики и гормоны, которые травят весь организм. Наш же метод действует непосредственно на очаг воспаления.

— Кто был вашим учителем? Кто вас посвятил в это благое дело?

— Пришел я в Институт отоларингологии еще юнцом — сразу из мединститута. А моим учителем был доктор медицинских наук Тринос Виталий Андреевич. Это первый учитель. А после смерти Виталия Андреевича вторым моим учителем стал его родной брат Леонид Андреевич. Он работает у нас консультантом, научным сотрудником. Это уникально, но оба брата закончили и консерваторию, и мединститут! То есть они на себе ощутили все «реалии» вокальной техники. Причем Виталий Андреевич — баритон, а Леонид Андреевич — тенор. Он профессионал высочайшего уровня.

— А бывает, что в процессе лечения с тем или иным исполнителем у вас устанавливаются добрые дружеские контакты?

— Да, у меня со многими исполнителями дружеские отношения. С теми же «Кроликами» — Владимиром Данильцом и Владимиром Моисеенко. С исполнителями из ансамбля «Кобза» — они великолепные музыканты! С Ани Лорак мы просто и ровно общаемся.

— Многие ли молодые врачи хотят избрать довольно узкую специальность фониатора?

— Нас, фониаторов, как космонавтов. Очень немного! В основном вначале врачи становятся отоларингологами, а уже потом переквалифицируются в узкую специализацию фониаторов. Наш институт занимается подготовкой отоларингологов в области фониатрии. Непосредственную подготовку специалистов веду и я.

— Каких рекомендаций, в первую очередь, исполнителю нужно придерживаться, чтобы сохранить природой данный голос?

— В первую очередь — правильный образ жизни. Здесь все просто: гигиена голоса. Перенапряжение, переутомление, частые простудные заболевания, курение, недосыпание, отрицательные эмоции, острая пища, газированные напитки — все это… не лучшее «лекарство» для голоса.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно