КОСОВО: ЭКЗАМЕН НА ПОЛИТИЧЕСКУЮ ЗРЕЛОСТЬ ДЛЯ НАТО

3 сентября, 1999, 00:00 Распечатать Выпуск №35, 3 сентября-10 сентября

Сотрудник Национального института стратегических исследований Александр Крамаревский считается одним из главных отечественных знатоков балканской проблематики...

Сотрудник Национального института стратегических исследований Александр Крамаревский считается одним из главных отечественных знатоков балканской проблематики. Около года он проработал в Боснии и Герцеговине в качестве руководителя одного из офисов ОБСЕ в мусульманской зоне. Неоднократно посещал другие республики бывшей СФРЮ, в том числе и Косово. Недавно Александр Сергеевич вернулся с Балкан. Надеемся, читателям «ЗН» будет небезынтересно познакомиться с его оценкой событий в Косово.

- Можно ли надеяться, что в ближайшее время обстановка в Косово нормализуется?

- По моему мнению, в обозримом будущем ожидать изменений к лучшему в этом регионе не следует.

Этот регион Европы находится на стыке двух цивилизаций - христианской и исламской, и каждая из них пыталась и пытается усилить свое влияние на сопредельных территориях. Кроме того, это, пожалуй, единственный регион на Европейском континенте, где проживает большое число различных наций и национальностей и на территории которого расположено много небольших государств. Как следствие этого в течение многих столетий политическая карта Балкан многократно перекраивалась в угоду более сильным государствам. Следует также иметь в виду и геополитическое значение Балканского полуострова.

К числу субъективных факторов можно отнести значительное число ошибок на политическом уровне, как лидеров балканских стран, так и лидеров других государств, что явилось причиной многочисленных междоусобиц и войн в этом регионе. Следует также учитывать, что на Балканах всегда присутствовал национализм, всплеск которого мы наблюдаем сейчас.

- НАТО второй раз в своей истории ведет вооруженные действия за пределами своей традиционной зоны ответственности. Каковыми, по вашему мнению, могут быть действия НАТО в будущем?

- Речь здесь идет не только о бомбардировках Югославии, Ирака или других акциях НАТО. Речь идет, по сути, о намерении создать новую систему европейской, а возможно, и мировой безопасности на основе НАТО. Другими словами, при некоторых вариантах НАТО может заменить ООН. Известно, что после создания НАТО в 1949 году и Варшавского Договора в 1955 году мир по расстановке противостоящих сил окончательно стал двухполюсным, начался период «холодной войны». Наличие двух полюсов силы и относительно эффективной ООН в целом позволило избежать значительных международных кризисов. Во всяком случае военных кризисов было значительно меньше, чем сейчас, при этом все возникающие конфликты удавалось решать политическими средствами. После дезинтеграции Варшавского Договора перед НАТО встал вопрос о его новой роли после исчезновения советской угрозы, из-за которой он был создан.

После встречи в верхах с участием глав стран-членов ОБСЕ в 1990 году, на которой была принята Парижская хартия для новой Европы, преобладала точка зрения, что НАТО и Варшавский Договор должны сначала превратиться в политические организации, а затем исчезнуть как пережитки «холодной войны». Однако со временем в НАТО было принято другое решение - начать его расширение с перспективой сделать его основным органом по поддержанию стабильности в Европе. Я не думаю, что это конструктивная идея, поскольку для такой функции нужна более универсальная организация, чем НАТО, которая в данный момент располагает лишь военными средствами разрешения конфликтов. На сегодня только ООН является подобной универсальной организацией. Вместе с тем, эти функции могли бы выполнять, например, ОБСЕ, Европейский союз или другие международные организации в случае придания им военных структур. Эту роль могла бы играть и НАТО, после трансформации в политическую организацию с сохранением ее военных возможностей. Ставка только на военную силу в разрешении конфликтов, которые, как правило, носят политический характер, может вернуть человечество в прошлое, когда международное право было на стороне сильнейшего, а также к возрождению политики с позиции силы. Обращает на себя внимание и то, что страны НАТО нарушают указанные договоры, даже без их предварительной денонсации. Это дает основания некоторым экспертам утверждать, что вообще не стоит заключать договоры с НАТО, поскольку оно может нарушить их в любой момент, даже не выходя официально из этих договоренностей.

Некоторые западные эксперты утверждают, что некоторые положения международного права уже устарели и НАТО в данный момент действует по правилам, отвечающим новым реалиям в мире. Здесь можно согласиться с тем, что многие положения международного права нужно совершенствовать и над этим нужно работать, естественно, не с помощью бомб. А пока действует нынешнее право, его нужно выполнять, пока не будет одобрено новое. Это основной принцип любого правового государства и правового международного сообщества.

Особого разговора заслуживают США, как страна, которая в настоящее время является единственной сверхдержавой и играет ведущую роль не только в НАТО, но и в мире. Система мировой безопасности, которая в настоящее время покоится, образно говоря, «на одной ноге» (США), вряд ли может быть стабильной. Сейчас НАТО и США берут на себя роль «мирового третейского судьи» и одновременно «мирового полицейского», которую до этого, в соответствии с международным правом, исполняла ООН.

- Как вы оцениваете позицию Украины во время косовского кризиса?

- В целом как адекватную и соответствующую реальным возможностям нашей страны. Как в случае гражданской войны в Боснии, так и сейчас, Украина несет значительные экономические убытки. Например, после событий в Боснии значительные потери понесло наше Дунайское пароходство, мы потеряли многие рынки в этом регионе, некоторые, возможно, навсегда. Украина должна быть заинтересована именно в политическом решении косовской проблемы, а не в ее консервации военными средствами, как это получилось в случае Боснии и Герцеговины.

По мнению сербских представителей, Украина, по сравнению с другими странами, мало уделяет внимания Югославии. В последние годы Югославию практически не посещают украинские дипломаты и журналисты. В украинских СМИ косовская проблема освещается в основном со ссылкой на зарубежные источники. В нашем посольстве в Белграде до сих пор нет военного атташе, хотя в данный момент это наиболее горячая в военном отношении точка в мире и действия НАТО и югославской армии для наших военных представили бы практический интерес.

- Как вы оцениваете возможность участия Украины в восстановлении Югославии?

- Участие Украины в восстановлении разрушенной экономики Югославии представляется весьма реальным. Для этого имеются как политические, так и экономические предпосылки. Вместе с тем имеются и трудности. На данный момент Украина, возможно, является наиболее подходящим, по сравнению с другими странами, партнером для Югославии. Позиция Украины, в том числе и ее инициативы по урегулированию косовского кризиса, в целом были положительно восприняты в Белграде. Вместе с тем, в Белграде отмечается и определенная непоследовательность Украины в этом вопросе. Представители партии Милошевича, а также других партий, включая оппозиционные, обращают внимание, например, на то, что Украина сначала согласилась с решением суда в Гааге, признавшим Милошевича преступником, а затем через короткое время предложила ему сотрудничество в восстановлении страны.

За время бомбардировок Югославии действительно нанесен значительный экономический ущерб (хотя он и меньше, чем, например, в Боснии), погибло много людей. По югославским оценкам, для устранения последствий бомбардировок понадобится около 10 лет. Хотя во время бомбежек в стране не было повышения цен и инфляции, регулярно выплачивалась зарплата, состояние экономики достаточно тяжелое. Снизилась средняя заработная плата, сейчас она составляет около 100 долларов США в месяц. Значительно вырос уровень безработицы.

Поэтому можно предполагать, что наибольшие трудности при восстановлении возникнут в экономической, а точнее, в финансовой сфере. Наша страна в состоянии оказать реальную техническую помощь Югославии, в частности, в восстановлении разрушенных мостов, электростанций, больниц и др. Югославия согласна на участие Украины в этом процессе. Югославы уже обращались к Украине с просьбой о помощи в наведении понтонного моста в городе Нови Сад и готовы предоставить украинским военнослужащим необходимые условия для этого. Однако возникает вопрос: кто будет за это платить? Как в Югославии, так и в Украине денег на это нет. Наиболее приемлемым вариантом является получение из международных организаций средств, выделенных на восстановление СРЮ, и шансы Украины в этом вопросе вполне реальны. При этом нужно учитывать, что борьба за эти контракты будет достаточно жесткой.

- Каковы, на ваш взгляд, перспективы урегулирования в Косово?

- Здесь уместно сравнение с событиями в Боснии, где урегулирование не удалось, а состоялось лишь замораживание конфликтной ситуации. Известно, что Дейтонские соглашения были подписаны в неоднозначной ситуации и изначально представляли собой противоречивый компромисс. Дейтон позволил, и это главное, остановить войну и сберечь человеческие жизни. И в этом аспекте его трудно переоценить. Отрицательным же является то, что Дейтон остановил конфликт, но не решил основных проблем, из-за которых начался боснийский конфликт. Более того, он создал новые трудности, например, в сфере соблюдения прав человека.

По Дейтону Босния и Герцеговина была разделена на два автономных образования (сербское и боснийско-хорватское) с некоторыми элементами государственности. На практике же произошло разделение на три части (боснийскую, сербскую и хорватскую). Ранее многонациональное общество разделилось на три этнически чистых образования, управляемые националистически настроенными властями, которые после выборов стали легитимными. В результате примерно половина населения всех трех этнических групп была лишена возможности возвратиться в места своего проживания и фактически стала беженцами в собственной стране. Распались почти все смешанные браки, а это примерно одна пятая населения. Другими словами, благие намерения авторов Дейтонских соглашений развести воюющие стороны на практике открыли зеленый свет для этнических чисток как в Республике Сербской, так и в Федерации Босния и Герцеговина. Сегодня уже можно говорить о возможности раздела Боснии и Герцеговины на три независимых государства.

Похожие процессы имели место и в Косово, прежде всего это относится к этническим чисткам. В последние два года можно говорить о вытеснении албанцев из Косово, до этого речь шла о вытеснении из этого региона сербов. И этот вопрос имеет свою предысторию.

После второй мировой войны Албания многие годы была практически закрытым и недоступным государством, которое поддерживало отношения лишь с маоистским Китаем. После смерти Энвера Ходжи внутренняя граница с Югославией была открыта и десятки тысяч албанцев начали переходить в Югославию (в Косово), где уровень и условия жизни были намного выше. Многие из них проживали нелегально, т.е. не имели документов. Албанцы в Косово, по существу, имели льготы, которые не имело сербское население. Например, многие албанцы не платили федеральные налоги, не платили за электричество и воду, молодые люди не подлежали мобилизации в армию. Коммерческие структуры контролировались в основном албанцами. Довольно сильной была албанская мафия. Считается, что один из основных маршрутов перемещения наркотиков из Турции в Западную Европу идет через Приштину. В таких условиях началось вытеснение сербов из Косово и Метохии. Для этого использовались различные методы. Этот процесс можно проиллюстрировать следующими цифрами. По данным переписи населения перед войной в Косово проживало около 55% сербов. По переписи в 1948 году - 45%. По данным последней переписи в 1991 году - менее 10%. Сейчас эта цифра значительно меньше.

Ухудшение ситуации началось в последние годы. Несмотря на сложность обстановки, она в целом оставалась стабильной. Албанская и сербская общины проживали рядом, хотя и раздельно. Смешанные браки были редкостью. Важными можно считать 80-е годы, когда в Югославии было начато создание многопартийной системы и в Косово были созданы несколько албанских политических партий, которые с самого начала взяли курс на создание самостоятельного государства. Однако в целом ситуация оставалась спокойной. Обстановка осложнилась после того, как Милошевич в 1989 году упразднил самоуправление в Косово и Метохии, что следует рассматривать как политическую ошибку. Прямое управление из Белграда оказалось неэффективным, фактически ситуация вышла из-под контроля, власть по многим параметрам перешла к неофициальной албанской администрации под руководством умеренного Руговы, а также других фракций в албанской общине. К слову, албанцы Косово не платили налоги Белграду, однако платили налоги Ругове (около 200 марок с дома и 100 марок с квартиры в год). Поэтому когда Белград попытался в последние годы «навести порядок», то для этого уже пришлось применять войска.

- Вы согласны с тем, что массовый исход албанцев начался из-за бомбардировок Косово?

- Не совсем. Действительно, хронологически массовый исход албанцев начался после бомбардировок, до этого случаи выезда албанцев из Косово были единичными, хотя там постоянно присутствовали югославская армия и полиция. Поэтому правильно говорить, что исход начался не из-за бомбардировок, а из-за последствий, которые они вызвали. Албанцы начали выезжать примерно на 10-й день после начала бомбардировок и, как показывают опросы беженцев, главным образом из-за боевиков как сербских, так и албанских. Боевики грабили и убивали особенно жестоко, причем нередко сербы убивали сербов за то, что они не поддерживали своих или не шли в их формирования, так же действовали и боевики Армии освобождения Косово (АОК). Т.е. албанцы бежали не из-за бомбардировок, а из-за нестабильности и угрозы жизни как от «своих», так и «чужих». Например, албанцы не выезжали из Белграда и других регионов Югославии, где их проживает достаточно много, поскольку там их жизни ничего не угрожало.

Эта же ситуация (с точностью до наоборот) повторилась и с сербскими беженцами из Косово после ввода туда войск НАТО. Сербы побежали из Косово не сразу, хотя и были убеждены, что НАТО помогает АОК. В массовом порядке сербы начали выезжать через несколько дней после ввода войск, когда увидели, что на английских танках, входящих в Приштину, сидели боевики АОК.

В настоящее время ситуация в Косово по многим аспектам продолжает оставаться сложной и непредсказуемой. В целом она значительно сложнее, чем в Боснии, прежде всего для миротворческих сил. Если в Боснию войска НАТО пришли, образно говоря, на все готовое, то в Косово все нужно создавать самим. В Боснии НАТО, по сути, заменили войска ООН, во многих случаях военные лишь сменили форму. В Косово нужно все начинать с нуля. В Боснии перед приходом миротворческих сил уже было заключено политическое соглашение (Дейтон), по Косово имеется лишь военно-техническое соглашение, а политическое (самое сложное) еще предстоит выработать. В Боснии продолжали работать органы власти, а в Косово после исхода сербов администрация практически отсутствует. Разоружение незаконных албанских военных формирований происходит значительно сложнее, чем разоружение боснийцев, сербов и хорватов в Боснии. Не исключено повторение в Косово афганского варианта, где после ухода советских войск моджахеды начали воевать между собой.

В целом НАТО в данный момент оказалось в весьма непростой ситуации. В руководстве альянса понимают, что после бомбардировок Югославии имидж НАТО значительно пострадал и для его поднятия нужны энергичные, а главное успешные действия в послевоенном Косово, поскольку неудача может поставить под вопрос дальнейшее существование НАТО в его современном виде.

- Насколько реально, что Милошевич предстанет перед Международным судом в Гааге?

- Вопрос этот далеко не так прост, как это иногда кажется. Наиболее наглядным примером этому является ситуация вокруг бывшего лидера боснийских сербов Караджича. Уже многократно раздавались призывы арестовать его на основании имеющихся материалов о содеянных им преступлениях, однако он продолжает проживать в Пале на виду у натовских солдат. Кроме того, вряд ли стоит делать из Милошевича дьявола. Скажем, за события в Боснии в различной степени также несут ответственность Изетбегович и Туджман, которые внесли свой «достойный» вклад в боснийский конфликт.

- Во многих странах режим Милошевича считают тоталитарным...

- Это не совсем так. Данный тезис использовался некоторыми западными СМИ для оправдания бомбардировок. Однако если говорить по существу, то Югославия по уровню демократии не уступает многим постсоциалистическим странам. В стране около 20 лет существует многопартийная система. Все выборы, которые там проводились, признаны демократическими. В настоящее время на региональном уровне страну фактически контролирует оппозиция. В Воеводине и Черногории у власти находится оппозиция. В Косово последние годы фактически руководили албанцы. В самой Сербии в большинстве городов у власти оппозиция, мэр Белграда - оппозиционер. В Югославии на деле существуют независимые СМИ (печатные и электронные). По различным оценкам, в настоящее время Милошевича поддерживают 20-30% населения страны. Политическое будущее Милошевича находится под вопросом, все будет зависеть от того, сумеет ли оппозиция объединиться. Один из авторитетных противников Милошевича во время бомбежек заявил: «Мы поддерживаем Милошевича не из-за того, что мы его любим, а из-за того, что мы сербы».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №39, 20 октября-26 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно