«ЭТОТ ХЛЕБ ПРИШЕЛ К НИМ СЛИШКОМ ПОЗДНО...»

6 мая, 1996, 00:00 Распечатать

Прежде чем рассказать о людях и событиях нынешнего времени, нужно возвратиться в прошлое, в годы в...

Прежде чем рассказать о людях и событиях нынешнего времени, нужно возвратиться в прошлое, в годы второй мировой войны, ведь эта необычная поездка была некоторым образом отголоском самой большой трагедии ХХ века, которая более чем через пятьдесят лет отозвалась в сердцах представителей двух народов болью, сочувствием и памятью. Нельзя допустить, чтобы мучения жертв и преступления виновных забылись или стали прошлым с нечеткими очертаниями.

...Неподалеку от столицы Нижней Саксонии Ганновера расположен небольшой городок Оэрбке. А в лесу за ним - солдатское кладбище, где похоронено почти 30 тысяч советских военнопленных, которые стали жертвами тирании гитлеровского режима. Почти все они похоронены в массовых могилах. Перед смертью находились в концлагерях в Оэрбке и Фаллингбостеле. Имена большинства из них не известны, поэтому место этого захоронения называют «Кладбищем безымянных».

Изучая документы о немецких концлагерях времен второй мировой войны, я обратил внимание на то, как много общего было в режимах Гитлера и Сталина - в основе и того, и другого было унижение человека, попрание самых элементарных норм нравственности, дикость и вседозволенность, даже в названиях слышалось общее: если у нас это звучало как «ГУЛАГ», то у немцев «ШТАЛАГ». Только разница в том, что немецкие концлагеря предназначались в основном для военнопленных, а советские в большинстве своем для мирного населения.

Вернемся в 1941-й. Стационарные лагеря «Шталаг ХІ Б Фаллингбостель» и «Шталаг ХІ Д/321 Оэрбке». Сюда привозили сначала военнопленных из Польши, Англии, Франции, Бельгии и Югославии, а после июля 41-го - из Советского Союза. Кстати, советские военнопленные прибывали сюда после длинной тяжелой дороги. Они шли пешком. Большинство были обессилены. Норм питания, которые установил вермахт, еле хватало для того, чтобы выжить. Кстати, в протоколе совещания генерального штаба от 13 ноября 1941 года записано: «Неработающие военнопленные должны умереть от голода».

Советские военнопленные по прибытии не всегда располагались в бараках, поэтому выкапывали себе в земле норы, старались согреть друг друга собственными телами. Они сходили с ума от голода, холода и жажды, ели кору и траву, пили зараженную воду. Возникали эпидемии дизентерии и сыпного тифа. С осени до весны 1942 года умерло почти 12000 военнопленных. Очевидцы рассказывали, что в лагерях были случаи каннибализма.

Без имен и фамилий умерших закапывали в массовых могилах, вывозили их на деревянных тачках и выбрасывали в ямы.

Освободили тех, кто остался в живых, британские войска. Произошло это 16 апреля 1945 года.

После войны на «Кладбище безымянных» организовывались акции по уходу за местами массовых захоронений. Был организован Немецкий народный союз по уходу за солдатскими могилами. Его девизами стали слова: «Вместе сотрудничать, а не воевать друг против друга» и «Примирение над могилами». Молодые люди, преимущественно из западноевропейских стран, помогали при перестройке мемориального комплекса. Из похороненных здесь 30 тысяч советских военнопленных сегодня известны имена немногим более 600 человек. Много лет назад председатель муниципального свободного округа Остерхайде Генрих Бауман задал себе вопрос: «Почему это кладбище есть безымянным?» И начал поиски. Ведь погибшие из всех стран заслуживают одинакового внимания, тем более те, кто стал невинными жертвами войны. Еще 8 мая 1985 года федеральный президент доктор Рихард фон Вайцзеккер сказал: «Все мы, виновны мы или нет, стар или млад, должны помнить прошлое. Все мы пострадали от его последствий и отвечаем за них. Молодое и старшее поколения должны и могут друг другу помочь, понять, почему так жизненно важно не забывать прошлое».

Чтобы представить, какую ношу взял на себя Генрих Бауман, приведу такие цифры. Свыше 1,5 млн. жертв первой и второй мировых войн покоятся на кладбищах ФРГ. Перед воссоединением в 3500 городах и селах Западной Германии насчитывалось 8400 кладбищ, где похоронены жертвы деспотизма. Благодаря усилиям и упорству Баумана, его многолетней работе в архивах стали известны многие имена тех, кто похоронен на «Кладбище безымянных» и о чьей судьбе не знали много лет.

В тот день вместе с житомирским ансамблем «Родослав» на «Кладбище безымянных» по приглашению господина Баумана прибыла Мария Григорьевна Петрова. В составе «Родослава» ее дочь - скрипачка Татьяна Шелепенко.

Разве думала когда-то Мария Григорьевна, что именно здесь и именно такой будет ее встреча с могилой отца Григория Рыбцова, который ушел из жизни в сорок лет, умер 13 ноября 1941 года в концлагере Оэрбке. Прошел всего один год с того момента, когда она узнала о судьбе родного ей человека. И вот благодаря усилиям добрых людей из двух стран, в первую очередь Генриха Баумана, а еще сердечной и участливой Зигрид Борхерт-Янковски, неутомимой и упорной львовянки Людмилы Тодриной, коллектива «Родослава», она приехала сюда, привезла горсть родной земли на отцовскую могилу. На торжественную акцию по поводу открытия бронзовой доски с надписью о том, что здесь было во время второй мировой войны, а также установления девяти крестов с открытыми недавно именами приехало много людей. Прибыли жители близлежащих городов и сел, представители власти, журналисты. В этом неординарном событии приняли участие посол Украины в ФРГ Юрий Костенко, сотрудники посольств России и Белоруссии, граждане других государств.

Все воспринимается как во сне: и этот деревянный крест с надписью «Григорий Рыбцов. 1901 - 1941», и выступления официальных и неофициальных лиц, юных представителей Народного союза по уходу за военными захоронениями, и песня, которую невозможно спокойно слушать - «Степом, степом...»

На следующий день газета «Ганноверлихе альгемайне цайтунг» писала: «Пение и музыка группы в ярких национальных костюмах впечатляли больше, чем все сказанные слова. Грустно и трагически звучали скрипка, аккордеон и кларнет... В этот момент смешались и восхищение, и неловкость. Гости вручили хозяевам хлеб как символ жизни».

Дочь Марии Григорьевны Татьяна Шелепенко побывала в Оэрбке еще прошлой весной. Именно тогда она привезла матери горсть земли с могилы, в которой вместе с другими похоронен и их отец, и дед. Эта земля стала последним приветом Марии Петровой, ведь отец не прислал с фронта ни одного письма. Уже через месяц после того, как его забрали в армию, он попал в немецкий плен. А умер через четыре месяца. И никто из родных не знал о его судьбе. Немецкая газета писала, что мать и шестеро детей много лет жили в ожидании чуда. И это чудо произошло в тот день, когда граждане нескольких государств сошлись над могилами для взаимного примирения и солидарности.

Горят свечи, читаются молитвы. Отдана последняя дань тем, кто нашел свое вечное пристанище под далекими соснами и березами, кто много лет оставался безымянным. Но сердце не может и не хочет успокоиться. Ведь столько имен мы еще не знаем. И все же покидаем это священное место с надеждой, что примирение над могилами - это не просто формальная акция, а проявление стремления многих стран и разных национальностей к взаимопониманию, взаимоуважению и сотрудничеству, к миру и согласию. И, наверное, есть что-то символическое в том, что Мария Григорьевна привезла с собой и подарила Генриху Бауману священную семейную реликвию - карманное Евангелие, которое принадлежало ее отцу.

...Как приятно нам было общаться с людьми Германии, чувствовать искреннюю и сердечную доброжелательность, стремление помочь гражданам молодого государства. Самых лучших слов заслуживает Генрих Бауман за свой титанический труд. И конечно же, не меньшей благодарности за все то, что делает для Украины, заслуживает обыкновенная гражданка Германии Зигрид Борхерт-Янковски. Она познакомилась с Людмилой Тодриной несколько лет назад, когда на одной из улиц Ганновера выступали украинские артисты. Людмила была организатором этих концертов. А Зигрид очень интересуется народным творчеством. Благодаря Людмиле она открыла для себя Украину, начала изучать язык. Но самое главное в том, что большое и щедрое сердце Зигрид очень остро воспринимает все наши беды. Детство и юность Зигрид тоже были нелегкими, поэтому чужую боль воспринимает как свою. И делает все, чтобы этой боли было меньше.

Организация концертов, хлопоты, связанные с обустройством групп, подготовка гуманитарной помощи для жителей Украины и многое другое - все она берет на себя. И заметьте, не по принуждению, а от души, ведь ей так приятно помогать людям.

Пятую часть своих заработков украинские артисты используют на благотворительную помощь тем, кто в этом остро нуждается - старикам, больным и детям. Из каждой гастрольной поездки профессиональные или самодеятельные коллективы привозят лекарства, игрушки и т.д. В этот раз привезли инвалидную коляску для человека мужественной судьбы, с детства прикованного к постели, автора двух книг Василия Думанского. Недавно Зигрид и Людмила были желанными гостями семьи Думанских в селе Серединке на Виннитчине.

Как только возникает необходимость, она садится в свой белый «Вольво» и едет туда, где нужно решить какую-то проблему. И делает все это не только добровольно, но еще и бесплатно.

И при всей своей занятости она находит время и для семьи, и для детей - сына Борге и дочери Мирки, мужа Экгарда. Ее очень любят маленькие пациенты, ведь она работает детским врачом-психиатром. Она никогда не жалуется на нехватку времени, потому что рационально его использует.

В один из дней нашего пребывания в ФРГ мы поехали на запад - туда, где когда-то был концлагерь Батхорн. Там на кладбище военнопленных похоронен Федор Владимирович Дейнека, уроженец Черниговской области. Умер он 5 декабря 1941 года. Родные узнали о его судьбе только недавно, и поручили племяннице Федора Владимировича Нине Райлян побывать на месте захоронения. И если бы не Зигрид и Людмила, эта поездка вряд ли состоялась бы.

...После нелегкой дороги (250 км в один конец) и расспросов прибыли на тихое ухоженное кладбище. Привезла нас та же Зигрид на своем «Вольво». И здесь она приятно удивила: заранее купила деревце, чтобы посадить на память об этом дне. Когда же сели, устроили поминальный обед, разрезали хлеб, Зигрид грустно сказала:

- Этот хлеб пришел к ним слишком поздно...

Она не раз еще своими поступками докажет, что главное в жизни - не материальное богатство, а богатство человеческой души. Спустя неделю после посещения Оэрбке мы опять приехали на «Кладбище безымянных», посадили дерево на могиле Григория Рыбцова, а потом еще одно - на могиле, где была лишь деревянная табличка, которая указывала, что здесь похоронен еврей Михаил Горецкий. При этом Зигрид сказала очень коротко:

- К нему же никто не приехал. А если приедут, то увидят, что и его не обошли вниманием.

Невозможно даже в рамках большой газетной статьи рассказать о том, как много делают Генрих Бауман, Зигрид Борхерт-Янковски, Людмила Тодрина, их друзья в Германии и Украине для укрепления дружественных связей между нашими государствами. Они - воистину народные дипломаты, которые на своем «неофициальном» уровне стремятся сделать все, чтобы между нашими странами всегда были взаимопонимание и дружба.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №24-25, 23 июня-6 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно