«ДА», — ГОВОРИТ КИРИЛЛ СТЕЦЕНКО. «НЕТ», — ГОВОРИТ ИРИНА БОНДАРЕНКО.

30 июня, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №26, 30 июня-7 июля

Нет, наверное, в мире песенных фестивалей, которые заканчиваются сразу после награждения лауреато...

Нет, наверное, в мире песенных фестивалей, которые заканчиваются сразу после награждения лауреатов: они плавно переходят в следующий этап — полемики, бурных споров, конструктивной и не очень конструктивной критики, слухов, домыслов, рассказов «очевидцев», оправданий и опровержений организаторов. Не исключение и четвертый фестиваль «Червона Рута», завершившийся недавно в Севастополе. Предлагаем читателям взглянуть на фестиваль глазами председателя жюри композитора Кирилла Стеценко и музыкального редактора радиоканала «Промiнь», ведущей «Хит-парада’12-2» Ирины Бондаренко.

Кирилл Стеценко. Председатель жюри фестиваля «Червона Рута».

— Хотел бы начать с реакции ведущего «Хит-парада’12-2» Олега Горского, назвавшего прошедший фестиваль кандидатом №1 в номинации «Скандал года». Олег считает, что все лучшее в молодой украинской эстраде прошло между двумя «Рутами» через «12-2», а призерами стали совсем другие люди с никому не знакомым репертуаром.

— Во-первых, Олегу была предоставлена предварительная информация о фестивале. Думаю, он просто заработался и прошел мимо нее. Во-вторых, чему удивляться? Каждая «Рута» открывает новые имена. И эта — не исключение. В-третьих, репертуар призеров и не мог попасть на «Промiнь», по той простой причине, что все песни были записаны буквально впритык к началу конкурсных выступлений. Не говорю уже о том, что между участниками «12-2» и нашего фестиваля — существенная разница: если в «12-2» «засвечиваются» те, кто смог оплатить аранжировку, запись фонограммы и т.д., то «Рута» сама идет навстречу молодым исполнителям и делает все это за счет оргкомитета. Несколько слов о принципе отбора. Отборочные туры проводятся во всех областях, причем показаться может буквально каждый желающий. Если члены оргкомитета считают, что исполнитель заслуживает внимания, ему помогают обновить репертуар, специально для него заказываются новые песни. То же самое — с аранжировками и фонограммами.

— До фестиваля одной из главных претенденток на «Гран-при» считалась признанная открытием года Ани Лорак.

— Очень талантливая исполнительница! Я даже записал для себя, что в ее сценическом образе явно просматривается не только знак судьбы, как, скажем, у Майкла Джексона или Мирайи Керрино, и метка счастья.

— И все же?

— И все же в ее выступлении на конкурсе были нарушены стразу три пункта концепции фестиваля. Между членами жюри и дирекцией был составлен договор и подписан контракт, предусматривающий, что в своей работе жюри будет руководствоваться только концепцией, концепцией и еще раз концепцией. Еще до начала фестиваля мы советовали продюсеру Ани Лорак Юрию Фалесе пересмотреть конкурсный репертуар, но он не послушал нас, поэтому вышло так, что ничего украинского в ее песнях, кроме языка, не было.

— Почему никому не вручен «Гран-при»?

— Для того, чтобы его завоевать, нужно совершить почти невозможное — соединить в своем исполнительском стиле современную и архаичную манеры украинского мелоса. Так, как это удалось, скажем, «Братам Блюзу» на прошлом фестивале.

— Пора, наверное, назвать лауреатов?

— В жанре поп-музыки первое место поделили Марина Одольская из Каменец-Подольского и Христина Руденко из Киева. Кстати, песня «Бiда» в исполнении Марины (музыка Андрея Шустя на слова Леси Украинки) была признана лучшей песенной композицией фестиваля. Что же касается Христины Руденко, то эта пятнадцатилетняя девочка меня не только изумила, но и просто напугала своим, не побоюсь этого слова, совершенством. В своем возрасте она может все. Например, за одну ночь полностью изменила манеру исполнения своей финальной песни. Хотя в концерте лауреатов ее выступление, к моему удивлению, ярко не прозвучало. В жанре танцевальной музыки открытием стал четырнадцатилетний Саша Коновалов из поселка Березанка Николаевской области. В жанре авторской песни — житомирский дуэт «Обрiй». В жанре рок-музыки первое место не присуждалось, а второе было отдано киевской группе «Актус».

— Какие тенденции выявил фестиваль?

— Интересных наблюдений было много. Например, мне кажется, что в нашей эстраде, как когда-то в гимнастике, началось наступление 14—17-летних исполнителей. Может быть, именно этим объясняется тот факт, что в репертуаре конкурсантов напрочь отсутствовали лирические шлягеры. Отмечу очень большое количество высококлассных исполнителей поп- и рок-музыки с востока и юга Украины (Донецк, Одесса, Николаев, Запорожье, Харьков, Крым). А вот по части танцевальных шлягеров всех превзошли исполнители с Нижнего Приднепровья (Днепропетровск, Николаев). Причем, отмечу, что самым ярким событием фестиваля стал конкурс танцевальной песни, а самая упорная борьба была за вторые и третьи места в конкурсах поп- и рок-музыки. Пожалуй, самое интересное, что могу отметить, — шоу-бизнес у нас, что бы там ни говорили, все-таки развивается, и развивается неплохо. Скажу так: за спиной некоторых исполнителей и продюсерских центров уже стоят определенные силы.

— Очень многое. Мало кто знает, например, что сама стратегия «Червоної Рути» предусматривает проведение ее в «горячих точках» Украины. Достаточно проследить географию фестивалей. 1989 год — Черновцы. Рост национального самосознания. Мы находились буквально в зоне военных действий. Конкурсантов из западных областей отлавливали на вокзалах и в аэропортах. Там на стадионе впервые прозвучала «Ще не вмерла Україна» в исполнении Василия Жданкина. Там Тарас Петриненко, выдвинутый на присвоение звания «Заслуженного артиста» спел цикл «руховских песен» и был «задвинут обратно».

1991 год — «холодная точка» — Запорожье. Провал фестиваля. Правда, через 4 часа после его окончания начался путч.

1993 год. Донецк. Шахтерские забастовки. В Донецке нет кабелей для подключения аппаратуры и по просьбе Кравчука мэр города Ефим Звягильский чуть ли не на себе приносит эти кабели. После окончания фестиваля — повышение цен вдвое и переезд Звягильского в Киев.

1995 год. Севастополь. Демонстрация против недопущения «украинского фашизма» в Крым, семь крупных инцидентов и великолепный финал: двадцать тысяч зрителей на Площади Нахимова во время концерта лауреатов «оттягиваются от души». Местные газеты писали потом, что сто политиков за пять лет не добились того, чего добилась «Червона Рута» за несколько дней. Знаете, я для себя вывел такую закономерность: как развивается ситуация на фестивале, так развивается ситуация в Украине в ближайшие два года.

— Тогда — ваши прогнозы на ближайшие два года.

— Будет происходить усиление влияния южных и восточных регионов и рост в них проукраинских настроений. Руководство, до сих пор не умеющее влиять на ситуацию в стране, потихонечку начнет ею овладевать. Будет расти консолидация общества. Пожалуй, все. Хотя нет. Учитывая рост влияния стиля шведской певицы Бьерк на европейских исполнителей, я для себя вывел формулу: Независимая Украина = Власть «Червоної Рути» + Бьеркизация всей страны.

— Спасибо за интервью. Искренне желаю вам, чтобы для следующей «Рути» не нашлось ни одной «горячей точки».

Ирина Бондаренко. Музыкальный редактор радиоканала «Промiнь», ведущая «Хит-парада’12-2».

— С чего начнем?

— С того, что я полностью разделяю мнение своего коллеги Олега Горского. «Червона Рута» — действительно скандал года.

— Обоснуйте.

— Начну с того, что бесплатная помощь участникам, которой так гордится Кирилл Стеценко, простите за каламбур, дорого им обошлась: исполнители руками и ногами отбивались от песен, записанных специально для них с подачи оргкомитета.

— По какой причине?

— Причин было несколько. Во-первых, репертуар, навязываемый исполнителям, совершенно не учитывал их особенностей, грозил потерей лица, не говоря уже о манере исполнения, которая тоже ведь идет от личности. Во-вторых, навязываемый репертуар заказывался под «концепцию» — еще один предмет гордости организаторов, а в результате — масса даже не однообразных, а единообразных песен под «Бьерк», под «Шинед О’Коннор» и что-то еще в этом роде. В-третьих, этот «заказной репертуар» заказывался кому угодно. С десяток песен, например, записал Роман Мельник — брат директора фестиваля Тараса Мельника, причем до этого Роман никогда песен не писал.

— Что скажете о распределении мест?

— Распределение мест неразрывно связано со всем вышесказанным. Если конкурсант отказывался от навязываемого репертуара, он фактически отказывался тем самым от лауреатства или, в лучшем случае, опускался в табели о рангах на пару ступенек. Лилия Остапенко, например, которая, на мой взгляд, была самой мастеровитой из всех участниц фестиваля, со слезами отказывалась от предлагаемых ей для исполнения джазовых упражнений для голоса (композитор Петр Пашков). При этом ей говорили: «Лиля, кроме тебя этого никто спеть не сможет». А ведь у нее записан целый альбом собственных песен, дающих, конечно же, возможность самовыразиться. Нет! Вместо этого ей пришлось фактически спеть сольфеджио. Результат — дележ второго места с Ани Лорак. Что касается Ани Лорак, могу только посочувствовать фестивалю «Червона Рута», если такая яркая исполнительница не укладывается в его концепцию и представления жюри о современной музыке.

Марина Одольская, принимавшая участие в прошлой «Рутi», очень талантлива и по самобытности вместе с Ани Лорак заметно отличалась от остальных участников фестиваля. На прошлой «Рутi», не принесшей ей успеха, она познакомилась с Андреем Шустем, и исполнение его песен, на все сто процентов вписывающихся в концепцию фестиваля, во многом предопределило ее успех. Думаю, у нее большое будущее.

— Мы как-то забыли еще одного лауреата первой премии в жанре поп-музыки — Христину Руденко.

— Не знаю, чем она так восхитила и даже напугала председателя жюри. Тем, что за одну ночь изменила манеру исполнения? По-моему, ценность личности нельзя оценивать скоростью, с которой она может изменить манеру исполнения. Получается, что первые места на фестивале присуждались не за мастерство, не за самобытность и оригинальность участника, а за послушание. Честно говоря, я была просто поражена, узнав о присуждении Христине первого места. Я давно знаю эту девочку. Да, она не бесталанна. Но она еще не оформилась ни как певица, ни как личность. Она еще ребенок. В прошлом году она принимала участие в двух детских фестивалях «Веселад» и «Юна хвиля» и ничего там не завоевала. Главный недостаток Христины, на мой взгляд, тот, что поет она фальшиво, а вот вокальная манера под «Бьерк» с неопределенной высотой звучания как раз и помогла ей снивелировать этот недостаток.

— Жюри от вас досталось сполна.

— Не хотелось бы высказывать неуважение к членам жюри, но мне кажется, что укомплектование его оставляет желать лучшего. Как можно было на таком представительном и авторитетном фестивале обойтись без авторитетного действующего музыканта? Такого, скажем, как Александр Тищенко? В результате все оценивалось с точки зрения искусствоведения, музыковедения и прочих «ведений», но только не с точки зрения реалий современной эстрады.

— Если столько копий ломается вокруг «бьеркизации», значит, это кому-то нужно. Кому и зачем?

— Я этого понять не могу. У славянских народов с языческих времен были традиции гортанного пения. Но зачем взращивать их искусственно? Рискну предположить, что все делалось для того, чтобы легче было продать аудио- и концертную продукцию фестиваля на западе, поскольку продукция прошлых фестивалей принималась там без особого энтузиазма.

Если подытожить, то, сделав установку на «горячие точки», севастопольская «Рута» сама стала «горячей точкой»...

«ЗН» поздравляет Кирилла Стеценко с присуждением ему звания «Заслуженный артист Украины».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно