Десять шагов навстречу друг другу

6 апреля, 2007, 00:00 Распечатать Выпуск №13, 6 апреля-13 апреля

Несмотря на помятые пиджаки депутатов, их толкотню в коридорах судов и ЦВК, небезопасные хороводы ...

Несмотря на помятые пиджаки депутатов, их толкотню в коридорах судов и ЦВК, небезопасные хороводы приезжих вокруг Банковой и Рады, подавляющим большинством населения политический кризис, разразившийся в Украине, все-таки скорее воспринимается как буря в печерском стакане. И по большому счету — это правда. Ожесточенность, с которой ведется борьба за власть, осложняется постсоветским синдромом, от которого не избавился ни один из принимающих в ней участие лидеров, — «Победителю достается все!». Юлия Тимошенко никогда не скрывала своей приверженности к концентрированной власти, что доказала последовательным невосприятием конституционной реформы. Виктор Ющенко мечтает выписать новую Конституцию так, чтобы президент был восстановлен в максимальном объеме своих полномочий, назначал и снимал всех и вся. Да, собственно, свежи в памяти те времена, когда даже имея их, президент многократно забирался на поле премьеров. Виктор Янукович, путем создания конституционного большинства, восемь месяцев выстраивал пирамиду собственной власти, которая в результате, по объему де-факто приобретенных рычагов, должна была сравняться с кучминской.

Всякий раз, наблюдая за обострениями этого перманентного процесса, я вспоминаю свой разговор с П.Лазаренко:

— Так в чем же ваша цель, Павел Иванович? — спросила я главу правительства зимой 1997-го.

— Восемь лет быть премьером.

— Но это невозможно.

— Почему?

— По многим причинам, одна из которых состоит в том, что вы ни с кем не делитесь.

— Для того чтобы начать делиться, сначала все должно стать моим.

На самом же деле и сейчас никто ничем особенно делиться не собирается. Это обстоятельство является ключевым в цепи причин, приведших Украину к конституционному, политическому и психологическому кризису. Лидер каждой из политических сил, вот уже который год сосредотачивает усилия на концентрации ресурсов. И не только о финансовых, административных, либо электоральных. Речь идет о вложении денег в людей как в недвижимость: в судей, адвокатов, журналистов, политологов, социологов, политтехнологов. В результате политики сами стали жертвой этого процесса, поскольку в стране фактически отсутст­вуют физические и юридические лица, способные стать третейскими судьями; мнение которых является одинаково авторитетным для каждой из оппонирующих сторон. Именно поэтому многие с небезосновательным скепсисом относятся к потенциальному решению Конституцион­ного суда. Орган, работающий не в условиях кардинальского конклава, вряд ли сможет в нашей стране принять объективное решение. Впрочем, и Печерский, и Верховный, и многие другие суды лишь формально могут носить звание истины в последней инстанции. И первый вопрос, после оглашения большинства их решений, не «почему?», а «сколько?».

С одной стороны, в стране существует колоссальная потребность в людях и организациях, способных ставить правовую и моральную точку в возникших конфликтах. С другой, неспособность политической элиты находить компромиссы в рамках существующего законодательства приводит к тому, что уже который год политики являются заложниками как спонсоров, так и крючкотворной виртуозности юристов — с другой. Безусловно, можно ожидать решения Конституционного суда и надеяться на то, что в цивилизованной стране, в отличие от России 1993 года, ему все дружно подчинятся. Но можно посмотреть на процесс и иначе. Ибо, лично для меня, вердикт этого уважаемого органа лишь даст повод задуматься, кто оказался круче: Пригодский или Балога…

По большому счету, концы от запутанного клубка амбиций наших ведущих политиков находятся не в судах, а в руках качественно иного политического поколения. Но сегодня это поколение — скорее религия разочаровавшихся, нежели реальность. И пройдет не один год, прежде чем крупицы соберутся в могучую кучку. Но эти годы необходимо прожить. Жела­тельно, сохранив страну и, желательно, не переведя ее в окончательно маргинальное состояние. Эти годы нужно будет прожить с теми, кто есть сейчас. Не питая в отношении них иллюзий, но надеясь хотя бы на их инстинкт самосохранения. Для этого необходим политический компромисс. Широкий, осознанный и стойкий. Компромисс, при котором не будет тех, кому досталось все, и тех, кто проиграл полностью. Компромисс, при котором понемногу, но твердо выиграют все. Но пока его нет.

Каждого из троих игроков: и президента, и премьера, и лидера оппозиции — бескомпромиссно проводимая линия может завести в тупик. И страну вместе с ними.

Судите сами: безусловно, я бы предпочла, чтобы конституционная обоснованность решения президента о роспуске парламента была безукоризненной. Увы. Но, ведь по сути, Ющенко прав: формирование трехсотголосой коалиции не только лишает его балансообразующих полномочий, но и подвергает ревизии народное волеизъявление, а также создает условия для неограниченной власти премьер-министра, а значит — ее узурпации. И последствия этой узурпации будет разгребать не только Ющенко, а вся страна, оставшаяся без жизненно необходимой системы сдержек и противовесов в системе власти с упомянутой выше установкой победителей. До момента решения Конституционного суда указ, изданный президентом, действует, он считается легитимным и — должен выполняться. За невыполнение указа президента предусмотрена ответственность, Ющенко акцентировал — в том числе и уголовная. К этому можно было относиться с ухмылкой, принимая коллективные решения о неподдержке указа — Радой, Кабмином, местными Радами… Но с момента подписания указа, закрепляемого решением экстренно созванного СНБО, наступает ответственность индивидуальная… В указе по дням расписаны действия чиновников, которым вменено в обязанность осуществление финансирования избирательной кампании из резервного фонда и проведение закупок для нужд ЦИК. Фамилии, как и даты, конкретны: Янукович, Азаров, Копылов, Давидович, Харченко. «К 7-му апреля… к 10-му… к 11-му… к 12-му… в течение одного рабочего дня…» Если, например, 7 апреля премьер Янукович, 10 апреля первый вице-премьер Азаров, 11 апреля он же и глава госказначейства Харченко, далее первый зам министра финансов Копылов и глава ЦИК Давидович, не исполняют предписанное указом, то генеральный прокурор Медведько должен направить к чиновникам людей, уполномоченных поинтересоваться… Президент готов к такому развитию событий? Если чиновники Кабмина, во главе с премьером, отказываются исполнять указ, то президенту, в случае если он не готов к компромиссам, другой игры не остается: он должен взывать к ГПУ. Возникает вопрос: а является ли Медведько той фигурой, которой играет глава государства? Если даже является и начинает законно действовать, то информация о допросах или задержаниях останется со стороны коалиции безответной? Кто может пересказать эту реакцию и ее последствия?

В частности и по этой причине четко вырисовывается особая ответственность за ситуацию премьер-министра Украины. Янукович упрямо отказывается от выборов. Предлагая нулевой вариант, Виктор Федорович лукавит, ибо даже принятие закона об императивном мандате в Верховной Раде, на который он готов пойти, не воспрепятствует созданию вожделенного конституционного большинства. Поскольку закон запретит депутатам переходить из фракции во фракцию, но голосовать так, как им заблагорассудится, запретить никто не может. Это норма Конституции.

По всей видимости, Виктор Янукович, с азартом журналиста-информационщика сообщающий обществу новости о внутренней жизни Конституционного суда, намного раньше, чем это делает пресс-служба КС (?!), уверен в позитивном для него решении этого высшего третейского органа. Но не стоит забывать о том, что президент за 15 минут до оглашения вердикта КС может подписать другой указ о роспуске, слегка изменив формулировки соответственно тем замечаниям, на которые могут обратить внимание президента конституционные судьи. А потом, как и ранее в течение года — КС может вообще исчезнуть на время как институт власти — достаточно нескольким судьям написать заявления о добровольном сложении полномочий, от греха подальше… Не стоит забывать и о как бы невидимой внутренней оппозиции в рядах регионалов, возглавляемой Ринатом Ахме­товым. Ахметов практически открыто заявил о своей незаинтересованности в концентрации власти в одних руках. Причем принадлежность рук — Януковичу, Ющенко или Тимошенко — для него не принципиальна.

Упорствуя в вопросе выполнения президентского указа, премьер вступает в конфликт с законом, усугубляет внутрипартийные проблемы, берет на себя ответственность за возможное неконтролируемое им и другими обострение ситуации. По большому счету, сегодня Виктор Янукович выглядит средством производства спикера парламента. Только одно это обстоятельство делает его в глазах окружающих на голову ниже.

У Юлии Владимировны тоже все не так светло, как может показаться. Даже если допустить, что досрочные выборы в Верховную Раду пройдут 27 мая, то уже сегодня смело можно утверждать, что их легитимность можно будет оспорить неприлично легко. Избирательное законодательство предполагает процедуры, рассчитанные на 90 дней. Внеочередной избирательной кампании Конституцией отводится меньше — 60. Даже при консенсусной работе всех ветвей власти по обеспечению деятельности ЦИК (чего явно не наблюдается), в ходе выборов придется идти на огромное количество нарушений.

Еще 3-го числа должно было завершиться выдвижение партийных кандидатов в окружные избирательные комиссии, а это сделали только две партии — БЮТ и «НУ». Проведение экстренных съездов нарушит уставы партии. А юридическая чистота проведения межпартийных съездов с целью создания блоков — просто нереальна. Специалисты по выборам утверждают, что в деле усовершенствования списков избирателей — конь не валялся. Голосование на дому обеспечить не успеют. Ввести открепительные талоны — тоже. Выборы могут стать соревнованием не партий, программ, пятерок, а админресурса, умения вбрасывать, подсчитывать и защищать в судах. Кто гарантирует, что Юлии Владимировне не нарисуют 6% вместо того, что она получит реально? И кто гарантирует, что она добьется правды? Литвин с Богословской до сих пор ее добиваются, вот уже более года. Одним словом — под результаты выборов даже в случае, если они пройдут на всей территории страны, объективно закладывается бомба потенциальной нелегитимности. А это означает, что результаты этих выборов могут быть не признаны в мире, могут быть оспорены любым из субъектов, причем не только в украинских, но и в Европейском суде. Более того, вернуться к их оспариванию можно будет не сразу после выборов, а через время. Доказательством тому — увольнение президентом председателя Печерского суда, а Верховной Радой — ЦИКа Давидовича: и в том, и в другом случае отменялось решение «о принятии на работу», соответственно в 2005-м и 2004 году. Психологически ответственность за непрозрачные и неподготовленные выборы и политикум, и общество возложат на Юлию Тимошенко.

И еще один момент: Юлию Владимировну должен насторожить формат, в котором постоянно ведутся переговоры о выходе из кризиса. Ющенко встречается с Януковичем, но Тимошенко на этих встречах не присутствует. Почему? Почему лидер оппозиции, как равноправный и активный участник происходящего, не приглашен за стол переговоров — рядом с лидером от власти и гарантом Конституции? Это неправильно по сути и сомнительно по цели. На сегодняшний день разговоры о неизбежности создания помаранчевой коалиции в будущем парламенте — всего лишь декларация, причем не президентом озвученная. По всей видимости, Юлия Владимировна рассчитывает на то, что Виктор Андреевич со второго раза сдержит данное слово. И если помаранчевым хватит голосов — то коалиция, включающая партию Ющенко, поддержит ее кандидатуру на премьерский пост. В этом, по большому счету, и состоит игра Юлии Владимировны. Но кто сказал, что в этом — игра президента? Частично она состоит в борьбе за доступ к переформатированию коалиции, и ее эксклюзивно-помаранчевый окрас — лишь один из вариантов, на который может пойти Виктор Ющенко.

Учитывая все обстоятельства, можно выдвинуть два предположения: ни решение работающего в специфических условиях Конституционного суда, ни выборы 27 мая не в состоянии положить конец перманентной борьбе за власть и обеспечить осознанно наполненную реформами, а не карательными мерами, стабильность.

Определенным паллиативом, требующим консенсуса, мог бы стать вариант переноса сроков выборов. Кстати, выступая на СНБО, Ющенко четко дал это понять, заметив, что готов к обсуждению сроков проведения выборов. Почему-то этот сигнал остался незамеченным. Простой и чистой юридической схемы переноса выборов нам найти не удалось. Однако не стоит забывать, что в кризисных ситуациях поиск компромисса, наверное, может выходить за пределы статей и пунктов. Ибо и Конституция 1996 года, и Конституция 2004-го, равно как и решения Верховного суда 2004 года, — это продукты компромиссов. И решения об этих компромиссах принимают люди, которых народ облек властью, — парламент, президент и продукт их совместной деятельности — правительство. Перенос сроков позволит оптимизировать процедуру досрочных выборов, проводимых по сокращенной программе. И в результате их прозрачности может помешать лишь субъективный фактор админресурса…

Вследствие проведения подготовленных и прозрачных досрочных выборов, по выражению уже не помню кого с Банковой, «политикуму может быть сделана действенная прививка от предательства». Безусловно, это важный момент: помня о возможности искусственного прерывания депутатского срока, депутаты новой Рады, возможно, перестанут бегать из фракции в фракцию. И проблема формальной верности знамени будет решена. Однако проблему верности политической силы предвыборным обещаниям досрочными выборами не решить. Как не решить и проблему стремления к единоличной власти, которая развернется в процессе принятия новой Конституции.

Вряд ли выборами удастся решить проблему интеллектуального наполнения работы Рады: судя по информации, просачивающейся из штабов, серьезной ротации списков не предвидится. Свежих лозунгов и четких программ — тоже… Поэтому, рискуя нарваться на обвинения в утопизме, хочу поделиться одной идеей.

Из точки кризиса всегда есть два пути: вверх — к преодолению и развитию, и вниз — к усугублению и деградации. Сегодня Печерск должен найти ответ на вопрос: по какой из траекторий дальше пойдет страна? Этот ответ может быть найден только за столом трехсторонних переговоров. И если каждый будет тянуть (либо перетянет) одеяло на себя, негативный вектор движения нам обеспечен. Поэтому побежденных среди троих лидеров (и тех, кто за ними) быть не должно. Результатом подобных переговоров могли бы стать триединое распределение власти и ответственности за направление и стратегию развития страны на десятилетие вперед, сопровождаемое четкой и публичной договоренностью о пакете кадровых решений и взаимных уступок. Остовом компромисса мог бы стать треугольник: Ющенко — президент, Янукович — премьер, Тимошенко — спикер. Озвучив эту мысль, сама себе сказала: бред. И политически подкованные постоянные читатели «Зеркала», да и я сама, прекрасно понимаем всю глубину межличностных противоречий, существующих между этими тремя политиками, и недоверие и презрение — тут не самые жесткие слова. Их недоговороспособность и амбициозная несовместимость известны всем. Но, как метко выражается Юлия Владимировна, «Да ёли-пали!», почему целая страна вот уже несколько лет как (а главное, на годы вперед) должна оставаться заложницей борьбы их амбиций? Не борьбы программ, взглядов и методов, а — амбиций.

Причина топтания Украины на месте заключается в том, что части ее политической элиты, в отличие от польской, эстонской, литовской, венгерской и прочих постсоветских и постСЭВовских — не смогли найти общую платформу состоящую из всеми признанных целей. В каждой из этих стран левые, правые и центристы сошлись на одной платформе — «наша страна должна иметь рыночную экономику, членство в ЕС и НАТО, демократические выборы и свободную прессу». Все остальное — нюансы.

Я даже при всех коммерческих издержках точно знаю, в чем разница между коммунистами и тремя основными политическими силами. Я все еще просматриваю различия между взглядами некоторых социалистов и опять-таки этой тройки. Но большой разницы во взглядах Януковича, Тимошенко и Ющенко и основной части приведенного ими в парламент депутатского корпуса нет. Мы ведь говорим не о лозунгах, не о маячках для электората, а об истинных, весьма универсальных, взглядах и во многом одинаковых методах работы над достижением цели. Основы всех трех фракций — это в разной мере, но состоятельные люди, для большинства из которых, приоритетом является бизнес. Электоральный окрас и тем, и другим придают идейно-активные, но, с точки зрения доходов, весьма умеренные граждане. Методы работы с собственностью и судами у всех сторон одинаковы. Методы работы с прессой — несколько разнятся, но в основном по причине способности или неспособности брать ее под контроль, а не по причине желания или отсутствия такового. Перечень схожестей в недостатках можно продолжить. Давайте подумаем о том, что мы могли бы получить, в случае заключения мирового соглашения между тремя командармами.

Первое. Стабильный период времени с возможностью консенсусного проведения реформ. Разделение ответственности за необходимые непопулярные меры открыло бы дорогу к реализации назревших изменений. Вы помните, как удивительно легко год назад, во время коалициады Программа действий помаранчевой коалиции практически совпала с Программой дейст­вий союза «Нашей Украины» и Партии регионов? Тогда не удалось объединиться, Ющенко передумал, но ведь были же к этому близки?

Второе. Страна получила бы представление о четком векторе внутреннего развития и внешнего движения — в сторону ЕС, европейской системы безопасности и разделяемых европейскими странами ценностей.

Третье. Мир получил бы представление о том, с кем и о чем можно говорить в Украине.

Четвертое. Земля из статуса субъекта серых схем разворовывания перешла бы в разряд прозрачного товара. (Мороз и Губский зарыдают, но что делать?)

Пятое. Мы получим шанс перестать быть свидетелями постоянной безыдейной борьбы за власть, ибо в стране будет проводиться единый курс, направленный на реализацию интересов работодателей. Возможно, со временем, к власти придут либералы либо левые. Но пока три четвертых нашего парламента состоят из сил, где тон задают группы крупных и очень крупных собственников, развитие страны будет происходить в направлении их интересов. А от степени удовлетворенности этой политикой всего общества будет зависеть спокойствие и стабильность развития этого самого бизнеса.

Шестое. В случае раздела власти на троих ни одна из частей Украины не будет ощущать своей ущербности.

Седьмое. Руководящий состав украинской власти лишится обязательной прописки в конкретной области и сможет расширить свою географию, добавив к приоритету преданности, важность профессионализма и государственной позиции. Поле кадрового ресурса будет существенно расширено, что чрезвычайно важно в сложившихся обстоятельствах.

Восьмое. Будут разорваны замкнутые кланово-партийные циклы, установленные в целом ряде сфер экономики. Взаимный контроль посредством введения условно-разноцветных кадров для руководства каждой из сфер даст возможность меньше красть и меньше совершать ошибок. Это касается не только работы финансовой, энергетической или сельскохозяйственной сфер. Но и силовиков. Для общества разнопартийный контроль над ними гораздо лучше, нежели монопольный. Кадровое взаимопроникновение при согласованной программе действий не должно внести разнобоя в реализацию принятых тремя политическими силами векторов движения. Но оно должно пропорционально удовлетворить амбиции каждого из трех ведущих политиков с точки зрения распределения рычагов влияния. И, безусловно, важную и значимую кадровую компенсацию должна получить Юлия Тимошенко. Ведь полномочия спикера существенно меньше, чем премьера и президента.

Девятое. К консенсусному уровню должны быть приведены законодательные акты, принятые Верховной Радой и искусственно, неконституционно ущемившие права оппозиции и президента. В частности, речь может идти о ревизии закона о Кабинете министров в тех статьях, где исполнительная власть незаконно повисла на ветвях президентской.

И, наконец, десятое. Конституционное большинство, образованное тремя силами, должно принять решение и очистив Конституцию от промежуточности и компромиссности, предложить обществу новую, где будет определено — какой Украина является республикой: парламентской либо президентской. Вполне возможно, что на реферндум может быть вынесен не один, а два варианта Основного Закона, но каждый из них должен быть по-своему чист. Ибо паллиативность Конституции является одной из основных причин разразившегося кризиса.

Знаю, что путь к осмыслению, а тем более — реализации мазками очерченного выхода из тупика будет непростым и небыстрым. Но — ведь мы таки уперлись лбами в тупик. И будем упираться в него все чаще и чаще. Если все же допустить, что предложенные пункты смогут в основном устроить ведущих игроков, то возникает вопрос: а нужны нам тогда выборы до принятия новой Конституции?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №1281, 8 февраля-14 февраля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно