Спискоблудие. На этой неделе в стране в очередной раз обострилась мания составления перечней предприятий, подлежащих реприватизации. Правительство срочно разделилось на «группы по интересам»…

20 мая, 2005, 00:00 Распечатать Выпуск №19, 20 мая-27 мая

Согласно данным социологов, опубликованным в прошлом номере «ЗН», свыше 70 процентов граждан страны поддерживают идею реприватизации...

Согласно данным социологов, опубликованным в прошлом номере «ЗН», свыше 70 процентов граждан страны поддерживают идею реприватизации. Саму эту цифру можно трактовать по-разному. Как отражение реприватизационных чаяний подавляющего большинства украинцев и их неистребимой классовой ненависти к олигархам. Как подтверждение эффективности правительственной пропагандистcкой машины. И, наконец, как индикатор высочайшего доверия людей к Виктору Андреевичу, заявившему, что с его приходом к власти «Криворожсталь» вернут государству, в стране не будет коррупции, а богатые поделятся с бедными.

Со времени первых такого рода заявлений прошло уже много месяцев. Больше ста дней новая власть имеет все рычаги, чтобы хотя бы начать воплощать свои взгляды на практике. Но… Отмена результатов конкурса по «Криворожстали» всерьез и надолго застряла в судах. Нет ни одного серьезного антикоррупционного процесса, что наталкивает на мысль, будто все действительно значимое прощается или спускается на тормозах. Список предприятий, продажа которых должна быть пересмотрена, невзирая на все обещания, до сих пор не обнародован и не прокомментирован. Согласитесь, странная «забывчивость» власти — по словам Президента, прозрачной и публичной.

С приходом новой команды приватизация в Украине покрылась пылью подозрительно оранжевого оттенка. Новая Программа приватизации, которую премьер обещала доработать до 1 марта с.г., неизвестно где и в каком виде, а может, вообще отправлена в макулатуру за ненадобностью. Шесть миллиардов гривен от продаж этого года в казну не поступают, но точно так же не поступают туда и деньги от реприватизации! (Как здесь не вспомнить советника Президента Бориса Немцова, еще в середине февраля предостерегавшего от иллюзий: дескать, народ от реприватизации уж точно ничего не получит.)

После очередной, майской, кабминовской перебранки по вопросам собственности инвесторам впору не деньги в Украину вкладывать, а до посинения напиться — то ли валидола, то ли коньяку.

Сколько ни инвестируй песенные конкурсы и ни трать миллионы на восстановление казацких святынь, а беспомощность все-таки угнетает, неопределенность страшит. Выскажу собственное мнение, хотя оно вряд ли кого-то утешит: реприватизация — в той или иной форме — в Украине состоится. Ибо можно пожертвовать экономическими резонами и финансовой целесообразностью, можно наплевать на соседское мнение, но от чего никуда не деться — так это от непростой украинской ментальности.

Мой покойный отец любил рассказывать байку о хозяине и лисах. Как-то раз хозяин увидел в конце огорода, на заросшей травой нивке, нору лисы с маленькими лисятами. Почесал затылок, а потом и говорит: «Вот возьму дома серп, выжну траву — ни одной лисы не останется». Лисята к матери — так, мол, и так, надо спасаться! А лиса и говорит: «Не бойтесь, дети, я его знаю». Проходит две-три недели, хозяин снова на нивке. А трава уже по колено… «Вот пойду домой, возьму косу — ни одной лисы не останется!» — «Не бойтесь, дети, я его знаю», — снова успокаивает малышей рыжехвостая. Прошло еще недели три, пока хозяин в третий раз появился на нивке. Трава уже по пояс. «Вот возьму спички и выжгу все дотла». — «А теперь, дети, уходим. Это он сделает!»

…Можно сколько угодно упрекать Виктора Андреевича в своеобразном ощущении времени, когда «ближайшие дни» на поверку оказываются неделями, а «ближайшие недели», отмеренные 15 февраля на подготовку «исчерпывающего списка из около 30 предприятий для ревизии их приватизации», превращаются почти в три месяца. Однако в чем Президенту не откажешь, так это в убежденности. Карфаген должен быть разрушен. «Те объекты, которые были украдены, будут возвращены государству, начиная с «Криворожстали» (Ющенко, выступление в ВР 4 февраля, непосредственно перед утверждением правительства). «…наша задача — установить правду и решить задачу наполнения бюджета» (Ющенко, 16 февраля, Львов). Пятью днями позже — слова Президента о том, что «Укррудпром» приватизирован незаконно: «Так, как он приватизирован, — это не есть приватизация».

Когда премьер в феврале с подачи Генпрокуратуры говорит о почти 3 тыс. предприятий, в ходе приватизации которых, по мнению прокурорских работников, были допущены нарушения, и что правительство с Генпрокуратурой намерено обжаловать результаты продаж в суде, Ющенко постоянен: реприватизационный список в его интерпретации практически никогда не разрастается более чем до 40 единиц.

Не знаю, до конца ли понимал Виктор Андреевич, мягко говоря, издержки запланированного им мероприятия. Составление списка, да еще столь значимого, — потенциально очень и очень коррупционное действо. Это тот клоп-черепашка, сорняк, мороз с градом и в придачу Батыева орда, которые способны погубить первые всходы на поле новой, моральной власти. Составлять список наобум, без четко выписанных критериев, что является прегрешением, а что нет, да еще до вынесения судом вердикта по каждому отдельному случаю, — это тот же «ручник», который широко использовался во времена кучмовского правления, только с противоположным знаком. То самое беззаконие, от которого страна так надеялась уйти. Хотя, положа руку на сердце, список, который будет составлен по решениям украинских судов, прославивших себя сотнями «экзотических» решений в сфере собственности, — то еще зрелище…

По большому счету, у правительства не было выбора. Получив президентскую «вводную», оно не рискнуло уклониться от ее выполнения. Так, созданная 16 февраля с.г. кабминовская комиссия по проблемным вопросам приватизации, которой изначально вменялись вполне приличные функции — «готовить проекты нормативно-правовых актов по результатам анализа и доработать Программу приватизации до 1 марта», — в итоге скатилась к составлению списка, уже прозванного в СМИ «черным».

Конечно, мы не посвящены в подробности этого процесса, однако то малое, что известно, вывернуло нравы нашей власти прямо-таки наизнанку. Президент выразил в феврале желание видеть список из около 30 предприятий? Пожалуйте, в той утечке, что появилась в начале недели в средствах массовой информации и весьма смахивает на правду (по крайней мере, что-то не довелось слышать об опровержениях г-на Кинаха), их значится точнехонько 29. Было указание начинать с «Криворожстали»? На первой позиции — она, родимая. Как насчет «Укррудпрома»? Представлен в полном объеме, со всеми ГОКами, рудоуправлениями и «Кривбассвзрывпромом». Чего еще изволите? Анализ удивительных «совпадений» можно продолжить…

Во всей красе проявилось и декларируемое под софитами телекамер единство правительства.

12 мая Анатолий Кинах сообщил, что Кабинет министров сформировал окончательный вариант списка из 29 предприятий, законность приватизации которых будет проверяться.

16 мая премьер-министр Юлия Тимошенко заявила, что в правительстве не существует и не будет существовать списка приватизированных предприятий, по которым ожидаются повторные конкурсы.

17-го ее поддержал министр экономики Сергей Терехин, заявив, что списка предприятий, которые подлежат реприватизации, на данный момент не существует. И что он «не менее удивлен, чем премьер-министр, заявлением Кинаха». Свое удивление Терехин объяснил в первую очередь тем, что сейчас нет законодательно определенных критериев, по которым предприятие может быть отнесено к числу сомнительно приватизированных, а также критериев, по которыми должна проводиться дооценка.

Между тем 17 мая Кинах подтвердил наличие списка из 29 предприятий, приватизацию которых планируется пересмотреть.

В тот же день его поддержал секретарь Совета национальной безопасности и обороны (СНБО) Украины Петр Порошенко: «Такой список есть... Он был подготовлен по указанию Президента». Петр Алексеевич говорит, что хотя сейчас в списке всего 29 предприятий, но позже он может быть расширен. И категорически выступает против его обнародования до проведения проверок законности приватизации перечисленных в нем предприятий, а также вынесения соответствующих судебных решений.

Какова во всем этом роль Фонда госимущества, конституционного органа, призванного вырабатывать и реализовывать политику в области приватизации? А Бог его знает. По-видимому, г-же Семенюк в Кабмине не очень-то доверяют. При живом-здоровом председателе ФГИ законом о дооценке и разработкой критериев дооценки поручено заниматься Министерству экономики. Министерство, по словам г-на Терехина, этот законопроект подготовило, и сейчас он проходит процедуру согласования.

Я плохо себе представляю, как будут проводиться повторные конкурсы с дооценкой, если у объектов уже есть реальные собственники, они вложили в эту собственность не менее реальные деньги и теперь свое право намерены защищать в судах, вплоть до Европейского по правам человека. Россия вон уже года два не может разобраться с одним Ходорковским, а наши власти намерены ввязаться сразу в два с лишним десятка тяжб…

Не следует упускать из виду и такой момент. Если в каких-то случаях окажется, что покупатель перед законом чист, а приватизация явно заказная, придется ведь спрашивать с конкретного продавца и всех участников процесса со стороны государства. Не хочется? Ну что за двойная мораль! А «прищучить» нынешних собственников угрозой отъема объектов хочется?

Я не жажду крови, но чтобы добиться сильного эффекта очищения, в котором так нуждается украинская приватизация, следует наконец во многом разобраться. Кто давал ценные указания дробить, вопреки Программе приватизации, контрольные пакеты лакомых предприятий на неконтрольные, с чьей подачи стратегические объекты выставлялись на последний аукцион за компенсационные сертификаты, кто снижал до смешного цену пакетов акций, продававшихся в канун прошлогодних выборов на одной из бирж, кто дарил находящееся в госсобственности рудоуправление, кто те два «придворных» оценщика и безвозмездно ли они делали нужную погоду в приватизации 2003—2004 годов…

Надо не ваять в срочном порядке конъюнктурный (с точки зрения целей момента) закон о доплатах, а системно заниматься решетом под названием «приватизационное законодательство», в котором неликвид застревает, а «стратег» — спокойно вытекает по бросовой цене. Надо вести кадровую политику так, чтобы приватизацией занимался не партийный ставленник, а опытный приватизатор и руководитель. Надо безотлагательно принимать закон о Фонде госимущества и как можно тщательнее выписывать его подчиненность, чтобы избежать малейшего давления со стороны президентского секретариата и Кабмина. Попутно надо что-то делать с Антимонопольным комитетом: с нынешними куцыми правами и печальным багажом опыта он стране не помощник, а так, декорация…

Если же всего этого делать не хочется, если задача ставится гораздо более узкая — показать Пинчуку, Ахметову или тем же Вексельбергу с Алекперовым, кто в доме хозяин… Ну, тогда и «перечень 29-ти» сгодится, и любая цидулка о повторных конкурсах. Тогда все просто: к руководству страной пришла другая крупная бизнес-группировка и пытается диктовать свои правила игры.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно