ВЯЛОТЕКУЩАЯ «БАРХАТНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ»

4 февраля, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №5, 4 февраля-11 февраля

Украинский парламент прекратил свое существование. Даже если дамоклов топор досрочных выборов так и не придет в движение...

Украинский парламент прекратил свое существование. Даже если дамоклов топор досрочных выборов так и не придет в движение.

Вполне возможно, на высший законодательный орган снизойдет чудесное спасение в виде мудрого и оперативного решения Конституционного суда. Который, исходя из ситуации, даст единственно правильное толкование соответствующим нормам Основного Закона и легализирует все, что было сказано и сделано временными обитателями Украинского дома.

Вполне возможно также, что решению искренно обрадуются не столько «большевики», сколько «меньшевики». Потому что подобный вердикт позволит им сохранить лицо, во-первых. Снимет с них всякую ответственность за все, что произойдет в дальнейшем, во-вторых. И позволит не расставаться с мандатами, в-третьих.

Ибо, как выяснилось, даже представители славящейся дисциплиной фракции КПУ далеко не единодушны в своем отношении к досрочным выборам. Идейные левые убеждены, что в период законотворческой смуты досрочные выборы — благо. Прагматичные полагают, что игра не стоит свеч: неизвестно, будет ли распущена Верховная Рада, и если будет, то когда. А добровольно отказываться от пусть даже минимального влияния на законотворческий процесс неразумно. Хотя бы с точки зрения интересов трудящихся.

Есть еще осторожные. Они не уверены, что им обеспечено место в следующем парламенте, а потому из двух синиц предпочитают ту, которая уже в ладошке.

Впрочем, выбор левых — дело принципа самих левых. И дело их совести. Для правоцентристов вопрос стыдливого консенсуса с ними утратил свою актуальность. Гарант Конституции уже приветил новое руководство новейшего парламента. Кроме того, согласно некоторым сведениям, глава государства завизировал некоторые постановления «конструктивной» Верховной Рады. Если эта информация соответствует действительности, то решения альтернативного законодательного органа (в легитимности которых до сих пор сомневался даже кое-кто из большевиков) приобретут волшебную силу законов. В этом случае оборона «каноничного» законодательного органа окончательно утратит всякий смысл. Тем более, что верные присяге, а также новому руководству ВР бойцы после долгих и продолжительных боев (в ходе которых, как и положено в настоящей войне, «жертвами» становились преимущественно женщины и журналисты) заняли господствующие высоты. Штурм кабинетов председателя парламента и первого вице-спикера закончился убедительной викторией. Подавление последних очагов сопротивления в сессионном зале — вопрос времени.

Киев-2000 не станет Москвой-93. И слава Богу. Украинский Президент «освободил» украинский парламент без танков и спецназа. Группу захвата с успехом заменила группа «Відродження регіонів».

Создавалось впечатление, что слово «переворот» рискнут произнести не только Александр Ткаченко и Петр Симоненко. Порою казалось, что оно вот-вот сорвется с уст наиболее совестливых «большевиков». Но не случилось — и, по-моему, даже не по причине боязни. Кто-то сам себе стеснялся признаться в правовой некорректности и политической нечестности совершаемых поступков. Кто-то сам себе искал оправдание, утешаясь тем, что все происходящее — необходимость, что так надо для экономики, для страны, для народа.

Разве не правда, что экономика нуждается в эффективной правовой базе? А разве можно принять современный закон в парламенте, где кресла председателя, первого вице-спикера и глав ключевых комитетов оккупированы левыми? И разве нельзя ради святой цели — сотворения законодательства с рыночным лицом — на мгновение забыть о нормах, моральных и законодательных? В конце концов, сколько тот же Ткаченко нарушал регламент — и ничего, так отчего же ему можно, а нам нельзя!?

Можно повторять как заклинание, что стоит решиться на некоторое «обрезание» демократии ради увеличения внутреннего валового продукта. Можно утешать себя тем, что мелкая кражка оправдана, если «конфискованные» средства обратить на возведение храма. Но для этого надо быть доподлинно уверенным, что деньги эти в свою очередь не присвоит кто-то еще. И не пустит их на строительство дома терпимости.

С точки зрения автора этих строк, нет никакой разницы, кто помирит «большевиков» с «меньшевиками» — Александр Мороз с Анатолием Матвиенко, Конституционный суд, страх или конъюнктурные соображения. Как по мне, уже не имеет значения и то, найдут ли общий язык левые и правоцентристы, или же «правильное» законодательное собрание будет и далее функционировать в усеченном виде. При любом сценарии парламент перестанет быть органом, представляющим интересы всех слоев населения — хоть так, хоть эдак, но левые депутаты будут поражены в правах. А на языке политическом сие означает поражение в правах миллионов избирателей, отдавших на выборах-98 свои голоса за коммунистов и социалистов, ПСПУ и СелПУ.

Комитеты у левых уже забрали. Кто-то из них (к примеру, умудренный опытом Григорий Крючков) добровольно отдал ключи от начальственного кабинета, дабы никого ни на что не провоцировать. Кто-то до сих пор подпирает двери письменным столом, хотя прекрасно понимает, что стол могут оставить, а вот кресло точно не вернут.

«Большевики» не устают повторять, что время уговоров минуло и отныне они приемлют только безоговорочную капитуляцию. Разговоры о возможном привлечении наиболее непримиримых «меньшевиков» к уголовной ответственности, симптоматичные консультации между Иваном Плющем и Михаилом Потебенько — лучшая демонстрация того, что жалости к побежденным победители не испытывают. Правоцентристское большинство замечательно усвоило уроки левого большинства и отличается от него разве что еще большей политической безжалостностью. Безжалостное отношение к коллегам (вчерашним?), выразилось, в частности, в равнодушном отношении к регламенту, законам, Конституции.

Не имею намерения предметно доказывать правовую необоснованность действий сообщества одиннадцати фракций, на то есть соответствующие структуры. Можно привести мнение авторитетных юристов, утверждающих, что путь, проделанный «большевиками», буквально усеян правовыми ошибками и неувязками. Защитники «клуба любителей Президента» на каждый упрек обязательно отыщут контраргумент. Благо недостатка в адвокатах у большинства нет — за право расписаться в верности идеям конструктивного парламентаризма сейчас разве что не дерутся. Об истоках, причинах и поводах «бархатного переворота» написано и сказано много, но, наверное, не все. Почти никто не го- ворит о том, что проведению настоящей «бархатной революции» помешали… сами «большевики».

Будем откровенны: искренно желающих сместить Александра Ткаченко с поста председателя парламента в Верховной Раде намного больше, чем искренно преданных Президенту. У пропрезидентского лобби был шанс не только отстранить Александра Ткаченко и Адама Мартынюка от ведения пленарных заседаний, у них был шанс отстранить спикера и его первого заместителя. «Большевики» (если они таковыми, действительно, являлись две недели назад) имели возможность обеспечить необходимую «смену декораций» так, чтобы сегодня ни у кого — ни у союзников, ни у противников, ни у журналистов, ни у законников — не было даже формального повода усомниться в юридической правоте новоявленных «бархатных революционеров».

Если бы пропрезидентское большинство являлось реальностью, никто не смог бы помешать ему снять Ткаченко и Мартынюка. 226 голосов вполне достаточно. Для того чтобы, во-первых, внести в повестку дня вопрос об отставке руководства парламента. Для того чтобы, во-вторых, отправить его в отставку. И для того чтобы, в-третьих, избрать новое руководство.

Вопрос, почему они этого не сделали? Может быть, потому что никакого большинства до «варфоломеевского дня» не существовало? Иначе, зачем было бы прибегать к помощи «мертвых душ» — членов Кабмина, командировочных и больных гриппом, чтобы наскрести несчастное простое большинство?

Встречный вопрос — откуда взялось большинство в Украинском доме? Встречный ответ — а кто может объективно проверить, что оно существовало и там? Как вы сами понимаете, в здании, рассчитанном на проведение выставок и шоу, система электронной регистрации и электронного подсчета голосов отсутствует. Вполне возможно, что сегодня, когда дело зашло слишком далеко, большинство в самом деле существует. По некоторым данным оно даже «распухло» до 265. Чтобы потом снова «осунуться» за счет «неприсоединившихся» (Анатолия Матвиенко, Григория Омельченко, Анатолия Ермака, Сергея Головатого и др.), а также вынужденных отказаться от мандатов «совместителей». Но это большинство — совсем другая песня. Это выбор между расстрелом и пленом. Причем пленом почетным, когда за добровольную сдачу обещают бутылку водки и буханку хлеба.

Некоторые из «большевиков» свой радикализм объясняют тем, что у них не было выбора — мол, Ткаченко, регулярно нарушая регламент, постоянно препятствовал волеизъявлению большинства. А добиться справедливости не представлялось возможным, в том числе, и из-за дружеских отношений между главой парламента и главой регламентного комитета.

Версия малоправдоподобная в том числе и потому, что «дружба» с Ткаченко не помешала главному «регламентоведу» Виктору Омеличу вскорости оказаться в Украинском доме, где его узаконили на посту главы комитета повторно.

Не «узурпатор» Ткаченко и не далекий от совершенства регламент были главной бедой «конструктивно настроенных» депутатов. Главной помехой было отсутствие времени: Банковая торопила, любая задержка гарантировала досрочные выборы, и гарант служил тому порукой. Пока большинство наскребло бы необходимые голоса, пока внесло, пока обсудило, пока сняло, пока избрало… А экономика ждать не может — кредиты не идут, газ не поступает, налоги не собираются, приватизация не шевелится. Единственной помехой на пути к избавлению от законодательного голода выглядел спикер. В свое время избранный, как утверждают, не без помощи Банковой. Так какие проблемы: Банковая поставила — Банковая и снимет. Разве слезинка спикера не разумная цена за народное счастье?

Можно только гадать, сколько бы договаривались между собой «большевики» за руководящие кресла, если бы их не подвигли к демаршу? А в «полевых условиях», как в свое время эмпирически доказал Валерий Пустовойтенко, становятся сговорчивыми все.

Кстати, о договоренностях и о новом руководстве. Есть еще одна версия по поводу того, почему большинство избежало легального пути смещения Ткаченко и почему оно так торопилось с избранием «конструктивного» руководства. Чрезмерная активность членов фракции СДПУ(о) в первый день исторического (истерического?) противостояния едва ли можно считать случайной. Если вспомнить о том, что голоса за отставку Медведчука были собраны так же оперативно, как и голоса за отставку Ткаченко и Мартынюка.

Практически ни у кого не вызывает сомнения, что, если бы Александр Николаевич и Адам Иванович «слетели» с руководящих кресел, то следом за ними, «в пакете» отправился бы и Виктор Владимирович. И тогда он лишился бы выгодного трамплина в виде кресла «главы Украинского дома», лишился бы возможности торговаться, лишился бы замечательного «пиаровского» хода в виде «мужественного и добровольного» отказа от претензий на спикерство. Пост первого заместителя для человека, который был в двух шагах о смещения с поста второго зама — да это просто блестящий сценарий! Давно разработанный и по нотам разыгранный Волковым и Медведчуком.

В конце концов большая политика — игра для взрослых мальчиков, здесь побеждает более хитрый, более уверенный, если хотите, более нахальный. Левые, вовремя не почувствовавшие опасности, добровольно отдавшие инициативу, могут теперь пенять только на себя. Часть «большевиков», которых другая часть, более изощренная, использовала (причем использовала, кажется, «втемную»), могут утешать себя тем, что «меньшевики» чувствуют себя еще хуже.

Но спокойно не может себя чувствовать никто. Парламент скорее мертв, чем жив. Поскольку законодателем политической моды отныне будет в основном Президент и отчасти Кабмин. А ВР либо будет исполнителем, либо ее распустят.

Что будет дальше? Силой ли, лаской ли, но сессионные заседания, похоже, вернут в родные пенаты. С натугой ли, с легкостью, но Верховная Рада одобрит и бюджет, и правительственную программу. Левые, по крайней мере, часть их, попытаются изыскать способ причаститься к обновленному законотворчеству, сохранив при этом некоторое подобие лица.

Но лицо всего парламента это, кажется, уже не спасет. Впрочем, можно сохранить хорошую мину. Пойти до конца — принять все требуемые законы, после чего свалить в кучу мандаты и добровольно разойтись. Все равно это будет лишь констатацией свершившегося факта.

Зачем ждать унизительного роспуска? Смешная замена «нумерации» созыва, возможно, продлит агонию, но едва ли вернет утраченные авторитет и доверие населения. Философский вопрос — может ли судья оправдать преступника лишь потому, что после совершения злодеяния он поменял фамилию? И кто виноват? И судьи кто?

Сергей РАХМАНИН
Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно