На границе тучи ходят хмуро

4 марта, 2005, 00:00 Распечатать
Авторы

Изменяясь, импорт изменит и нашу жизнь Наталия ЯЦЕНКО На встрече с премьер-министром Ю.Тимошенко 25 февраля предприниматели наперебой жаловались на тяготы жизни, и голос импортеров звучал громче других...

Изменяясь, импорт изменит и нашу жизнь

Наталия ЯЦЕНКО

На встрече с премьер-министром Ю.Тимошенко 25 февраля предприниматели наперебой жаловались на тяготы жизни, и голос импортеров звучал громче других. Ибо поборы на таможнях — не единичные случаи и даже не тысячи таковых. Это разветвленная система с четкой иерархией мздоимства и метастазами во многие органы власти. И как не бить в набат рядовому импортеру, если очереди на пограничных переходах, например, между Волынской областью и Люблинским воеводством достигают пяти-шести километров и стояние в них затягивается на недели?

Стопроцентный таможенный досмотр грузов, осуществляемый в рамках реализации правительственной программы «Контрабанде — стоп», с одной стороны, обернулся откровенным саботажем таможенных чиновников, с другой — поставил страну на грань резкого роста цен. Ведь если на минутку представить себе, что хотя бы часть импортеров уплатит все положенные пошлины за товар, стоимость его в рознице, для покупателя, подскочит не на десятки процентов — в разы. Отмахнуться от ситуации было нельзя, следовало принимать неотложные меры.

Они были анонсированы еще на предпринимательско-правительственном форуме 25 февраля. Кабмин просто ошеломил бизнесменов готовностью безотлагательно снизить ввозные пошлины на одежду, обувь, продукты питания, бытовую технику в 10—100 раз. Но в тарифно-таможенной политике, как и в налогах, без решения парламента не обойтись. Поэтому в последний календарный день зимы законопроект «О внесении изменений в Таможенный тариф Украины» под регистрационным номером 7114 был направлен в Верховную Раду.

Краткосрочные цели правительства ясны: разрулить ситуацию на таможнях, не дав при этом разгуляться потребительским ценам. Концептуально решение тоже вроде бы правильное. Уже не один год украинские и зарубежные эксперты отмечают, что главная беда тарифной политики в Украине — ее избирательность и неоднородность. Если брать средневзвешенные импортные тарифы, то они достаточно умеренные — к примеру, в
2002-м составляли около пяти процентов. Но следует помнить, что эта невысокая (как по меркам СНГ, так и новых членов ЕС до их вступления в эту организацию) величина достигается за счет существования трех групп тарифов: льготных, режима наибольшего благоприятствования и полных. И тем, кому приходится платить полные, — хоть вешайся (по данным опять-таки 2002 года, около 5,6% позиций в тарифной сетке имели ставку свыше 25 процентов). Либо ищи на границе человека, который позволит позолотить себе ручку (возвращаемся к началу статьи).

Ясно, что многие люди при должностях богатеют, а бюджетные поступления при этом остаются очень скромными. По данным Сергея Терехина, страна должна была бы получать от импортных операций 12 млрд. грн. в год, а выходит наполовину меньше — 6 млрд. По самым осторожным оценкам, после принятия необходимых изменений к закону о таможенном тарифе доходы казны в расчете на год возрастут по крайней мере на 3 млрд. грн. И это весомый аргумент «за».

Благодаря снижению и унификации тарифных ставок резко очистится, если можно так сказать, сама бизнесовая среда. И это второй очевидный плюс.

Однако эксперты говорят, что все далеко не так однозначно.

Снижение пошлин несомненно приведет к увеличению притока в страну импортных товаров. С одной стороны, очень здорово, что украинские граждане получат возможность приобретать не зарубежный «хлам», а высококачественную продукцию по нормальной цене. Другой вопрос — будут ли для этого у них финансовые возможности? Речь не о невысоких украинских зарплатах. Не потеряет ли часть потенциальных покупателей свои зарплаты вообще — ввиду массового наступления импорта и закрытия производств? Если хоть часть тарифных ставок окажется непродуманной, радость потенциального потребителя может обернуться горем для реального национального производителя.

Не вполне ясна ситуация и в макроэкономической сфере. Увеличение импорта приведет к изменениям в платежном балансе страны, который в последние годы был положительным. Насколько серьезными они будут, собеседники «ЗН» прогнозировать пока не берутся. Кроме того, импорт — это еще и возросший спрос на валюту внутри страны, который требуется удовлетворять. Если импорт превысит экспорт — то, не исключено, что и за счет внешних заимствований. Не дай Бог, в эту пору изменится еще и конъюнктура на металлопродукцию — основную статью украинского экспорта… Последствия для страны могут оказаться, мягко говоря, сложными.

Об этих и других отдаленных «отзвуках тарифов» можно и нужно говорить, и непременно с цифрами на руках. Поэтому газета намерена продолжать эту тему…

Ну а пока — о сегодняшнем дне. О ситуации на таможенном переходе, в порту, на рынке, о недавних поборах и будущих более низких тарифах читайте в проекте «ЗН» на стр. 8—9 под общим названием «На границе тучи ходят хмуро».

Заставь таможенника закон исполнять…

Евгений ГУЦУЛ (Львов)

Таможенная служба, согласно определению нового украинского руководства, является тем приоритетным направлением, где следует в кратчайшие сроки преодолеть коррупцию. Нет проблем! Работники Западной региональной таможни, главный офис которой до сих пор благополучно располагался (сегодня существует решение о ее расформировании) во Львове, принялись выполнять пожелания новых государственных лидеров даже в большем объеме, нежели того от них требовали. О том, к чему такая ретивость привела и чем она была обусловлена, наш разговор с Теодором Дякивым, генеральным директором брокерской фирмы «Формула», которая наряду с другими видами деятельности лет пятнадцать занята еще и растаможиванием.

— Через пару дней после утверждения правительства Тимошенко у нас появились мобильные бригады (МБ), состоящие из работников налоговой милиции и СБУ. Их прислали из Киева. Они выявляли контрабанду на дорогах. Как только МБ начали действовать, с польской (внешней) стороны появились километровые заторы. Началось рассредоточение товаров по стоянкам, по дворам, отелям. Таможенники принялись «осуществлять более жесткий досмотр грузов». Выглядело это как саботаж Государственной таможенной службы. Под видом жесткости контроля создать заторы и сказать: «Вот вам — новая власть! Вот вам — не будет взяточничества! Мы деньги не берем — будем досматривать ваши грузы… Сначала перекурим, подумаем, потом начнем досмотр в седьмом часу вечера, закончим в три часа ночи. Взяток не берем, но зато мы вам так будем крутить, что вы не захотите всех этех акций «Стоп — контрабанде!» и скажете: пусть будет так, как было! Потому что борьба с контрабандой — это приостановка потока товаров…» Дал сто долларов или двести, или десять тысяч, в зависимости от того, какой груз ввозится, но зато проехал. Вот к чему все сводилось.

— Ночным досмотром грузов «птенцами Каленского» все и ограничилось?

— Если бы! Условий для разгрузки на таможне нет — товар разгружают прямо в грязь и снег. То, что товар при этом портится, проверяющим безразлично. Часто их это развлекает. Когда, к примеру, одежда попадает в грязь, они «шутят»: «Подумаешь! Будет секонд-хэнд!». Свежий пример — фирма завозит флизелин (такая подкладочная ткань). До сих пор все было нормально. Товар досматривал инспектор, и ему как товароведу хватало знаний для того, чтобы определить: это действительно флизелин или нет. В нынешних условиях все инспекторы вдруг потеряли способности товароведа и решили направлять тот же флизелин на определение кода товара. От каждого из 16 рулонов этой ткани (в зависимости от цвета и страны происхождения) было отрезано по одному метру (!) и направлено на определение кода. Никто не возражает против отбора образцов. Но делать это поздним вечером, когда и цвет-то определить точно сложно, нам представляется не совсем целесообразным. Если не делать поправку на то, что вывалянные в грязи ткани обретают дополнительные тона. А с продуктами питания или цветами ситуация еще более удручающая. Предприниматели просто разоряются.

— И что, никакой управы на такие действия нет?

— Теоретически есть. Согласно статье 63 Таможенного кодекса Украины, если проверка показала полное совпадение товара или транспортного средства с декларируемыми, то таможне нужно платить компенсацию за нанесенную порчу, разгрузочно-погрузочные работы и, с нашей, брокеров, точки зрения, простой транспорта. Однако ни я, ни мои коллеги еще ни разу не видели, чтобы таможенные и другие органы даже задумывались, что они должны компенсировать нанесенный ущерб (часто — очень существенный) субъектам внешнеэкономической деятельности.

— Эта ситуация длится по сей день?

— Нет, симуляция таможенниками активной борьбы с контрабандой продолжалась до 25-го числа, до момента увольнения Каленского. Теперь пропускают лучше. Сейчас МБ работают непосредственно при досмотре всех грузов.

— Но это не выход, чтобы досмотр товаров длительное время осуществлялся сразу несколькими службами…

— Правительство подготовило законопроект, которым предусматривается снижение ставок пошлины по ряду позиций товарной номенклатуры. Он должен быть принят уже на этой неделе. Разработано несколько перечней товаров, которые будут вводиться поэтапно. Ставки пошлины будут снижать для того, чтобы можно было легально облагать пошлиной ввоз этих товаров и получать доход в казну, а не в карман, как это было раньше. Потому что импортируемая продукция, которая на территории Украины не производится (особенно это касается продуктов питания) и завезена к нам легально, при пошлине в 200% не продастся никогда — покупательная способность не позволяет. Значит, все, что продавалось из этой категории продукции, это была контрабанда.

Целые разделы товарной номенклатуры там, где были большие ставки пошлины, фактически не функционировали. Именно там происходили самые большие нарушения. Это было своего рода запланированное взяточничество. Таможенное законодательство, приказы Государственной таможенной службы, отдельные постановления Кабмина были направлены на то, чтобы создать такую ситуацию, в которой от чиновника (от контролера) зависело бы, как действовать в конкретной ситуации. То есть несогласованность процедур таможенного оформления приводило к тому, что пока не дашь конкретную взятку за конкретную операцию, разрешения на использование груза в хозяйственном обороте не получишь. Это известно всем, кто как минимум лет пять-семь имел дело с таможней.

— Реально ли искоренить нашу традицию давать и брать взятки, которая закрепилась на уровне культуры?

— Видимо, полностью этого добиться нельзя. Если удастся снизить уровень взяточничества хотя бы на треть, то это уже будет неплохо. Если говорить о таможенной сфере, то тут можно снизить уровень взяточничества больше чем на 50%. В образовании или медицине — намного проблематичнее. Все-таки материальное обеспечение педагога или врача находится на очень низком уровне. У таможенников зарплаты значительно более высокие. Ясно, что если мы хотим снизить уровень взяточничества, то должны думать об уровне оплаты инспекторов, которые осуществляют досмотр грузов.

Я абсолютно уверен, что удастся существенно снизить уровень взяточничества на таможнях. И добиться этого можно будет именно методами правового регулирования: снижением ставок пошлины, лучшим формулированием процедуры таможенного оформления в нормативных документах. Очень много приказов Государственной таможенной службы, которые должны были бы развивать и объяснять Таможенный кодекс, другие законодательные акты, фактически были сознательно направлены на запутывание ситуации. А в запутанной ситуации все зависит от контролера.

ГУДВИН, ВЕЛИКИЙ И УЖАСНЫЙ

Светлана КАБАЧИНСКАЯ (Хмельницкий)

Гигантский хмельницкий рынок, известный всей Украине, никогда бы не был таким большим, если бы не был дешевым. Да и не мог бы он стать дешевым, если бы огромное количество продающихся на нем товаров не было контрабандным. Это понятно всем, как дважды два — четыре.

И об этом в Хмельницком практически не говорят вслух. Вероятно, чтобы не сглазить. Поскольку для города рынок значит многое.

И для городского бюджета, среди поступлений в который сборы с базара, базарников и всей завязанной на рынок инфраструктуры и сферы обслуживания составляют почти четверть.

И для тысяч хмельнитчан, для которых базар — место работы, и с довольно неплохими заработками.

И для всего остального населения, среднедушевой доход которого среди самых низких в стране, однако его утешают тем, что и рынок тут — самый дешевый.

И для тех людей на государственной службе, которые, будто фокусники, на глазах у простодушной публики незаметно превращают свои погоны или портфели в крепкую и надежную «крышу» для рыночных торговцев — небескорыстно, разумеется.

Поэтому и молчат об источнике этих богатств. Поэтому и напоминает иногда Хмельницкий Изумрудный город, где никто не видел настоящего лица правителя — волшебника Гудвина, но все знают, что он великий и ужасный.

Занавес над страшной хмельницкой тайной время от времени пытаются приподнять только правоохранители. Тем не менее, складывается такое впечатление, тоже без фанатизма. То ли потому, что понимают скромность своих возможностей по сравнению со всемогуществом неприятеля, либо имели перед глазами примеры, что то, что невозможно побороть, иногда лучше возглавить (или хотя бы высокопродуктивно доить).

Особенно помогает контрабандному промыслу прозрачность украинских границ со вчера еще нашими «сестрами»: Россией, Беларусью и Молдовой. Да и оффшорные зоны, где часто сами контрабандисты учреждают «иностранные» фирмы, которые охотно становятся партнерами фирм украинских, активно стимулируют таможенный бандитизм во вполне законопристойных формах.

На Хмельнитчине расположена Подольская региональная таможня с годовым внешнеторговым оборотом более двухсот миллионов долларов, где с контрабандой борются свыше двух сотен сотрудников. И показатели в этой борьбе, по утверждениям таможенников, все время растут. Правда, таможенники жалуются на то, что руки им связывает отсутствие права на оперативно-розыскную деятельность. Возможно, из-за этого в широких некомпетентных массах бытует мнение, что эти руки связаны тем, что в них кладут.

Однако люди более компетентные утверждают: борьба с контрабандой в последнее время все же активизировалась. Во всяком случае, если облуправление Службы безопасности в Хмельницкой области в 2003 году возбудило восемь уголовных дел по признакам контрабанды, то в прошлом году — в два раза больше. Да и за два месяца 2005 года уже возбуждено два уголовных дела. Но, что интересно, в позапрошлом году только одно дело было возбуждено по материалам таможни. И в прошлом одно — областной прокуратурой.

Поэтому в несознательных массах прочно укоренилось убеждение, что представители многих структур предпочитают мирное урегулирование всех проблем с контрабандистами. По этой причине, наверное, фигурантами этих уголовных дел и являются двадцать таможенников, шесть милиционеров и налоговик. И почти полтора десятка таможенников Подольской региональной таможни в прошлом году привлечены облпрокуратурой к дисциплинарной ответственности.

Контрабандные механизмы стары, как мир. Тем не менее в наши дни они осовременились. Предпочтение отдается схемам, позволяющим уклоняться от уплаты налогов и таможенных платежей, получать не облагаемые налогом прибыли за счет разности между ценами на сырье и готовую продукцию, иметь предусмотренные законодательством льготы и т.д. Разумеется, контрабанда фактически стимулируется слишком высокими ставками ввозной таможенной пошлины, налоговым давлением, разницей в мировых и внутренних ценах на товары, «дырками» в границе и законе, несовершенством государственной системы контроля. В результате она охватила все виды товаров и уверенно вытеснила продукцию отечественных производителей.

Парадокс, но китайская посуда, арабские ткани, турецкие дубленки и пр. (перечень бесконечный) дешевле украинских товаров, произведенных легально на задавленных налогами, влачащих жалкое существование предприятиях. Об убытках для украинской экономики при этом и говорить не стоит.

Однако самым резонансным делом в области в прошлом году стало раскрытие сотрудниками управления СБУ контрабандного канала ввоза автомобилей. Их ввозили как комплектующие — кузова. Или же к их ввозу привлекались, скажем, военные-миротворцы, имевшие налоговые и таможенные льготы и, по предварительному уговору с заказчиками, ввозившие в Украину «немецкую рухлядь» будто бы за полтысячи марок, которая на самом деле оказывалась престижнейшими иномарками стоимостью от 30 до 60 тысяч долларов. Причем на одну доверенность от льготника осуществлялось таможенное оформление нескольких автомобилей.

Шесть из шестнадцати прошлогодних уголовных дел были возбуждены именно по поводу контрабандного ввоза иномарок. В каждом из них действующими лицами были сотрудники таможен и офицеры милиции.

Возможно, вы подумали, что это уменьшило аппетиты ответственных должностных лиц? Да ничего подобного. Два уголовных дела — на два миллиона гривен контрабанды, открытых уже в январе-феврале нынешнего года, снова касаются махинаций с престижными иномарками, участниками которых являются сотрудники местного МРЭО.

С начала февраля, когда на многих таможнях застопорились товары — из-за более жестких требований таможенников, выжидательно наблюдавших за действиями новой власти, — торговцы начали жаловаться: за что же, дескать, боролись? К порочной системе взяток и поборов на границах и таможнях они не то что привыкли — срослись с ней. Потому и таможенные новшества нового правительства восприняли не столько с надеждой, сколько с нескрываемым скепсисом: мол, только глупая курица гребет от себя.

Только кадровые изменения в таможенной службе способствовали рождению робкой надежды на проблески справедливости в этой затхлой системе круговой поруки. Тем не менее уже успевшие вырасти цены никто не спешит снижать. Перед 8 Марта, греет точный расчет, все равно купят. Тем более что брэнд самого дешевого в Украине базара по сей день помогает убеждать покупателя, что более низкой цены в государстве нет.

Какую же цену за эту дешевизну платит общество, никто еще не подсчитал.

Надо ж дать?

Владимир ПИСКОВЫЙ

Будь мой собеседник менее озабочен неотложными делами, наша беседа об особенностях отечественного импорта, наверное, длилась бы бесконечно. Ведь тема ему знакома не понаслышке, а, что называется, изнутри. Вот уже добрый десяток лет это одно из основных его занятий, требующее громадного количества сил и нервов.

А начиналось все в относительно беззаботные времена, когда на загруженной доверху товаром «девятке» (автомобиль марки ВАЗ-2109) можно было, не особо заботясь о соблюдении формальностей, вояжировать на родину с территорий бывших «братских социалистических стран». Тогда и пограничники были сговорчивее, и таможенники — неискушеннее, готовые войти в положение если не «за так», то за чисто символическое проявление благодарности…

Профиль деятельности собеседника относится к сфере легкой промышленности. Его фирма специализируется на изготовлении обуви. Этот вид производства требует определенного перечня комплектующих, значительную часть которых (а если предъявлять более-менее серьезные требования к качеству изделий, то практически все) необходимо закупать за границей. Но поскольку объемы производства исчисляются отнюдь не миллионами и даже не тысячами пар, то, понятное дело, мотаться за рубеж ради покупки десятка каблуков или подошв чересчур накладно. Поэтому параллельно с производством получила развитие мелкооптовая поставка импортных комплектующих отечественным обувщикам. В этом и заключается одно из основных направлений деятельности фирмы, носящей название…

Впрочем, в силу понятных причин, мы не станем акцентировать на этом внимание, как и на имени собеседника. Допустим, его вполне могут звать Леонидом Даниловичем. Или, как выяснилось в ходе откровенной беседы, — просто Леней. На том и порешили.

— Насколько я понимаю, чтобы купить товар за границей, необходимы деньги. Оставим в стороне вопрос, где их взять. Лучше поделись опытом, как их переправить через границу? Наверное, приходится изобретать различные тайники?

— Ничего подобного. При регулярных поездках за товаром такие номера не проходят. Раз-другой, может, и удастся словчить, но потом все закончится большими неприятностями. Ведь даже неискушенный таможенник обратит на тебя внимание, если, задекларировав вывоз 3 тыс. долл., в очередной раз возвращаешься из-за границы с товаром на 10—20 тыс.

Существует широкий выбор легальных или относительно честных способов вывоза валюты. Например, мы едем за товаром на «бусе» (грузовой микроавтобус. — Авт.), как правило, втроем. Каждый имеет право свободно вывозить 3 тыс. долларов и еще столько же — по справке из банка. Получается — 18 тыс., сумма вполне достаточная для закупки определенной партии товара. Если потребуется больше, есть и другие способы. Самый простой — заплатить таможеннику по 10 долл. за каждую сверхнормативную тысячу. Однако, к слову, такой вариант небезупречен. Бывали случаи, когда таможенники договоренности не соблюдали. Допустим, захотел служивый пойти на повышение, тогда он запросто может состряпать дело, невзирая на полученную взятку.

— Оставим подробности зарубежного пребывания. Допустим, сделка проведена успешно, товар получен, и надо его доставить на украинскую территорию. Но сначала нужно пройти заграничный таможенный и пограничный контроль. С этим возникают проблемы?

— Как правило, нет.

— И что, взятки не требуют?

— Ну, как сказать. Разве 10 долл. за партию товара на 10 тыс. — это взятка? Просто знак уважения. Особенно если сравнивать с сумами, которые приходится «отстегивать» стражам родных границ.

— Как говорится, с этого места поподробней.

— За оформление таможенных документов на один «бус» надо дать «на лапу» минимум 300 долл.

— И это освобождает от уплаты ввозной пошлины?

— Нет, конечно. Пошлина платится само собой. Но зато документы оформляют без проволочек и товар не проверяют.

— Леня, а что, нельзя час-другой подождать и оформить груз без взятки?

— Какой час-другой?! Пока не заплатишь, сутками придется стоять. С тобой никто даже разговаривать не станет. А если пойдешь на принцип, во-первых, весь груз перевернут вверх дном, а во-вторых, пошлину придется платить до копеечки. А это значит, что только на границе стоимость товара возрастает минимум наполовину, и его цена становится попросту неконкурентоспособной.

— То есть благодаря взятке появляется возможность задекларировать меньшее количество товара по минимальной закупочной стоимости?

— Что касается количества, это действительно так, а манипуляции с закупочной ценой остались в прошлом с появлением на таможне отдела тарифов. По крайней мере, для рядовых импортеров. С помощью компьютера выясняется, по какой цене завозился такой же товар через любую таможню страны, а если аналогов нет — расчет производится в соответствии с утвержденным классификатором.

— Выходит, чтобы избежать лишних проблем, нужно один раз не поскупиться на мзду?

— Одноразовым платежом дело не ограничивается. Ведь на границе работают не только таможенники, но и пограничники, экологи, тот же отдел тарифов… Они тоже кушать хотят. Правда, аппетит у них гораздо скромнее — от 10—15 долл. Однако на границе поборы не заканчиваются. На 150-километровом участке от нее еще работают таможенная охрана, налоговая милиция. Встреча с ними влечет за собой потерю от 100 до 300 долл. — по договоренности. Кроме того, не стоит забывать и о наших доблестных гаишниках. Но у них такса весьма щадящая — 50 грн. с машины, к тому же могут предложить дополнительную услугу: за 300 грн. сопроводить окольными путями мимо поста таможенной охраны.

— С учетом всех расходов, во что же обходятся затраты на импорт?

— Они составляют примерно 25% от стоимости товара.

— Дешевле никак не выходит?

— В последнее время появился такой вид «сервиса», как переправка товара через границу. Суть его заключается в том, что группа инициативных ребят перегружает товар в свой транспорт и перевозит на украинскую территорию за определенную плату. Это, конечно, дешевле, но и рискованнее, поскольку нет никаких документов на груз, который необходимо еще доставить за тысячу километров до места назначения.

— Если система контрабанды или полулегального импорта столь четко отлажена, то почему в последнее время так много разговоров о возникших на границе проблемах с ввозом товаров?

— Проблемы действительно есть. И очень серьезные. Некоторые мои знакомые из-за них, как говорится, «попали на большие деньги», лишившись не только бизнеса, но и имущества. А причины, на мой взгляд, заключаются в том, что, во-первых, декларации новой власти о борьбе с коррупцией и контрабандой здорово напугали таможенников, и у них нет желания, как минимум, лишиться должностей. Во-вторых, таможенные посты остались без высокопоставленных «крыш» в столице, которым полагалось еженедельно «отстегивать» порядка 180 тыс. долл. наличными. Поэтому массовое взяточничество действительно стало невозможным. Следовательно, подавляющее большинство импортеров вынуждено платить пошлину сполна, но при этом их внешнеэкономическая деятельность теряет всякий смысл, поскольку становится убыточной. Вот и получается, что таможенный лозунг «Надо ж дать» пока преобразовался в «Надо ждать».

— И чего же?

— По большому счету, выбор ограничен всего лишь двумя вариантами. Либо правительство введет разумные, экономически обоснованные пошлины для импортеров, либо у таможен появятся новые «владельцы», и все возвратится на круги своя. Хотелось бы, конечно, как лучше…

Схемы известны, придется менять

Сергей СЛЕДЗЬ

У села Малые проходы

Есть такое село на Харьковщине. Стоит ли удивляться, что у населенного пункта с таким откровенным названием успешно ловят мелких же контрабандистов. Например, не так давно там (в километре от линии границы) были задержаны несколько внедорожников «Нива», нарушивших российско-украинскую границу. В салонах авто находились автозапчасти, предназначенные для реализации на украинских рынках. С запчастями и автомобильными насосами попался и старенький «Москвич» — оценочная стоимость груза вкупе с транспортным средством, его перевозившим, не превышала 15 тыс. грн.

Подобным незатейливым способом ввозят через восточную границу контрабандные сливочное масло, апельсины, американские куриные окорочка (с надписью на ящиках: «изготовлено в США для экспорта в Россию»), медицинские тест-системы, радиодетали, ядохимикаты. Реже попадаются грузы пооригинальней. Например, на трассе Ростов—Харьков был задержан гражданин России, пытавшийся ввезти в Украину полный УАЗ калош… В купе пассажирских поездов нелегально провозят партии мобильных телефонов.

Это, так сказать, самые прямолинейные нарушители. Мелочь, действующая в расчете на авось. Куда более изощренны в методах провоза товара те, кто имеет дело с фурами, вагонами, составами.

В музее контрабанды

Попробуйте поймать за руку импортера, который завозит большую партию пищевого жира для производства колбас, если ставки пошлины на различные виды жиров варьируются от 0 до 30%. Естественно, что субъект предпринимательства сделает все, чтобы обеспечить себе нулевую ставку. По мнению специалистов Центрального таможенного управления лабораторных исследований, отличить один жир от другого на вид или вкус, особенно если он прошел химическую модификацию, практически невозможно. Это касается и пальмового масла, которое пытаются ввезти по ставкам пальмоядрового.

Еще одна тема — соки. Вполне нормально, когда завозится концентрированный сок экзотических фруктов. Пошлина на них занижена, ведь такой товар у нас производиться не может. Зато от готовых импортных соков наш рынок защищают высокие таможенные пошлины. Выход нашли: везут так называемое приготовление, то есть уже практически готовый сок, в который остается добавить воды — и можно начинать реализацию. Самое неприятное, что натуральностью такой продукт и не пахнет — в лаборатории, где выставлены эти и другие экспонаты, он находился уже вторую неделю, но никаких намеков на прокисание.

Нет среди «музейных» экспонатов разве что какао. Оказалось, в этом нет большой необходимости. Ведь отечественные кондитеры для снижения себестоимости изделий последнее время увлекаются каролитом (в древние времена европейцы использовали его как какао для бедных). Растет каролит в Средиземноморье, это интересный питательный продукт, но далеко не какао. Какао же используется для дорогих конфет.

Не стали преградой для ввоза высокие ставки импортных пошлин на одежду и обувь. Их все равно далеко не всегда удается применить на практике. Ведь начисление ставки пошлины должно идти в процентах от стоимости изделия, тогда как товар, поступающий в страну через порты, как правило, завозится на вес. Даже если бы кто-то и хотел пересчитать все изделия, находящиеся в контейнере, то упаковать груз обратно в тот же контейнер ему вряд ли удалось бы. Создается патовая ситуация. Сколько чего брать?.. 200 долларов за тюк? Чем не поле деятельности для черных поставок и коррупции.

Еще лучше работают мозги у тех, кто вывозит товар из страны. Тут ведь есть дополнительный стимул — возврат экспортного НДС. Неудивительно, что в этой сфере внешнеэкономической деятельности широко практикуется экспорт псевдоизделий. Например, горелки газовые, которые пытались вывезти в Германию едва ли не для использования в колонках «Юнкерс». Множественные и грубые дефекты «изделия» свидетельствуют о банальном вывозе цветного металла. Плюс отмыв солидных сумм НДС. Чтобы получить больше, стоимость товара сознательно завышается в десятки раз.

Еще один выставочный экспонат — катализатор синтеза с заумным названием «мецилхлорсиланиум», а проще говоря — дробленая медная проволока с солью. Без законодательного решения вопроса возврата НДС тут явно не обойтись. Потому что, если нужно, экспортер предоставит все необходимые документы и технические условия, лишь бы доказать, что данная смесь действительно используется в качестве катализатора химического процесса в Новой Гвинее.

Высокая доходность от подобных операций заставляет генерировать все новые и новые методы их реализации. Вот поддон масляного картера. Все бы хорошо, но в нем отсутствует полость. Объяснение перевозчика: полость необходимых размеров будет выфрезерована на месте доставки. Глыбы из нержавеющей стали вывозятся под видом опор для использования в агрессивных средах. Под видом отвальных шлаков вывозится металл.

Внимание, ноу-хау по продаже воздуха. По цене 380 долл. за экземпляр продавалась за рубеж мембрана с хитроумным названием, а по сути — примитивная полимерная пленочка. Рядом еще одна очень технологичная вещь — фильтр с суперхарактеристиками. На самом же деле емкость, содержащая землю вперемешку с кусками полиэтилена. Стоимость партии, которая продавалась за рубеж, — около 35 млн. грн. Все документы в порядке.

Контрабандная водка низкого качества по цене 170 грн./бутылка направлялась в Нигерию. Туалетная вода под видом одеколона «Шипр» — в Израиль, по цене 10 долл. флакончик. При этом фирма-экспортер претендует на соответствующие НДС-компенсации от государства. Налог же на гигантскую прибыль никто не платит, ведь фирма, реализовавшая товар экспортеру по спекулятивной цене, после получения денег попросту растворяется.

Зачем платить драконовские пошлины за импорт спирта, если то же самое можно сделать гораздо дешевле. Например, завезти средство для чистки, на 98% состоящее из высококачественного спирта, остальное — мыло. Или морилку — спирт плюс краситель. Жидкость гидрофоб, «улучшающая гидрофобные качества цемента», — не что иное, как спирт с минимальным добавлением силикатного клея. Элементарная операция по очистке позволяет отделить спирт от красителя, клея или мыла и без всякого вреда для здоровья использовать его для пищевых потребностей.

Без пошлины и не нарушая закон

Этим без какого-либо риска промышляют жители приграничных населенных пунктов. Например, стоит задача ввезти из-за границы носки (можно известного украинского производителя). К западной границе Украины подъезжает фура с товаром. Далее следует звонок с мобильного телефона. Вызывается команда на микроавтобусах по одиннадцать человек в каждом, включая детей. «Бусики» загружаются, выписывается накладная из расчета, что на каждого пассажира приходится товара на 200 евро. (Сумма, на которую по закону разрешается беспошлинный ввоз.) И уже через три часа вполне легально вся фура носков оказывается на территории Украины. Местный производитель, сами понимаете, без ума от такой добросовестной конкуренции.

Можно быстро победить такой импорт? Скорее всего нет. Этим живут многие жители приграничных населенных пунктов. Если нужно, они готовы носить товар в руках, чтобы заработать себе на жизнь. Да и практика развитых стран свидетельствует, что полностью искоренить контрабанду невозможно. Точно так же, как перекрыть все схемы одним махом. А вот навести элементарный порядок можно и нужно.

Во всяком случае, чтобы приблизиться к прозрачному рынку, убрать хотя бы явные прорехи просто необходимо. Например, отменить дифференциацию ставок на льготные и полные, отличающиеся в два раза. Снизить до оптимальных размеров таможенные пошлины. При этом не допускать значительных перекосов индикативных цен: если тапочки в Китае стоят 1 долл., то нельзя ставку пошлин применять к цене в 8 долл. Конечно, желательно искоренить ненасытный аппетит чиновников и работников границы к стяжательству. Упростить до разумного минимума количество необходимых документов при прохождении границы. Ускорить таможенный досмотр.

Если после всего этого внешнеторговый оборот увеличится и в казну станет поступать больше денег, значит, страна на правильном пути. Впрочем, неплохо бы, чтобы при этом еще и цены удалось удержать, а местные производители остались конкурентоспособными по отношению к импорту. Но для этого потребуются не рейды силовиков-аудиторов, а более тонкая работа, сродни ювелирной.

Комментарии

Вадим Чанков, первый заместитель
начальника Центрального таможенного управления лабораторных исследований и экспертной работы

— Существуют соглашения о свободной торговле между странами СНГ. Поэтому товар, произведенный в России (за исключением некоторых групп товаров), завозится в Украину без пошлины. Можно открыть в России завод по производству бытовой техники Indezit, Ardo или фабрику по производству чая в Петербурге и организовать вполне легальную беспошлинную схему поставки.

Комментарий получен на условиях анонимности

— В настоящее время пока заморожена схема, по которой ввозилось 70% всех автомобилей в Украину. Тем не менее, по сегодняшний день в салонах попадаются автомашины, которые продаются ниже себестоимости (стоит 40 тыс. долл., а продается за 35 тыс.), лишь бы ушла. Реальный продавец — закарпатский частный предприниматель, через которого и осуществлялся ввоз 70% представленных на авторынке изделий. Лишь потом автомобили расходились среди частных лиц и салонов. Можете себе представить, какой это объем. Ввозились любые марки, кроме Mitsubishi и Honda. Это «серый» ввоз, в результате чего себестоимость товара получалась на 30% ниже, чем у остальных.

Юрий Осьмак, председатель Украинской ассоциации рыбопромышленников

— Последние три года вся российская рыба, до единого килограмма, проходит через открытую восточную границу. Дошло до того, что провоз через границу одной 20-тонной фуры обходился всего в 200 долларов. В результате весь восточный регион, весь Донбасс, завален российской рыбой — и все это контрабанда.

Через польскую границу в Украину постоянно идет нелегальная норвежская продукция. Дело в том, что в Польше импортная рыба налогами не облагается, то есть импортеры не платят ни пошлин, ни НДС. Поэтому себестоимость рыбы у них практически такая же, как и в Норвегии. Соответственно, наши контрабандисты, покупая рыбу в Польше, могли успешно конкурировать с легальными импортерами. А провоз фуры через западную границу стоил около 500 долл. Разумеется, это никак не фиксировалось. Документы изготавливались уже в Украине.

Валентина Хоменко, генеральный директор
ассоциации «Укртютюн»

— В настоящее время на табачный рынок Украины контрабанда не поступает, хотя еще в 2000 году она составляла 30% от общего объема рынка. Причина проста: акцизные ставки на сигареты практически сравнялись с российскими. Именно несоответствие акцизов и приводило к массовому проникновению нелегальной продукции.

Владимир, одесский предприниматель

— У нас грузы не возят объездными дорогами. Схема работы была для всех одна и устанавливалась командой чиновников, которая заправляла на Черноморской региональной таможне с 2003-го до конца 2004 года. Сейчас уже можно сказать, что задачи перед этой командой ставились с властного олимпа. Схема была простая. Платежи в бюджет никого не интересовали. Более того, задача состояла как раз в том, чтобы свести их к минимуму, зато неофициальные увеличить максимально. Средствами не брезговали, поддержка сверху была абсолютная. Естественно, предпринимателю противостоять этому было невозможно.

Нельзя было прийти и сказать: я хочу честно, без взяток растаможивать. Даже если бы это удалось, то смельчак сразу же столкнулся бы с потерей конкурентоспособности перед теми компаниями, которые не стеснялись платить. Ведь нелегальная плата была существенно меньше официальной. Мы вынуждены были соглашаться на условия, которые диктовали чиновники. Тем более что они искусственно создавали их, чтобы как можно более широкая номенклатура товаров завозилась по «черным» схемам. В качестве инструмента активно использовалось завышение индикативных цен. В результате партия товара, реально стоящая 25 тыс. долл., оценивалась в 150 тыс. долл. Именно с этой суммы нужно было платить пошлину. Таким образом, пошлина в три-четыре раза превышала стоимость самого товара. Но сумма необходимых выплат снижалась в пять раз, если платишь неофициально. Альтернативы не было.

Завалы в портах, или Кто кого «додавит»

Нина ПЕРСТНЁВА (Одесса)

Масштабы контрабанды больше не являются тайной. О «черной», «серой» и «белой» растаможке, о которой «ЗН» писало еще весной прошлого года, кажется, знают все. Суммы, которые брались за беспрепятственное прохождение груза, озвучены с самых высоких трибун. Результат всего этого известен: решительные шаги правительства перекрыли потоки контрабанды. Но вместе с ней — и поток импорта. В результате промтоварные рынки страны, в том числе и знаменитый «Седьмой километр», испытывают нехватку товаров, а заодно тревогу, недовольство и сомнения в завтрашнем дне. Дискомфорт испытывает торговля в целом.

Борьба с контрабандой частично парализовала и работу морских портов — Одесского и Ильичевского, через которые ввозится в страну ширпотреб. Сегодня морские ворота в прямом смысле слова стали площадками для борьбы с контрабандой. Именно здесь идет 100-процентный досмотр грузов. И портовики, и другие участники транспортного процесса не в восторге от такого положения дел. Они поддерживают борьбу с контрабандой. Но против того, чтобы она проходила на территории порта, функция которого — перевалка груза, качественная и быстрая. А что в итоге?

Ильичевский порт имеет специализированную площадку для таможенного досмотра грузов в контейнерах, Одесский — нет. Это создает заторы автотранспорта, который выстраивается в длинную очередь, чтобы пройти досмотр. Портовики справедливо поднимают вопрос о том, чтобы проводить все виды контроля за проходной. Ведь досматривается груз, который идет в не только в Одессу или область, но и в другие регионы страны. И даже транзит.

Как поясняют в таможне, программа «Контрабанде — стоп» предусматривает контроль за грузами как в пункте пропуска, так и на внутренних таможнях. А поскольку возможность подлога груза во время пути следования не исключается, то нужно быть начеку и проверить контейнеры в порту, чтобы знать, что пришло в конечный пункт назначения. В Одесском порту установлена специальная рентгенустановка — очень дорогая вещь, подаренная американцами. И все контейнеры проходят через нее. Это занимает немного времени — минуты три на один контейнер. Если груз однородный, то никто его дальше не досматривает. Поэтому никакой проблемы, дескать, с этим нет. Но какое отношение имеет груз, идущий в Россию или Казахстан, к нашей борьбе с контрабандой, не совсем понятно.

Транзит — это святое, считают портовики. И нигде в Европе в пути следования его не проверяют. Только по наводке и на наличие наркотиков, оружия, предметов старины и т.д. А у нас, помимо всего прочего, таможня берет сбор за нахождение транзитного груза в порту свыше 15 дней: 0,05% от таможенной стоимости груза за каждый день хранения. За нахождение под таможенным контролем. На этот счет есть протест Генпрокуратуры, но таможня продолжает взимать плату…

За последние две недели ситуация в портах несколько изменилась. Заметно выросло количество вывозимых из портов контейнеров. Но положение по-прежнему остается напряженным. Особенно в Ильичевском порту. Через него в основном идет ассортимент «Седьмого километра», и он медленно покидает пределы предприятия. В итоге все площади забиты. Ежедневно на рейде стоит несколько судов в ожидании выгрузки. На их борту находится свыше 1 тыс. контейнеров. И на подходе новые суда. Такая ситуация чревата потерей грузопотока.

Скопление контейнеров началось еще с декабря, то есть до того, как правительство объявило контрабанде «стоп». Таможенная граница, как и следовало ожидать, отреагировала на результаты выборов и грядущую смену власти. Говорят, главные покровители контрабандистов, разъехавшись на отдых после ударного труда по набиванию кошельков, дали команду временно закрыть границу для «черной» и «серой» растаможки. А растаможиваться «по-белому», сами понимаете, отважились немногие.

После январских праздников и назначения нового правительства стало ясно, что к старому возврата нет. Начался 100-процентный досмотр всех контейнеров, которым предстоит покинуть пределы порта. Поэтому желающих вывозить грузы не оказалось. Что и привело к еще большему скоплению контейнеров.

Импортеры быстро подсчитали: чем растаможивать контейнер по правилам, его выгоднее вообще бросить в порту. Либо платить за его хранение (а это — немалые деньги) и ждать лучших времен. Как рассказывали экспедиторы, в январе таможня заявила: обувь с заявленной стоимостью менее 10 долл. за пару, пропускаться не будет. Хотя есть обувь по цене и 20 центов. В таком случае растаможка одного контейнера потянула бы на 50—60 тыс. долл. Естественно, такие деньги никто никогда не платил и платить не собирался.

Для сравнения: при «черной» растаможке платили 8—10 тыс. долл., но вместо обуви в документах указывали, к примеру, зубочистки. Хотя, как говорят знающие люди, уровень маржи у тех, кто зарабатывает на обуви, позволяет отстегивать государству и 50 тыс. долл., и больше. Но торговцы хотят жить, как новый русский в известном анекдоте. «Покупаю за рубль, продаю за пять, вот на эти 3—4% и живу».

Разумеется, не все так шикуют. Поэтому некоторой части импортеров пришлось ждать обещанного правительством более благоприятного режима для пересечения границы. И частично дождались. Государственный таможенный комитет своим приказом снизил таможенную стоимость на некоторые виды товаров. В частности, на обувь. И контейнеры стали вывозить. К примеру, если в январе за контейнер с обувью таможня насчитывала 130—170 тыс. грн. платежей, то теперь — порядка 60 тыс. грн. Практически ставки снизились до тех сумм, которые платились раньше при «черных» или «серых» схемах в карман контролеров.

Но это данные таможни, полученные в Одесском порту. И они касаются лишь определенной группы обуви. В Ильичевском порту те, кто занимается растаможкой, рассказывали, что за контейнер с обувью, которую стали пропускать по более низкой цене, импортеры платят порядка 30 тыс. долл.

Вообще суммы сегодня фигурируют разные. И в этом тоже есть проблема. Объем таможенных платежей зависит от так называемой таможенной стоимости ввозимого товара. Импортеры при существующих высоких платежах всегда скрывали реальную закупочную цену товара. Поэтому у таможни для ориентира существовал свой перечень стоимости товаров, утвержденный приказом Государственного таможенного комитета. Для внутреннего пользования. Таковым он остается и по сей день. Перечень этот огромен. Цены на обувь там указаны разные, в зависимости от марки, модели, качества и т. д. И никто его обновленным не видел. Но если он сохранится в таком виде и дальше, считают импортеры, это может привести к новым поборам.

Проблема, как считают специалисты, не только в пошлинах, которые, как обещало правительство, не сегодня — завтра будут пересмотрены. А и в этой самой таможенной стоимости. Поэтому сейчас все участники транспортного процесса настаивают на том, чтобы цены были унифицированы. Хотя бы на первом этапе. В противном случае, какими бы ни были введенные государством новые, щадящие пошлины, таможня по-прежнему сможет играть стоимостью товара, а стало быть, платежами, что снова приведет к сбору мзды. Кстати, сегодня, как рассказывают экспедиторы, такая игра на цене товара обходится импортеру в 50 долл. и выше. В зависимости от того, насколько отдел тарифов пойдет вам навстречу и занизит стоимость ввозимых вами изделий.

Подытоживая, можно сказать, что при таких условиях растаможки грузополучатель пока еще не спешит забирать свои контейнеры из порта. Он ждет. Или, точнее, выжидает. Законы, приказы и инструкции, которые были тесно вплетены и работали на систему прохождения контрабандных грузов пока никто не отменил. Поэтому все ждут новых правил, соответствующих цивилизованным нормам и здравому смыслу. Правда, есть и другая часть импортеров — она надеется, что все вернется на круги своя. Большинство из них — это китайцы и вьетнамцы, у которых свое отношение к происходящему в нашей стране.

Все понимают, что постоянно работать в режиме 100-процентного досмотра грузов, да еще круглосуточно, невозможно. Тем более когда нет для этого условий. Что операция «Контрабанде — стоп» имеет временные рамки. Что в цивилизованных странах проверяют груз выборочно. Поэтому рано или поздно, но тотальный досмотр прекратится. Правда, сегодня досмотр досмотру рознь. Можно открыть контейнер и смотреть весь груз, вывалив его на рампу, а можно досматривать, не входя в контейнер. Что и приходилось наблюдать в Одесском порту.

…Контейнер, забитый до отказа мешками, проверяющие открыли, посмотрели и закрыли. А с обувью — часть коробов выгрузили на рампу, чтобы можно было пройти в конец контейнера. Потом коробки пришлось долго утрамбовывать, чтобы закрыть контейнер. А если бы вместо обуви была посуда? Так вот, за щадящий досмотр, говорят, существуют свои расценки — от 50 долл. и выше. Хорошо, если груз смотрят вместе все проверяющие, а если по отдельности? Оказывается, снова плати. В общем, чтобы оформить груз быстро и без особых проблем, надо выложить в целом долларов двести.

Понятно, что в одночасье справиться с мелкими поборами вряд ли получится. Тем более при существующих зарплатах. Инспектор таможни получает порядка 500—700 грн. в месяц. А вот покончить с массовым потоком контрабанды надежда есть. Но здесь все будет зависит от того, насколько правительству удастся сбалансировать уровень таможенных платежей. И удастся ли предложить правила игры, при которых заниматься незаконным провозом грузов станет невыгодно.

Сейчас, как считают портовики, предприниматели заняли выжидательную позицию. И ждут, что из всего этого получится. На сколько хватит правительства. Иными словами, кто кого додавит. Поэтому центральным властям важно оправдать наихудшие ожидания противников перемен.

«Пошлина — в виде взятки — платится таможеннику…»

Алла ЕРЕМЕНКО

После жесткого, но не очень продолжительного боя Верховная Рада на пленарном заседании в пятницу все же приняла в первом чтении законопроект №7114 «О внесении изменений в Таможенный тариф Украины». Но прежде чем рассматривать предложенные правительством принципиальные изменения таможенных тарифов Украины в сессионном зале, парламентариям предстояло 3 марта сначала внести в повестку дня этот законопроект. Окажись в это время в сессионном зале Верховной Рады председатель ВР Владимир Литвин, возможно, все сложилось бы иначе. Но… председательствующий на вечернем заседании парламента в четверг Адам Мартынюк попросил депутатов «определиться» и тут же вынес вопрос на голосование. В результате за включение в повестку дня этого законопроекта проголосовали всего 145 народных избранников. Таким образом, таможенно-тарифный блицкриг правительства в четверг не то что не состоялся, но и не начался.

Оперативному напору Кабмина на таможню парламентарии явно сопротивлялись, а посему посоветовали присутствующему в зале заседаний ВР министру экономики Сергею Терехину провести разъяснительную работу с комитетами и фракциями. Правда, господина Терехина все же попросили кратенько аргументировать необходимость столь срочного рассмотрения предлагаемого Кабмином изменения Таможенного тарифа Украины. (Видимо, не все депутаты ознакомились с пояснительной запиской к этому законопроекту, подготовленной именно министром экономики.)

Согласно тексту стенограммы пленарного заседания ВР 3 марта С.Терехин сказал: «Вы прекрасно знаете, какая ситуация сложилась сейчас на таможне. Правительство занялось наведением порядка на таможенных переходах. И как только мы дошли до каждой таможни, выяснилось, что на каждом контейнере, допустим, если платить легально по действующему таможенному тарифу, то стоимость оплаты возрастет в среднем приблизительно в 12 раз… Это значит, что завтра на всех рынках, во всех магазинах цены, индекс потребительских цен и уровень цен возрастут, по нашим оценкам, минимум в 8 раз…

Раньше как делалось (чтобы было понятно): за контейнер платится таможеннику 1—2 тыс. долл., тогда как реальная стоимость этого контейнера в налогах 12—14 тыс. долл. По электротехнике платится 10—20 тыс. за контейнер, хотя его стоимость, если применить действующие ставки пошлины, составляет 200 тыс. Поэтому… этим законопроектом правительство предлагает: привести ставки в нормальный вид, что увеличит поступления в бюджет, и не допустить увеличения уровня цен в Украине и лишить таможенников мотивации брать взятки… На Верховной Раде сейчас лежит ответственность за удержание ценовой стабильности в стране».

Таким образом мяч (а точнее, клубок таможенно-тарифных проблем) оказался на поле Верховной Рады. Осознав это, парламентарии в четверг еще дважды «пытались» включить в повестку дня тарифный законопроект, но безуспешно. Удалось это сделать уже в пятницу. И тут снова огонь на себя вызвал министр экономики С.Терехин.

Выслушав эмоциональные, иногда немотивированные сомнения депутатов, он едва ли не в сердцах воскликнул: «Не снижаем мы ставки этим законопроектом! Мы увеличиваем ставки, потому что сегодня те фиктивные ставки, которые сегодня существуют, не платятся, потому что всюду идет контрабанда. Ставка — в виде взятки — платится таможеннику». Вот к чему, по мнению С.Терехина, приводит существование так называемых запретительных ставок.

Тем более что в действующем Таможенном тарифе Украины разница между льготной и полной ставкой просто разительная. Например, за импорт изделий из текстиля (код 6207190000) нужно заплатить полную ставку в 40%, а льготную — 12%. Как вы думаете, как бы поступил оптовый импортер такого товара? Догадались? Скорее всего, просто бы договорился с таможенником и либо вообще отделался бы символической платой (т.е. взяткой), либо, в худшем случае, заплатил по льготной ставке. Теперь же правительство предлагает унифицировать ставки и не оставлять законодательных лазеек, которые автоматически провоцируют коррупцию.

Законопроект №7114 предусматривает, если вкратце, уменьшение льготных ставок импортных пошлин, установление полных ставок на уровне прежних льготных, а также унификацию специфических ставок. В частности, на экзотические плоды (отдельные товары группы 08 согласно УКТ ВЭД) — на уровне связанных ставок ввозной пошлины 2004 года, согласно Консолидированному тарифному предложению Украины. На белье (по товарным подкатегориям позиций 6207—6208, 6302, 6212) — установление полных ставок на уровне прежних льготных. На обувь, гетры и аналоги (группа 64) — на уровне связанных ставок ввозной пошлины 2005 года. На некоторые механические устройства и электромашины (подкатегории групп 84 и 85) — также на уровне связанных ставок ввозной пошлины 2005 года. На мобильные телефоны (подкатегория 8525 20 91 00) — на уровне связанных ставок ввозной пошлины 2004-го. На телевизоры и комплектующие к ним (подкатегории позиции 8528-8529) — на уровне связанных ставок ввозной пошлины 2005 года. На звуковое электро- и видеосигнализационное оборудование (подкатегории позиции 8531) — на уровне связанных ставок ввозной пошлины 2003 года (10%).

Вообще-то перечень предложенных Кабмином таможенных тарифов занимает 55 страниц (я имею в виду сравнительную таблицу действующих и предлагаемых таможенных ставок по различным группам товаров). Вы можете с ним ознакомиться на сайте ВР. А для примера мы выбрали несколько видов товаров из различных групп, чтобы вы сами могли убедиться, о чем, собственно, идет речь. И в публикуемой нами таблице вы можете посмотреть, на сколько процентов изменились ставки.

Принципиально и то, что принятие новых таможенных тарифов является последовательным шагом Украины в гармонизации законодательства с нормами и принципами ВТО. Не зря же С.Терехин еще на встрече с предпринимателями-импортерами 25 февраля демонстрировал увесистые тома готовящихся новых таможенных ставок. К тому же ставки ввозных пошлин правительство предлагает в соответствии с графиком трансформации ставок, утвержденным Консолидированным тарифным предложением, согласованным в рамках переговорного процесса вступления Украины в ВТО.

В смысле пресечения «серой» и «черной» контрабанды на границах и устремленности к гармонизации законодательства с международными нормами правительство получило поддержку парламентского комитета ВР по финансам и банковской деятельности.

Однако главным для многих депутатов остался вопрос защиты внутреннего рынка от импортного «барахла» и отстаивание интересов отечественного товаропроизводителя. О наполнении бюджета почему-то говорили значительно меньше. Ко второму чтению законопроекта в ВР парламентарии потребовали предъявить им расчеты по всем отраслям и группам товаров на предмет того, как это скажется на внутреннем рынке и родном производителе.

Вот что по поводу правительственного законопроекта сказал заместитель главы комитета
по вопросам бюджета
Валерий АСАДЧЕВ:

— С изменением таможенного тарифа на овощи и фрукты экзотического происхождения можно согласиться — это то, что не растет в Украине. А вот уменьшение тарифов на товары легкой промышленности, то есть на то, что может производиться в Украине (в частности на все нижнее белье, скатерти, одеяла, махровые полотенца и прочие товары для дома и т.п.) порождает ряд вопросов. Насколько мы делаем наш рынок равноправным с импортной продукцией? И не получится ли в результате так, что импортные товары просто наводнят наши прилавки и не дадут возможности развиваться украинскому производителю? Ведь внося изменения в таможенные тарифы, мы никоим образом не изменили налоговые условия, в которых работают отечественные предприятия-производители. Такой же вопрос возникает и по поводу обуви, мебели, бытовой техники, относительно которых импортные тарифы также будут пересматриваться в сторону существенного снижения. Считаю, что многое из этого перечня мы могли бы производить и сами.

Если правительство хочет разговаривать с парламентом на профессиональном языке, то Министерство финансов и Министерство экономики должны были бы подать к законопроекту расчеты по тем сегментам, о которых идет речь… Чтобы депутаты сознательно приняли решение и не ошиблись, как это было во времена Януковича, когда сначала голосовали за бюджет, а потом за голову хватались: «Что же мы наделали...»

Правительство начинает реально защищать бюджет
и национального товаропроизводителя

На вопросы «Зеркала недели» любезно согласился ответить министр финансов Украины Виктор ПИНЗЕНИК

Наталия ЯЦЕНКО

— Охарактеризуйте, пожалуйста, предлагаемые изменения в таможенной политике. Какова, собственно, концепция этих изменений?

— Сейчас в таможенной политике меняются две принципиальные вещи, и первый пакет изменений подан в Верховную Раду. Эти меры направлены на борьбу с контрабандой и на устранение причин для коррупции. Речь идет, во-первых, о выравнивании полных и льготных ставок, поскольку разные ставки таможенной пошлины всегда ведут к злоупотреблениям. Во-вторых, о снижении среднего уровня ставок. В сущности, та информация, которой мы владеем, свидетельствует, что высокие запретительные ставки таможенной пошлины (а размер их с учетом НДС в некоторых случаях достигал 800 и даже 900% от таможенной стоимости) приводили к тому, что не только не платилась таможенная пошлина, но и провоцировались взятки на таможнях, множились коррумпционные схемы контрабандного ввоза продукции и, помимо все прочего, уничтожалось национальное производство. Поскольку импортеры не платили не только таможенную пошлину, но и налог на добавленную стоимость. Это означает, что, по сути, импортные товары дотировались.

Сейчас предлагается привести ставки импортной пошлины к размеру, который будет уплачиваться. И это значит, что своим решением правительство наконец начинает реально защищать национального производителя. Ставки, предложенные в правительственном законопроекте, именно на это и направлены.

— На какие результаты в связи с нововведениями рассчитывает правительство, в частности Министерство финансов?

— Ожидаем, что данные решения в пакете с мерами по наведению порядка на таможнях, упрощению процедур таможенного контроля по принципу единого окна ускорят пропуск товаров на внутреннюю таможню, приведут к увеличению поступлений в бюджет. У нас уже есть определенная статистика доходов. Даже наведение элементарного порядка позволило значительно увеличить поступления по Государственной таможенной администрации. За первые дни марта эти поступления вдвое выше, чем мы в среднем получали ежедневно в январе и феврале.

— Есть ли уже соответствующие расчеты о влиянии новых ставок тарифов на бюджетные доходы?

— Если считать по цифрам, то, например, 90% налога на заработную плату дают чрезвычайно большие доходы. Но мы же по своему опыту знаем, что люди в таких случаях просто перестают легально получать заработную плату. Такая же ситуация и с импортом. Мы абсолютно убеждены в том, что снижение ставок таможенной пошлины не окажет негативного влияния на доходы бюджета.

Наоборот, еще раз хочу подчеркнуть: по действующим ставкам таможенную пошлину никто не платил. Классическим подтверждением этого факта является то, что, например, средняя стоимость ввозимой обуви составляет 30 центов. Но нигде в украинских магазинах вы не найдете продукции, которая стоит две или три гривни. Это бьет по национальному производителю, это бьет по украинскому бюджету. Средства не доходят до казны...

— Рассматривал ли Минфин такие возможные последствия предлагаемых шагов, как ухудшение платежного баланса, рост спроса на иностранную валюту и прочее? Или такие риски не существуют?

— Мы не видим рисков того, что уже и так происходило. То есть ввоз импорта все равно продолжался. Только ввозили его без уплаты налогов. И мы, наоборот, считаем, что такое решение улучшает ситуацию с платежным балансом. А также не ожидаем в связи с этим роста спроса на иностранную валюту. Более того, у нас сегодня снова возникла проблема с излишком твердой валюты. Поэтому рисков, о которых вы говорите, Министерство финансов не видит.

на границе пара импортной обуви не может стоить 39 центов

Алла ЕРЕМЕНКО, Наталия ЯЦЕНКО

Вместе с тем, например, отечественные производители обуви весьма неоднозначно восприняли инициативы правительства по снижению таможенных тарифов. С одной стороны, поддерживая стремление Кабмина Ю.Тимошенко ликвидировать контрабанду, а также «серый» импорт, они, с другой стороны, обеспокоены тем, что правительство слишком резко снижает ввозные пошлины, что, по их мнению, может негативно сказаться на отечественном производстве той же обуви ввиду засилия импорта.

Вот как прокомментировал ситуацию президент общественной организации товаропроизводителей — Лиги «Укркожобувьпром» Александр Бородыня.

— Насколько мне известно, рассматриваемые изменения таможенного тарифа Украины предусматривают снижение ввозных тарифов на обувь в среднем до 10%. Сегодня действует ставка в 15% на обувь из искусственной кожи и в 25% на обувь из натуральной кожи и из текстиля. Вас интересует первая реакция работников отрасли. Так вот, буквально вчера (в среду. — Авт.) мне звонили не менее 15 руководителей обувных предприятий из разных регионов. Они, естественно, обеспокоены этой информацией и оценивают ее как раскрытие отечественного рынка. Учитывая, что они ожидали от правительства позитивных действий по борьбе с контрабандой, их первую реакцию можно назвать болезненной.

— А как вы лично оцениваете ситуацию?

— Естественно, снижение ввозной пошлины и тарифа в любом случае повлияет некоторым образом на развитие внутреннего аналогичного производства. Вместе с тем установление 10-процентной пошлины будет все же определенным защитным барьером против засилья импорта обуви. Потому что существует еще один обязательный налог — 20% НДС, который почему-то в контексте изменений таможенных пошлин не звучит. Иными словами, с введением новых таможенных ставок и тарифов импортер обуви должен будет уплатить 30% пошлин и налога. Но на сегодня импортер чаще всего не платит ни 15–25% пошлины, ни 20% НДС, изыскивая возможности уйти от их уплаты.

Схемы такие достаточно распространены и хорошо известны не только импортерам. В этой связи, если правительство действительно сможет обеспечить реальные платежи НДС и сниженных пошлин, то это станет эффективным инструментом в регулировании и наведении порядка на внутриукраинском рынке. Что же касается опасений отечественных производителей, то они объяснимы хотя бы потому, что их ожидания слишком часто оказывались напрасными.

Но меня больше озадачило выступление министра экономики Украины Сергея Терехина на встрече предпринимателей-импортеров 25 февраля с премьер-министром Юлией Тимошенко.

— Вы не согласны с обоснованием уменьшения ставок ввозных пошлин? Или с чем-то еще?

— Господин Терехин с трибуны сказал, что его позиция состоит в том, что таможня не должна контролировать цену импортируемых товаров при таможенном оформлении. То есть таможня должна оформить товар по той цене, которая указана импортером. На мой взгляд, это опасная тенденция. Мы ведь живем в реальном мире, в котором ежегодно в Украину спокойно «въезжает» 100 млн. пар обуви по цене… 2 грн. за пару.

— Вы шутите!

— Увы, это статистика последних лет. Реально в 2003 году в Украину было ввезено 103 млн. пар обуви по средней цене 39 центов. Пара из искусственной кожи «стоила» 20 центов, из натуральной — от 90 центов до 1 долл. Итальянская качественная обувь из натуральной кожи завозилась по цене до 1,5 долл. за пару (сапоги и туфли).

— Это касается только обуви?

— Накануне 8 марта женщинам, наверное, интересно будет узнать, что, например, в 2002 году 11 тыс. тонн колготок было ввезено в Украину по цене… 6 грн. за килограмм.

Вот почему возможный отказ от таможенного контроля цен, о чем заявил 25 февраля министр Терехин, настораживает. Грубо говоря, на первый взгляд это выглядит так, словно теперь контрабанда будет узаконена, а отечественные товаропроизводители лишатся всякой защиты.

При этом хочу подчеркнуть, что ни в коем случае отечественные производители (в нашем случае — обуви) не требуют закрытия вынутриукраинского рынка от итальянского, китайского и другого товара. Но наш товаропроизводитель платит в бюджет все положенные налоги и платежи, а также сборы. Плюс создает рабочие места в стране. Что же касается иностранных производителей…

— Но ведь у себя на родине они тоже платят налоги…

— Недавно в СМИ прошла такая информация, что в азиатских странах рабочие на обувных и швейных фабриках работают до 16 часов в сутки и шесть дней в неделю, получая 50—80 долл. в месяц. При этом налоги в тех странах намного меньше, чем в Украине. Соответственно, изготовленная в таких условиях продукция будет значительно дешевле, чем произведенная в Украине. На этом фоне отечественные производители и требуют защитить их. Они предлагают прекрасную продукцию, и последние международные выставки подтвердили это. Более того, в прошлом году легкая промышленность Украины экспортировала в Европу, Канаду и США продукции на сотни миллионов.

— Экспортировала по так называемым давальческим схемам?

— Не только. Да и не стоит посыпать голову пеплом в связи с тем, что мы работаем по давальческим схемам. Так работают во всем мире. Я бывал на турецкой фирме, которая шьет костюмы по давальческой схеме для весьма известных кутюрье и очень этим гордится. Дело не в этом. Например, в прошлом году украинская легкая промышленность экспортировала продукции почти на 700 млн. долл. Хотя отечественная качественная и современная одежда могла бы спокойно продаваться в Украине и дешевле, чем мы покупаем за рубежом или у себя в стране контрабандное «тряпье». Это и есть основная проблема, существующая сегодня на рынке.

Однозначно, отечественные производители настроены воспринимать действия правительства позитивно, но им нужно популярно все объяснять и обосновывать.

Когда «дает добро» энергетическая таможня

Алла ЕРЕМЕНКО

Эти служители государства не многих из нас встречают на таможне. Их интересуют исключительно импортеры, экспортеры и реэкспортеры энергоносителей. Так что неудивительно, что мало кто из непосвященных вообще знает о существовании столь специфической таможни, как энергетическая. Хотя именно работники энерготаможни контролируют и оформляют почти половину всего товарного импорта в Украину (в денежном выражении), а также экспорт.

Создана же была Центральная энергетическая таможня в 1996 году для защиты экономических интересов Украины, обеспечения выполнения требований законодательства при таможенном оформлении энергоносителей, перемещаемых через таможенную границу государства. Нюанс в том, что такие товары, как объект внимания энерготаможни, как природный газ и нефть, транспортируются через таможенную границу Украины практически беспрерывно. Так что волей-неволей, а сотрудникам энерготаможни пришлось подробно изучить, где расположены все измерительные станции и пункты замеров. Но это, как говорится, детали обыденной жизни.

В киевском офисе ЦЭТ намного скромнее, чем, скажем, в Минтопэнерго. И только слишком наивные или слишком уж «крученые» бизнесмены от нефти и газа пытаются иногда «уговорить» энерготаможенников, как говорится, закрыть глаза на... мелкие «несостыковки» (в датах, объемах и т.д.). Таможенники, «закрывшие» на такие «мелочи» глаза, сегодня практически не у дел (или давно ушли в другие места). Оставшиеся же, хочется верить, — на своем месте.

Вот что рассказал «ЗН» исполняющий обязанности главы Центральной энергетической таможни Украины, советник таможенной службы II ранга Николай Чумак.

— Центральная энергетическая таможня занимается таможенным оформлением ввоза и вывоза с территории Украины всех видов энергоносителей. А энергоносители для энергодефицитной Украины — это не только экономический, но и политический товар, поступающий в таможенном режиме. Это природный и сжиженный газ, сырая нефть, в небольших количествах бензины и моторные масла.

— Чем, на ваш взгляд, объясняется сравнительно небольшое количество упомянутых вами нефтепродуктов?

— Вероятно, вы знаете, что сегодня в Украине работают шесть нефтеперерабатывающих заводов общей перерабатывающей мощностью свыше 50 млн. тонн нефти в год. В последние годы эти НПЗ перерабатывают немногим более 20 млн. тонн нефти в год. Но если они будут работать хотя бы на 50% своих технологических возможностей, думаю, такая статья, как импорт бензина для Украины, практически исчезнет.

— Оформляя и контролируя законность едва ли не половины — в денежном выражении — импорта всей товарной массы в Украину, а также экспорт энергоносителей, центральная энергетическая таможня, вероятно, располагает значительной региональной сетью и многочисленным персоналом?

— На самом деле всю эту работу выполняют 337 сотрудников в 16 региональных подразделениях, расположенных, в частности, в Киеве, Новоград-Волынском, Бродах, Львове, Дрогобыче, Одессе, Рени, Измаиле, Херсоне, Николаеве, Лисичанске, Кременчуге и др. Другими словами, на входах и выходах магистральных газо- и нефтепроводов, в основных торговых портах и на территориях большинства НПЗ.

— Так в каких же случаях энергетическая таможня Украины «дает добро» на импорт, транзит, экспорт и реэкспорт энергетических товаров? Чем для этого необходимо «вооружиться», например, при реэкспорте энергоносителей?

— Первое условие для осуществления внешнеэкономической деятельности — наличие контракта (договора). Действующим Таможенным кодексом Украины предусмотрено, что для осуществления операций по реэкспорту энергоносителей субъект предпринимательства должен получить разрешение Министерства экономики Украины на экспорт ранее импортированного товара.

— А если это просто импорт, тогда как?

— Постановление Кабмина регламентирует порядок таможенного контроля и таможенного оформления, в том числе нефти, нефтепродуктов, газа. В этом нормативном акте содержится весь перечень документов, которые субъект внешнеэкономической деятельности (ВЭД) должен предъявить таможенным органам для проведения таможенного оформления в заявленном режиме...

— Простите, но далеко не все читатели «ЗН» являются участниками внешнеэкономической деятельности. Поэтому прошу вас конкретизировать понятие «заявленный режим».

— Субъект ВЭД может заявить предусмотренный Таможенным кодексом режим: импорт, экспорт, временный ввоз для переработки на таможенной территории Украины, переработка за пределами таможенной территории Украины, таможенный склад и некоторые другие. Проще говоря, таким образом субъект ВЭД заявляет, с какой целью он ввозит товар на таможенную территорию Украины. Например, сырая нефть в основном импортируется в Украину для переработки на ее НПЗ. И хотя в СМИ можно найти разные данные об экспорте нефти из Украины, могу вас заверить, что ни о каких значительных объемах речь не идет, если говорить о прошлом годе, а уж в этом году — тем более. Да, в 2004-м был незначительный экспорт (подчеркиваю — незначительный) объемов нефти украинского производства. Но реэкспорта не было.

В этом году был единственный случай заявленного режима реэкспорта — по контракту «Oil транзит»…

— Субъекты ВЭД Украины импортируют природный газ в основном в рамках межправительственных соглашений. Как это отражается на их налогообложении и, в частности, на таможенных пошлинах и сборах с газоимпортеров?

— До недавних пор нефть и природный газ поставляли в Украину согласно межгосударственным, межправительственным соглашениям: межгосударственное соглашение Украина — РФ о свободной торговле и постановление Кабмина №13 о ратификации Украиной этого соглашения (от 5 января 1998 года за подписью В.Пустовойтенко, отмененное правительством Ю.Тимошенко 23 февраля 2005 года. — Авт.). Это означало, что практически весь импортируемый природный газ при условии прямой поставки и предоставления сертификата происхождения из РФ и Туркменистана ввозился без каких бы то ни было платежей, за исключением таможенного сбора — 0,02% от заявленной таможенной стоимости импортируемого объема (но не более 1000 долл.).

— Иначе говоря, за время действия этих договоров НАК «Нафтогаз України» как единый оптовый импортер газа оплачивал только названные выше суммы сборов за таможенное оформление импортируемого в Украину газа, и больше ничего — в смысле таможенных сборов.

— В общем, да. Как это будет происходить дальше, в этом сейчас разбираются наши специалисты.

— Вы считаете такое положение вещей справедливым? Импорт — на миллиарды, а таможенные платежи — почти «копейки»?

— Это дело правительства и парламента. Мы — не «заробітчани», мы — государственные чиновники, и обязаны выполнять и выполняем требования, предусмотренные нормативной и законодательной базой государства. Наша задача — обеспечить законодательно предусмотренные таможенный контроль, оформление и платежи. Если законодатели в какой-то части решили предоставить налоговые льготы импортерам энергоносителей, это же обоснованно. Тем более что Украина — энергодефицитное государство. Тогда почему она должна облагать весомыми налогами, таможенными сборами импорт энергоносителей, в которых она нуждается?

— Что же касается импортеров других энергопродуктов и энергоносителей — ваше мнение и примеры из практики. Например, дизельное топливо?

— Импортеры дизтоплива уплачивают 1,5 евро с 1 тонны, ввезенной в Украину.

— Почему?

— Наверное, учтено то, что в Украине и так достаточно много производится этого продукта нефтепереработки, и его импорт на территорию Украины, мягко говоря, излишен. Это касается и импорта бензинов, содержащих кислородные добавки. Это менее качественный бензин в сравнении с производимым в Украине. Поэтому вполне логично введение таможенной пошлины на импорт такого бензина — 15 евро за тонну. Правда, с июля 2004 года такого качества бензины в Украину не ввозят. Завозят высококачественные бензины с Мяжекяйского и Мозырьского НПЗ — в небольших количествах.

— Несколько лет назад импорт и реализация в Украине бытового сжиженного газа был просто «золотой жилой» для прежних облгазов. Как все обстоит сегодня?

— Судя по нашим данным, необходимости в этом (в прежних объемах) нет. Видимо, его достаточно для потребностей рынка Украины. В связи с чем сегодня импорт сжиженного газа не ожидается, а наоборот, по всей вероятности, появился избыток газа. Достаточное количество такого газа экспортируется в Молдову, Польшу. С целью обеспечения внутреннего рынка в прошлом году были внесены изменения в закон о государственном бюджете, и на границе первого и второго полугодий была введена экспортная пошлина — 10 долл. за тонну сжиженного газа.

— В прошлом году была ситуация: при импорте узбекский газ, получалось, подпадал под взимание и пошлины, и НДС.

— Это все разговоры. При импорте нужно платить 20% НДС, если этот газ не подпадает под межправительственное соглашение. Если же компания поставляла газ для собственных производственных нужд, она могла заплатить векселем, что, собственно, и делала. 20% НДС — ничего страшного, с государством нужно делиться.

— Сейчас, я знаю, «Нафтогаз» снова обращается в Кабмин с тем, чтобы компанию освободили от уплаты НДС.

— По-честному, по-человечески я бы сказал, что нельзя, чтобы одна компания наполняла бюджет Украины. Во-первых, нужно посмотреть в комплексе на результаты ее финансово-экономической деятельности, а затем уже решать вопрос о взимании НДС. И во-вторых, если введут 20% НДС, то тем самым спровоцируют подорожание газа для потребителей, коммунальных служб, автотранспортников. Мне кажется, что НАК «Нафтогаз України» достаточно платит налогов в бюджет, поэтому можно пойти на то, чтобы нагружать и какие-то другие компании.

— Известны ли вам случаи, когда компании пытались уйти от уплаты таможенной пошлины незаконным способом или же от уплаты налогов?

— Дело в том, что на энергорынке работают компании, которые в основном имеют долгосрочные контракты. Если есть законные основания для уплаты векселем, то есть не живыми деньгами, они платят. Уход от уплаты налогов раньше был по природному газу. Тогда как раз менялось законодательство, и они пытались как-то уйти от платежей. Сегодня НАК «Нафтогаз України» занимается оптовым импортом газа, все прозрачно. И платежи, которые он должен платить, он платит.

— А по поводу денежной и вексельной оплаты.

— До того времени, когда это было предусмотрено, они платили векселем, под режим свободной торговли, под постановление (я уже об этом говорил). Сегодня все платежи идут в денежной форме.

— Скажите, пожалуйста, к вам приходят начинающие или уже работающие на энергорынке предприниматели?

— Иногда приходят, ведь мы владеем достаточным объемом информации. Но вопросом таможенного оформления не занимается непосредственно субъект ВЭД. Он привлекает брокерские конторы, профессионалов. Однако бывает, что обращаются и к нам.

— В заключение несколько слов о нововведении правительства уменьшить все таможенные сборы и пошлины с предпринимателей при импорте. Это, конечно, больше касается импорта одежды и продуктов питания, но, возможно, в том числе и некоторых нефтепродуктов. Как вы считаете, обоснованны ли они, или система на сегодняшний день обеспечивает достаточные поступления и в бюджет, и защиту отечественного производителя?

— Я некоторое время, будучи народным депутатом, занимался вопросами, как мы называем, законотворчества. И мне было очень обидно, приехав на периферию, слышать, что наш закон несовершенен. В таких случаях я говорил, что нужно добиться выполнения закона, посмотреть, как он будет влиять на экономику страны в целом, на политическую ситуацию, и в частности на предпринимательство. И уже на основании применения этого закона сделать выводы: да, здесь допущены просчеты, нужно внести поправки. Сейчас в СМИ часто пишут о законе, на котором еще не высохли чернила, что он несовершенен. Мы занимаемся только энергоносителями. Возможно, по некоторым видам продукции таможенные пошлины слишком большие, но ведь зачем-то они устанавливались. Главное, нужно добиться выполнения принятого. Если это все оправданно, значит, так и нужно. А то говорят, что если будут ставки меньше, то больше будут платить. По моему мнению, это не совсем так.

— А в вашей парафии от уплаты пошлин и налогов трудно уйти?

— Да, ведь речь идет не о канистре бензина, а, как правило, об объемах свыше 1000 тонн.

— Скажите, вы с контрабандой сталкивались?

— Бывало, но это исключительно редкие случаи. Они в большинстве своем относятся к ввозу продукции нашей номенклатуры. Упаковка масел моторных в пределах трех-пяти тонн, цистерна нефтепродуктов... Я считаю, что основные поставщики контрабандой не занимаются.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно