ОДНАЖДЫ В ДИКОЙ УКРАИНЕ...

13 июля, 2001, 00:00 Распечатать

Профессиональная деятельность журналиста может стать причиной его смерти — так выглядит убийственная правда сегодняшней украинской журналистики...

Игорь Александров

Профессиональная деятельность журналиста может стать причиной его смерти — так выглядит убийственная правда сегодняшней украинской журналистики. Зверское убийство нашего коллеги из Славянска Игоря Александрова — второй за последний год случай, подтверждающий черное правило: для политического журналиста быть объективным, а уж тем более оппозиционным — смертельно опасно. Кровавая драма в Донбассе стала не только лишним доказательством истинного состояния свободы слова в Украине, но и лишним доказательством беспомощности и одновременно безжалостности власти, регулярно берущей «под личный контроль» преступления против представителей масс-медиа и неспособной добиться восстановления справедливости. Постоянно декларирующей свободу слова и с издевательским цинизмом попирающей это право.

Трудно найти адекватную оценку высказываниям первого лица государства, заявившего, что события в Славянске «раскручиваются в мире», между тем как в «мире люди гибнут десятками, и никто этого не видит». Означает ли сказанное: в Украине люди должны погибать сотнями для того, чтобы гарант Конституции признал массовое нарушение прав человека, начиная с самого главного — права на жизнь.

Из-за страха хозяев страны потерять власть люди, пишущие о власти, вынуждены испытывать постоянный страх за свою жизнь. Мы все — на мысе страха. И пока неизвестно, кто боится больше.

Во все времена именно страх чаще всего был первопричиной жестокости. Грядущие парламентские выборы грозят обернуться жестокой войной — причем не только войной интересов, компроматов и админресурсов. В этой войне, вполне возможно, будет пролита кровь. И не только журналистская.

А изменить существующее положение вещей, к сожалению, реально способны только те, кто более всего заинтересованы в том, чтобы все осталось так, как есть…

«Зеркало недели» выносит на суд читателей несколько версий, способных пролить свет на причины славянской трагедии. Мы предоставляем слово тем, кто официально занят расследованием и тем, кто близко знал нашего коллегу, чья жизнь оборвалась так рано и так страшно.

 

Игорь Александров

За прошедшую неделю количество версий убийства если и увеличилось, то не намного. Все, кто дает свой комментарий, склоняются к тому, что в основе произошедшего стоит искать профессиональную деятельность Игоря Александрова. Не стал отступать от правил и заместитель министра внутренних дел, генерал-полковник Владимир Мельников, который на своей пресс-конференции в минувшую пятницу еще раз подчеркнул, что раскрытие этого преступления взял под личный контроль Президент Украины. В настоящее время устанавливаются личности возможных заказчиков и исполнителей. «С 1 числа я нахожусь без выезда в Донецке. Практически все время провожу в Славянске, но уже предупредил руководителей Славянской милиции и Северного УБОП, что если пропишусь в этом городе, то они «выпишутся» с руководящих кресел», — пообещал генерал своим подчиненным. Возможно, что такие жесткие условия заставят их работать с еще большим воодушевлением. Тем более, что за нахождение убийц установлена денежная премия в размере 100 000 грн. Обладателем ее может стать как сотрудник МВД, так и простой житель Славянска, который поможет следствию. Возвращаясь же к личностям тех, кто совершил данное преступление, пожелавшие остаться неизвестными работники милиции говорят, что скорее всего это были «отморозки», которые не смогли или не захотели остановиться, выполняя заказ, цель которого было не убийство, а запугивание Игоря Александрова.

Кроме версии МВД, есть еще одна. Суть ее заключается в том, что Игорь Александров подал исковое заявление в Страсбург в Европейский суд по правам человека, в котором упоминается народный депутат Александр Лещинский. И именно после этого иска все и началось. Мы, извинившись и принеся соболезнования, попытались выяснить подробности у вдовы погибшего журналиста Людмилы Александровой…

— Я не знаю судьбу данного иска. Насколько я помню, последнее его обращение было к генеральному прокурору. Но об этом лучше знает адвокат Глотов, который работал с Игорем Александровичем. Мне кажется, что до Страсбурга он все-таки не дошел…

— Вашего супруга с Лещинским связывали непростые отношения. Тем не менее, говорят, что он пришел на помощь, когда произошло несчастье?

 

— Это правда. Он одним из первых перечислил деньги, на которые покупались медикаменты. Но кроме Лещинского, нам оказали помощь еще многие люди.

— У вас есть своя версия произошедшего?

 

— Пока нет… Уверена только в том, что причиной послужила его профессиональная деятельность. Он занимался различными вопросами, но пока нельзя сказать, какой из них стал толчком, приведшим к трагической развязке.

— Народный депутат Алексей Шеховцов на пресс-конференции сказал, что знает, по чьему заказу был убит Игорь Александров. При этом он более чем откровенно высказался о г-не Лещинском, добавив в конце, что не исключает возможности его компрометации таким способом.

 

— Я не исключаю такой возможности, поскольку новым владельцем телерадиокомпании «ТОР» является фирма «Серебряный век», которая имеет самое непосредственное отношение к г-ну Лещинскому.

— В СМИ была опубликована информация, что Игорь Александрович уже написал заявление об увольнении с должности директора телекомпании, хотя сам Александр Лещинский был не против того, чтобы он продолжал работать. Так ли это?

 

— У них не было серьезного разговора по этому вопросу. Общие фразы, но ничего конкретного. Игорь говорил мне, что новые собственники обещают оставить компанию, и все должны работать, но готов был уйти сам, чтобы сохранить телерадиокомпанию.

— Вы издавали газету «Я сама», выпуск которой был приостановлен. С мая газета фактически не выходит, и в настоящее время вы и двое ваших детей остались без средств к существованию. На чью помощь вы рассчитываете?

 

— У меня состоялся разговор с мэром Славянска, который пообещал мне решить вопрос с работой. Возможно, что будет возобновлен выпуск газеты. Более конкретно я смогу говорить после того, как состоится встреча с секретарем СНБОУ Евгением Марчуком. Игорь Александрович знал его лично и много работал с ним во время президентской компании, когда возглавлял штаб по выборам Марчука. А ныне действующий Президент Леонид Кучма выразил соболезнования и через «Лигу деловых женщин» передал чек на 10 тыс. грн. на обучение детей…

По мнению народного депутата Анатолия Хмелевого (давно и близко знавшего погибшего журналиста) наиболее правдоподобными версиями случившегося могут быть две. Первая связана с сюжетом, который якобы должен был выйти в эфир ТРК «ТОР», генеральным директором которой был Игорь Александров. Дело в том, что Александров несколько раз предоставлял эфир бывшим офицерам краматорского УБОПа, капитану Михаилу Сербину и майору Олегу Солодуну, которые занимались проверкой фактов коррупции в правоохранительных органах Донецкой области. По словам Хмелевого, покойный Александров, занимавшийся собственными антикоррупционными журналистскими расследованиями, работал над еще одной, более масштабной программой, посвященной этой теме. Парламентарий полагает, что могло найтись немало людей, заинтересованных в том, чтобы данный материал никогда не попал в эфир.

Вторая версия могла быть связана с борьбой за частоту. На 36-м канале вместе с компанией «ТОР» вещала еще одна ТРК — «СКЭТ», у которой в июле истекал срок действия лицензии, но которая не желала покидать насиженную частоту. Якобы руководитель «СКЭТ» Юрий Морока в беседе с Александровым намекал на то, что некоторые силы в городе и области недовольны журналистской деятельностью Игоря Александрова и политикой возглавляемой им компании. В сюжетах и передачах «ТОР» неоднократно появлялись представители оппозиции, кроме того, ТРК ретранслировала программы канала СТБ, к владельцам которого «отцы» Донбасса не питают особо теплых чувств.

Как утверждает Хмелевой, в разговоре с ним Александров также ссылался на разговор с неким Алексеем Кучеренко, помощником народного депутата Александра Лещинского. Кучеренко якобы также заявил журналисту, что «хозяева» области не приветствуют его вольнодумства.

В 1998 году Лещинский, ныне член депутатской группы «Регионы Украины» подал в суд на Александрова, который, по мнению истца, оскорбил его в одном из телесюжетов. В результате летом того же года Александров был лишен права на профессию — решением суда ему было запрещено в течение пяти лет заниматься журналистской и комментаторской деятельностью. Александров несколько раз пытался обжаловать данный вердикт, и только в 2000 году возбуждение уголовного дела было признано незаконным, а само дело прекращено в связи отсутствием претензий со стороны Лещинского — его представитель заявил суду, что дело утратило актуальность.

По словам Хмелевого, недавно Лещинский стал фактическим хозяином компании «ТОР». Как утверждает депутат, держатель основного пакета акций ТРК (66%) ОАО «Бетонмаш» уступил контроль над своим паем ОАО РИА «Серебряный век». За указанной структурой, по информации парламентария, стоит именно Лещинский. Подробности сделки Хмелевому неизвестны, но ему доводилось слышать, что речь шла о символической сумме, не превышающей одной гривни…

Как заявляет Хмелевой, Лещинский (являющийся одним из спонсоров ФК «Шахтер») в последнее время был главным действующим лицом целого ряда сделок, в результате чего якобы получил контроль над значительным количеством предприятий, в частности, над ЗАО «Масложир» (ныне «Славолія»), ЗАО «Стройматериалы», а также местным мясокомбинатом. Ссылаясь на оценки представителей местной власти, Анатолий Хмелевой утверждает, что стоимость ЗАО «Масложир» составляла 65–70 млн. гривен, однако Лещинскому оно обошлось в 1.700.000 гривен — он перекупил у банка «Аваль» долги и получил контроль над 83% акций предприятия.

Анатолий Хмелевой подметил страшную закономерность: Игорь Александров был избит бейсбольными битами 3 июля 2001 года, а почти ровно год назад, 4 июля 2000 года в Славянске был забит до смерти молотками местный предприниматель Собко. В заказе того страшного убийства, по словам Хмелевого, подозревался местный предприниматель, руководитель фирмы «Укрлига» Рыбак, вроде бы связанный деловыми отношениями с Лещинским.

По словам Хмелевого, есть информация, что после смерти Александрова Лещинский лично компенсировал затраты, выделенные компанией «ТОР» на организацию похорон. Кстати, сам Хмелевой, как и еще целый ряд его коллег по депутатскому корпусу, хорошо знавших Игоря Александрова, в частности, Алексей Шеховцов, Павел Кузнецов и Анатолий Хунов, сразу же приняли искреннее участие в судьбе нашего погибшего коллеги.

 

* * *

 

«Версии» — какое мутное слово. Глядя на них, так сложно увидеть истину. Не только ускорить, но и провести реакцию в результате которой правда окажется прозрачной, а домыслы выпадут творожистым осадком, способны лишь профессиональные и честные действия правоохранительных органов. Пока этого не произойдет, кто-то будет искоса поглядывать на Александра Лещинского, кто-то считать подозрительным совпадение, а именно причастность людей Марчука к организации «Украинской правды», в которой работал Георгий Гонгадзе и работу Игоря Александрова в предвыборном штабе Евгения Кирилловича. Кто-то будет искать убийц журналиста из Славянска среди конкурентов донецкого клана, а кто-то сохранять убежденность, что сам клан и расправился с вольнодумцем.

Подобные «подозрения» еще никогда не создавали комфорта ни обществу, ни отдельному его члену. Но даже не эта проблема является сегодня самой острой. У населения Украины похищенной оказалась не только уверенность в завтрашнем дне, но и уверенность в следующей минуте. Мы не заметили, как превратились в государство, где зло всегда побеждает добро, а у последнего нет шансов даже на посмертную реабилитацию. Большинство потеряло веру в справедливость. А совестить ответственных лиц и напоминать о чести даже как-то неловко. И вместе с тем, если даже наверху никто не решит понятным всем, а не извращенным способом доказать, что в стране есть власть и она способна защитить своих граждан, то мы все равно не теряем надежду. Последний, кто останется, все равно узнает все. Проблема только в том, что каждый думает, что последним будет он.

 

В мире есть не так много вещей, которые невозможно исправить. Первая из них — смерть. Но в том же мире есть категория, которую исправлять можно и нужно — это жизнь. Чем более затертой становится фраза «Так жить нельзя», тем более реальное наполнение она приобретает… И тем не менее искать выход из ситуации, сложившейся с безопасностью журналистов, необходимо. Серьезный разговор по этому поводу еще впереди, но сегодня мы решили обратиться к ряду лиц с вопросом: «Что необходимо сделать для того, чтобы работа журналистов в Украине стала безопасной?»

Александр Ткаченко, генеральный продюсер «Нового канала»:

 

— Мне кажется, необходима четкая декларация со стороны власти о том, что она выступает:

а) за свободу слова в стране;

б) за то, чтобы журналистский труд, независимо от того, нравится или не нравится он власти, признавался общественно полезным;

в) за то, чтобы СМИ в стране становились не политическими механизмами, а рыночно ориентированными организациями.

Если будет четкий недвусмысленный посыл власти по отношению к журналистам, который дойдет до самых низов, до всех бизнесменов, до всех исполнителей разных калибров и регионов, если власть перестанет болезненно реагировать на критику со стороны журналистов, чем бы она ни была обусловлена, то, мне кажется, это станет очень важным моментом, который поможет избежать печальных исходов.

Убийцы должны быть найдены, я не думаю, что одно результативное расследование поможет изменить ситуацию. Это должна быть целенаправленная программа. Должно поменяться политическое кредо, должна поменяться культура для того, чтобы покушений на журналистов не было, а в голове у людей не возникала бы такая мысль.

Татьяна Коробова, обозреватель газеты «Грани плюс»:

 

— Происходящее сегодня носит признаки ярко выраженного террора. Наверное, надо ставить вопрос о том, что сами журналисты должны перестать думать, что очередь не до каждого дойдет. А большинство, к сожалению, в этом уверены. Но и это не самое главное. На самом деле главное то, что я, никогда не верившая, что Запад нам поможет, и стойко придерживавшаяся именно этой позиции, теперь рассуждаю таким образом: если наше общество проглотило дело Гонгадзе, не пробудилось от него, от пленок Мельниченко, дополняющих это дело, значит, у нашего общества не просто сон — это летаргия. И с этим трудно что-либо сделать. Но окружающий цивилизованный мир, если он понимает эту опасность, даже не столько для нас, — для себя — в контексте постоянных своих же припевок о геополитической роли и значимости Украины, — должен перестать призывать украинскую власть, при которой убивают журналистов уже пачками к прозрачным расследованиям ее же, этой власти, деяний либо попустительства и бездействия, а переходить к блокаде этой власти. Иного выхода я не вижу, потому что без каких-либо потрясений, при которых проснется наш народ, будут убивать и журналистов, и политиков в массовом порядке. Мы пришли к тому, к чему поступательно шли, и это логично и исторически объяснимо.

Мыкола Вересень, автор и ведущий программы «Табу»:

 

— Я думаю, что для обеспечения безопасности журналистов нужно менять страну. Когда Украина изменится и появятся элементы гражданского общества, а не общества, существующего под государственным властным диктатом, тогда ситуация изменится сама по себе. Общество не должно управляться исключительно Президентом в первую очередь и правительством и парламентом во вторую. Оно должно научиться нести ответственность за себя и заставлять государство отчитываться перед обществом.

Мне кажется невозможным выдавать каждому журналисту по пистолету или поставить возле него солдата с ружьем. Наша безопасность — это вопрос системы, а не охраны. Более того, это даже не вопрос отношения конкретного журналиста с конкретным олигархом или губернатором. Хотя и это важно. Когда будет изменена система, то один журналист у другого не будет спрашивать, что сделать для нашей безопасности. Началом изменения системы может послужить, в частности, проведение прозрачных и честных выборов в парламент. Можно сделать еще множество конкретных шагов, например, попытаться раскрыть хотя бы часть преступлений против журналистов, что до сих пор не было сделано. Иногда даже возникает вопрос: почему, когда высокий чиновник говорит, что я беру расследование под свой контроль, дело никогда расследованным не оказывается. Все, что бралось под контроль, под контролем и осталось, вот только до суда не дошло. А может быть, все-таки попробовать найти покушавшихся? И тогда другие задумаются перед тем, как принять решение кого-то убить или поднять руку на журналиста. Может, какой-то элемент опасения появится, а так — убил да и убил. Все равно никого не найдут.

Вячеслав Пиховшек, автор и ведущий программы «Эпицентр»:

 

— Для того чтобы журналисты чувствовали себя в безопасности, необходимо четкое выполнение правоохранительной системой страны своих обязанностей. Действующая система, как я понимаю, в репрессивном отношении ничего не потеряла, сохранив агентурный аппарат, средства технической разработки, определенные финансовые возможности. Для того, чтобы правоохранительная система действовала эффективно, необходимо четкое увязывание высшим руководством страны той или иной карьеры или отсутствие ее перспектив с эффективностью расследования то ли покушения на жизнь, то ли покушения на здоровье журналиста. Необходимо, чтобы все — от министра до начальника УВД — знали, о том, что нераскрытое преступление против журналиста повлечет за собой серьезнейшие последствия для их служебного роста или перспектив сохранения кресла. Но для того, чтобы политическое руководство страны поставило вопрос именно так, оно должно иметь репутацию людей, руководящих государством, в котором защищены права человека. Вот при такой многоступенчатой комбинации, и только при такой, журналисты смогут беспрепятственно выполнять свои профессиональные обязанности, не подвергаясь при этом опасности. Думаю, что перекос, выражающийся в недружественном отношении власти к журналистам, должен быть исправлен.

Анатолий Гриценко, президент УЦЭПИ имени Александра Разумкова:

 

— Журналистов, к сожалению, убивают не только в Украине; случается это и в странах развитой демократии. Но, в отличие от Украины, граждане этих стран твердо уверены в том, что власть, ее правоохранительные органы и собственно журналистский корпус сделают все возможное для поиска исполнителей и организаторов тяжкого преступления. Их находят и судят по верхней планке закона. У нас же до сих пор не найдены убийцы, а тем более заказчики, ни одного из погибших журналистов; впрочем, как не раскрыты и другие резонансные убийства — народных депутатов, региональных лидеров, банкиров и бизнесменов. И это при том, что расследование подобных преступлений объявляется приоритетным, и руководители государства берут их под личный контроль (я уж не говорю о тысячах рядовых граждан, убийства которых не раскрываются). Значит, проблема носит системный характер и не имеет простых решений. Повысить уровень безопасности украинских журналистов можно, работая по следующим четырем направлениям.

Во-первых, власть должна понять свое истинное место в демократическом обществе, а значит: (а) осознать, что открытость, прозрачность и своевременное выявление журналистами болевых точек — это на пользу обществу и самой власти (даже если для этого придется избавиться от отдельных, наиболее одиозных и нечистоплотных ее представителей); (б) работать на упреждение, не допуская и пресекая собственными силами факты коррупции и крупные экономические преступления, поскольку журналистов убивают именно за несанкционированное вторжение в эти сферы.

Во-вторых, сами журналисты должны понять, что жертвой может стать любой из них. Понять не для того, чтобы поднять планку внутренней самоцензуры или уйти от освещения острых тем. А для того, чтобы объединиться в единый журналистский корпус — не формально, а на основе твердых принципов морали и корпоративной солидарности.

В-третьих, нужно внести дополнение в статью 112 Уголовного кодекса Украины. Она предусматривает высокую меру наказания (10—15 лет или пожизненное заключение) за факт посягательства на жизнь (может, даже не приведшего к убийству!) государственных и общественных деятелей. Нужно предусмотреть такое же строгое наказание за посягательство на жизнь журналистов, совершенное в связи с их профессиональной деятельностью.

И последнее. Нам нельзя дальше откладывать глубокое реформирование системы правоохранительных органов. Рядовые граждане, а тем более — информированные журналисты, не верят в их способность защитить права и жизнь людей. Последний социологический опрос Центра Разумкова дал просто страшный результат: 65% респондентов убеждены, что правоохранительные органы Украины уже сегодня втянуты в политическую борьбу. Если не предпринять решительных шагов, то убивать будут и дальше — и кто станет следующим (журналист, депутат, министр, банкир) и по какому поводу, знают только сам Бог и, безусловно, организаторы убийств.

Марина Остапенко, пресс-секретарь СБУ:

 

— В случае возникновения связанных с профессиональной деятельностью представителя СМИ сомнительных ситуаций, угрозы для жизни журналиста или членов его семьи Служба безопасности Украины просит обращаться по телефонам: 212-70-22. Этот телефон работает круглосуточно, и ни один звонок, поступивший по этому номеру, не останется без соответствующей реакции. На каждое из обращений, в чем заверяет руководство СБУ, будет оперативное реагирование в соответствии с компетенцией, которое будет производить либо СБУ, либо прокуратура, либо МВД.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно