Треугольник будет выпит?

23 июня, 2006, 00:00 Распечатать Выпуск №24, 23 июня-30 июня

Наблюдатели, давно утратившие надежду отыскать стройную логику в действиях отечественных политиков, последнее время стали придавать немалое значение неким знакам, символам, суевериям и совпадениям...

Наблюдатели, давно утратившие надежду отыскать стройную логику в действиях отечественных политиков, последнее время стали придавать немалое значение неким знакам, символам, суевериям и совпадениям. Например, день начала Великой Отечественной войны и пришедшаяся на эту дату регистрация коалиции многих заставила проводить грустные параллели, поскольку 22 июня принято считать днем скорби и памяти жертв войны. Впрочем, если маниакально проводить параллели, то можно вспомнить, что в этот день французский маршал Петен капитулировал перед нацистской Германией; произошел официальный разрыв отношений между Китаем и Советским Союзом; Владимир Ульянов в Симбирской гимназии получил золотую медаль. И уж, конечно же, не стоит забывать, что 22 июня — день Кирилла Александрийского, знаменующий окончание весны и начало лета — самый длинный день. Короче, воины света в чистом виде…

Но этим символы не исчерпываются. 239 — а именно столько подписей поставлено под коалиционным соглашением — это знаковое число для украинского парламента. В его первом созыве «группой 239» называлось консервативное левое большинство, выступавшее против рыночных реформ и независимого демократического развития страны. Впрочем, от цифры 239 коалиция уйдет, когда четверо «нашеукраинцев» поставят подписи под коалиционным соглашением: Руслана Лыжичко вернется с гастролей, Александр Омельченко-младший — из Франции, а Леонид Черновецкий — из космоса. Свою подпись поставит и Александр Волков, если получит добро от Дмитрия Фирташа (шутка, наверное). Что же касается Геннадия Удовенко, то он, вопреки информсообщениям, подписался еще в среду, прервав празднование юбилея, с которым мы Геннадия Иосифовича искренне поздравляем.

Важно другое: созданное нынче в Раде большинство не является, в полном понимании этого слова, ни левым, ни правым, ни демократическим. Но оно может стать как первым, так и вторым, а может вообще не состояться. Поэтому поиски каких-либо символов сегодня не дадут нам ответ на вопрос о будущем формально зарегистрированной коалиции. Она может закончить свою работу с золотой медалью, а может капитулировать. Жертвой ее экономической политики могут стать миллионы и те же миллионы могут рассчитывать на то, что длинная ночь невнятности заканчивается и света станет больше.

К сожалению, результативность работы власти, сформированной коалицией, в наибольшей степени зависит не от объективных сложностей, с которыми ей придется столкнуться, а от субъективного фактора — способности лидеров извлекать уроки из прошлого и взращивать затоптанные длительным противостоянием ростки доверия друг к другу.

В истории создания зарегистрированной коалиции есть немало белых пятен, порождающих вопросы, на которые не существует разумных либо однозначных ответов. Например: почему все это нельзя было подписать при согласованном меморандуме сразу после окончания выборов? Потому что надеялись избавиться от Тимошенко или потому что не было программы действий коалиции, которую и сейчас-то тщательно выполнять никто не намерен? Почему «Наша Украина» так близко подошла к выстраиванию альянса с «Регионами»? Потому что хотела этого на самом деле или использовала как фактор давления на Тимошенко и Мороза? Зачем в переговорах с «Регионами» зашли так далеко, добившись от бело-голубых готовности идти на публичные уступки, на еще большие — в формате закрытых протоколов, а после этого довели их до белого каления отказом от коалиции с ними? Как Тимошенко после того, как она сняла все свои требования, занесенные в протокол о расхождениях, перенесла выдвижение на пост спикера Петра Порошенко? Почему Виктор Ющенко, многие месяцы не общавшийся с Петром Порошенко и просивший не делать этого как Тимошенко, так и Януковича, дал вдруг добро на выдвижение Петра Алексеевича? На что был расчет — на то, что Тимошенко вспылит и выйдет из коалиции, или на то, что Петр Алексеевич единственный человек, способный публично и кулуарно противостоять Юлии Владимировне? И т.д.

Есть, безусловно, и другие вопросы, которые сейчас многих интересуют. Станет ли первым вице-премьером Анатолий Голубченко и возглавит ли Минтранс Иосиф Винский? Займет ли Александр Турчинов пост министра финансов, а Сергей Ермилов — пост главы Министерства топлива и энергетики? Окажется ли Владимир Шандра в кабинете губернатора Хмельницкой области, а Виктор Балога — в вице-премьерском? Станет ли Николай Маломуж руководить Службой безопасности Украины, а Юрий Луценко по-прежнему МВД? Достанется ли Анатолию Кинаху парламентский комитет по обороне и безопасности, а Павлу Жебривскому бюджетный комитет? Сядет ли в кресло первого вице-спикера Николай Томенко и настоят ли социалисты на том, чтобы бронзовую ступень в парламентском президиуме занял их представитель, а не представитель оппозиции?

Все эти кадровые предположения, равно как и прочие — гадание на кофейной гуще. Такой вывод после многомесячного процесса создания коалиции может показаться странным, и тем не менее это так. Во-первых, потому, что многие депутаты, способные претендовать на должности в исполнительной власти, разделяют мнение о потенциальной недолговечности нового правительства, в связи с чем не стремятся сдать мандаты. В этой ситуации есть и свои плюсы, предполагающие возможность некой ротации, обновления украинской исполнительной власти. Но в то же время непонятно, по какому принципу будут выбираться безмандатные кандидатуры на тот или иной пост: политические силы будут искать профессионалов, способных решить поставленные перед госструктурой задачи, либо заполнят вакансии спонсорами партий или блоков, которые в результате народного волеизъявления не попали в парламент, но деньги на кампанию внесли.

Во-вторых, практически во всех партиях и блоках еще не состоялось обсуждение, призванное заполнить конкретными фамилиями клеточки «табеля о рангах», отвоеванные согласно меморандуму лидерами трех политических сил. В каждой из трех составляющих коалиции на целый ряд должностей кандидатуры не определены. И уж тем более, не притерты друг к другу. Поэтому представить, как сложатся отношения в том или ином секторе исполнительной и законодательной власти либо между, например, Минфином и Бюджетным комитетом — весьма непросто.

И наконец, в-третьих. Тот факт, что на финишную прямую формирования руководства Рады и Кабмина политические силы вышли без четкого определения, кто из их представителей будет отвечать за конкретный участок работы, означает, что в кадровом вопросе работу над ошибками не провели. Мы помним, как назначалось первое оранжевое правительство — за сутки. Именно поэтому процесс вылился в массу неожиданных и, как потом оказалось, ошибочных кадровых решений. Никто не исключает подобного результата и сейчас, поскольку ни у одной из политических сил нет стройного списка, где против любой должности (вне зависимости от того, досталась она в ходе жеребьевки или не досталась) стояла бы согласованная партией или блоком фамилия профессионала. Формирование власти на огрызках времени способно усугубить и без того лоскутный ее состав.

Таким образом, хоть и забежав вперед, но мы открыли перечень вопросов относительно реальной деятельности созданной коалиции. Почему забегая вперед? Потому что наиболее важный тактический вопрос заключается в том, состоятся ли вообще кадровые назначения, предусмотренные зарегистрированным альянсом? Сегодня никто не может дать стопроцентную гарантию, что при пакетном голосовании (а иное в силу царствующего недоверия вряд ли возможно) коалиции хватит голосов, чтобы утвердить спикера и премьера. У социалистов по-прежнему, несмотря на поставленные подписи, половину фракции раздирают сомнения. В «Нашей Украине» бузит Анатолий Кинах, чья партия, входящая в блок, потребовала выдвижения Анатолия Кирилловича на пост спикера. Есть информация, согласно которой Юлия Тимошенко, «находящаяся в восторге» от выдвижения на пост главы ВР партией НСНУ и президентом Петра Порошенко, не прочь оказать поддержку Анатолию Кинаху. Но в то же время в самом БЮТ опять активизировались оклемавшиеся после нанесенного удара вербовщики от «Регионов». В результате наберет ли коалиция в зале 226 голосов? Участники коалиции вероятность реализации задуманных кадровых идей оценивают как девять к одному. Возможно, процесс формирования власти в стране тронется. Доживем до вторника.

Безусловно, немаловажный вопрос — насколько работоспособной окажется коалиция? Многие уверены в том, что на должном уровне в тройке будет поставлен взаимный контроль. Учитывая характер отношений между коалициантами, бизнесом во власти будет заниматься непросто: если один промолчит по поводу гешефтов другого (в надежде на взаимность), то третий закричит криком. Можно предположить, что в СМИ будут сливаться не только документы с сомнительными, с точки зрения государственных интересов, резолюциями, но даже зародыши крупных коммерциализированных чиновничьих идей. С этой точки зрения взаимное недоверие для общества — плюс.

Другой вопрос: способна ли коалиция, как надежная до неприличия система сдержек и противовесов, консолидировано работать на прорыв? Прорыв в социальной сфере, в экономике, в инвестициях, в инновациях, во внешней политике, в энергетике. Ответ не заставит себя долго ждать. Ведь первые сто дней правительства вероятнее всего не станут чем-то особенным. Кстати заметьте, что с электоральной точки зрения «новой» власти будет работать проще, чем той, которая стала у руля сразу после избрания Виктора Ющенко. Ожидания ниже. Все свыклись с тем, что чуда не будет. Это не значит, что оно не нужно стране. Однако чудо-результату неизбежно должно предшествовать чудо-осознание тремя политическими силами, а желательно и Партией регионов, как модератором искусственных кризисов, своей ответственности за государство и общество. Так вот, первые сто дней продемонстрируют, каким является характер отношений, а как следствие — уровень взаимодействия и соответственно — кпд украинской коалиции. А так же какую роль будет играть оппозиция.

Создание коалиции — это ключ к запуску механизма работы власти. Им при избрании руководства парламента заводится мотор Верховной Рады. Им запускается работа власти исполнительной. Если формирование Кабмина и раздел портфелей в парламенте, несмотря на существующие опасения, пройдут без сучка и задоринки, то это еще вовсе не будет означать, что сам механизм функционирования обеих ветвей будет работать бесперебойно. Первым микро-испытанием станет принятие закона «О допуске иностранных войск для проведения учений на территории Украины». Первым макроиспытанием станет принятие бюджетной резолюции и сам бюджетный процесс.

Эта коалиция, склеенная как любимая чашка из осколков, должна найти ответы на массу вызовов, уже стоящих перед страной, и тех, что просматриваются на горизонте. Она должна решить газовую проблему, усугубляющуюся с каждым днем. Она должна найти формат, при котором можно будет установить с Россией взаимовыгодные партнерские отношения, сохраняя при этом четкую ориентацию на внедрение в Украине демократических ценностей и евроатлантическую интеграцию. Она должна «не словом, а ділом» стимулировать прозрачность и давить коррупцию, начиная с головы, то есть с себя, а не с хвоста для проформы, как было до сих пор. Она должна радикально реформировать судебную систему, которая пошла вразнос. Она должна ввести в законные берега полномочия всех ветвей власти, в первую очередь — Кабмина, президента, местных властей. Наконец, и это, наверное, главное — она должна показать всему обществу, что центральная власть в стране существует, что она дееспособна, и сила ее измеряется не грозно-беззубыми заявлениями правоохранительных органов, а стратегическим видением, умными решениями и способностью быстро претворять их в жизнь. А может мы опять слишком многого хотим от власти?

Ведь все может быть иначе: с первого дня работы коалиции, не уверенной в своем долгожительстве, может начаться гонка за лидером: кто первым добежит до «Регионов» и договорится с ними о формировании нового посткризисного альянса. Борьба за электорат, а не за страну может заставить политиков реализовывать план «подставы» друг друга с целью взвалить ответственность за провал работы коалиции на партнеров. Каждая из политических сил может наступать на бизнес-мозоли друг друга, чем развязать новую войну. Каждая из них может прибегнуть к попытке усилить свои позиции за счет поиска партнера на стороне — на Западе или Востоке земного шара, что неминуемо приведет к необходимости принять в той или иной сфере ущербные для Украины решения. И, конечно же, сделает невозможным эффективное противостояние внешним угрозам, пока экономического характера. Не нащупав консенсуса, и коалиция, и оппозиция — каждая со
своей позиции — могут начать подготовку к досрочным выборам, а не к реализации европейского выбора, сделанного как прошлой, так и нынешней властью.

Между прочим, подавляющее большинство вошедших в коалицию политиков это понимают и неизменно говорят: «Мы готовы к нормальной работе. Мы готовы к ревизии отношений. Но вот, смотри: он (она) опять вставляет палки в колеса. С ним (с ней) работать невозможно». Такова позиция на сегодняшний день. И, очевидно, именно поэтому в станах ни одной политической силы я не встретила ликующих и окрыленных. Впрочем, осознание проблемы — это половина пути к ее решению. Первой этот путь прошла наивная баба Параска, приезжавшая в Киев мирить дорогих ее сердцу Виктора Андреевича и Юлию Владимировну. В случае, если вторая половина пути не будет пройдена политиками, то вполне возможно, что на следующих выборах у трех политических сил, позволивших себе дать обществу некую надежду, будет один избиратель — баба ПараЗка.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 14 сентября-20 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно