Плутониевый демарш России

9 октября в 21:46

В начале прошлой недели Владимир Путин подписал указ о приостановке действия соглашений и протоколов, касающихся утилизации избыточных запасов оружейного плутония, и внес в Госдуму проект закона, устанавливающего откровенно невыполнимые условия возобновления утилизации.

В начале прошлой недели Владимир Путин подписал указ о приостановке действия соглашений и протоколов, касающихся утилизации избыточных запасов оружейного плутония, и внес в Госдуму проект закона, устанавливающего откровенно невыполнимые условия возобновления утилизации. 

Этот шаг удивительно совпал по времени с эндшпилем президентской компании в США, прекращением американо-российского взаимодействия в Сирии и назначением Сергея Кириенко, бывшего главы "Росатома", первым заместителем главы президентской администрации. Ядерной проблематики в этом шаге Путина много, но политики — еще больше. 

Недоделанная сделка

Американо-российские переговоры об утилизации избыточных количеств оружейных ядерных материалов начались сразу после окончания холодной войны. Атмосфера была располагающая: Россия готова была избавляться от избыточных арсеналов, Соединенные Штаты готовы были за это платить. 

Сделка по утилизации оружейного урана, так называемые "мегаватты за мегатонны" была достигнута уже 1993 г., и к началу 2014 г., аккурат к началу активной фазы российской "гибридной" войны против Украины, успешно завершена. Россия "разбавила" 500 тонн оружейного урана до уровня ядерного топлива, которое выкупили США. Стоимостные параметры до сих пор достоверно неизвестны, но их масштаб велик. Маленький кусочек этого пирога достался и Украине — в виде бесплатных поставок в середине 1990-х российского топлива для украинских атомных станций.

С оружейным плутонием успеха не получилась. Это связано с его свойствами, не допускающими простого использования в атомной энергетике и требующими затратной утилизации. После четырех лет переговоров в 2000 г., на излете правления Билла Клинтона в США и на взлете Владимира Путина в России, соглашение было подписано. Политический момент того требовал. Путин подавал надежды на реформирование России и даже просился в НАТО. 

Стороны согласились уничтожить как минимум по 34 тонны, то есть суммарно 68 тонн избыточных запасов плутония, пригодного для создания ядерного оружия. На тот момент все запасы такого плутония, включая содержимое ядерных боеголовок и складов, составляли до 100 тонн в США и более
120 тонн в России. С тех пор цифры изменились незначительно. 

Соединенные Штаты согласились на утилизацию через переработку оружейного плутония в т.н. MOX-топливо для последующего сжигания в гражданских реакторах для получения электроэнергии, с опцией, предполагавшей смешивание оружейного плутония с радиоактивными отходами и последующее захоронение. 

Россия выбрала для себя путь только лишь сжигания MOX-топлива, но в двух вариантах — в промышленных легководных ректорах серии ВВЭР и в реакторах на быстрых нейтронах серии БН. На тот момент у России на Белоярской АЭС в Свердловской области с советских времен уже работал энергетический ректор БН-600. Планировалось дополнительно построить более совершенный БН-800. США же предстояло начать проект почти с нуля. При этом России была обещана помощь в 850 млн долл. (запрашивалось в разы больше), из которых 400 млн должны были предоставить США, еще 450 млн должны были поступить от других стран на тот момент "большой восьмерки". 

Ввиду технической сложности и затратности, изменившихся экономических условий (Россия в 2000-х уже не столь остро нуждалась в деньгах), неурегулированности некоторых юридических вопросов, проект затягивался изначально. Но моментальное начало утилизации и не предполагалось. Строительство инфраструктуры должно было завершиться к 2013 г., собственно утилизация — к 2025-му. 

Параметры соглашения обе стороны устраивали не полностью, поэтому еще долгие годы продолжались переговоры по условиям его выполнения. В 2010 г., во время "перезагрузки" отношений с Россией, провозглашенной администрацией Барака Обамы, госсекретарь США Хиллари Клинтон и министр иностранных дел Сергей Лавров подписали протокол к соглашению 2000 г., который приближал параметры утилизации к российскому видению. США отказались от захоронения плутония, согласившись полностью конвертировать его в MOX-топливо. Россия получила возможность сжигать плутоний только в реакторах на быстрых нейтронах, причем с правом пересматривать параметры проекта в зависимости от предоставления американской помощи. Сроки сдвинулись — утилизация должна была начаться в 2018 г. и продолжаться 20—30 лет. 

Деньги дороже договора

Россия достаточно успешно продвигалась в своем проекте, даже без американской финансовой помощи. На мощностях Горно-химического комбината в Железногорске в Красноярском крае, ранее производившего и перерабатывавшего плутоний, с 2010 по 2015 гг. были созданы мощности для производства MOX-топлива. На Белоярской АЭС был построен реактор БН-800. Совместно с уже действующим реактором БН-600 темпы утилизации после полной загрузки можно было довести до 1,5 тонны в год. То есть утилизация 34 тонн могла бы быть завершена примерно в течение 25 лет. 

В США программа продвигалась значительно труд-нее. Цена строительства предприятия по производству MOX-топлива в Саванна-Ривер (Южная Каролина) возросла с первоначальных 4,8 млрд до 7,7 млрд, а затем и до 10 млрд. Общая же стоимость проекта в 2014 г. после очередного аудита была оценена в сумму свыше 30 млрд долл. Столь дорогим проект оказался из-за того, что США изначально крайне негативно относились к переработке плутония и не развивали, в отличие от России, это направление. Технологии для предприятия в Саванна-Ривер были закуплены во Франции. Частные предприятия атомной энергетики после анализа возможности использования MOX-топлива пришли к выводу о его нерентабельности и потребовали у правительства крупных компенсаций. 

В 2013 г. перезагрузка отношений, начатая в 2010 г., себя исчерпала. Последняя серьезная попытка США начать масштабный диалог с РФ о следующем раунде более глубоких сокращений ядерных арсеналов, который, возможно, включал бы еще один пересмотр соглашения об утилизации плутония, провалилась. Далее последовала гибридная война России против Украины и ее вмешательство в сирийский конфликт, которые привели американо-российские отношения к заморозке. 

Переломным моментом плутониевой саги стала весна 2016 г. Путин отказался ехать на ядерный саммит в Вашингтоне, обвинив США в грубом нарушении своих обязательств по утилизации плутония. Непосредственной причиной стала новость о том, что администрация Обамы не планирует в бюджетном запросе на следующий год продолжать финансирование предприятия в Саванна-Ривер и намерена начать альтернативный, на порядок более дешевый проект захоронения по технологии, не предусмотренной соглашением. Осенью намерение США прекратить финансирование производства MOX-топлива стало еще более прочным. 

Формально один лишь отказ от финансирования проекта и начало разработки иной технологии не является нарушением соглашений. Они могут быть нарушены только если в 2018 г. не начнется утилизация по согласованным процедурам, которые к тому же могут быть изменены в ходе дополнительных переговоров. Но де-факто США продемонстрировали твердое нежелание выполнять соглашения в той форме, в какой они были зафиксированы в 2010 г. Разрабатываемая новая технология утилизации действующими соглашениями не предусмотрена. Причем полностью она не раскрывается. Попыток начать новые переговоры по плутонию США не предпринимали. 

Гибрид плутония и раздавленных помидоров

3 октября Россия пошла на демарш. Путин издал указ о приостановке действия соглашения вместе со всеми протоколами в связи с "возникновением угрозы стратегической стабильности". Поскольку документы следовало ратифицировать, в Госдуму был внесен соответствующий законопроект. До этого момента объяснения могли бы быть даны, исходя из физики вопроса. Но далее следует сплошная лирика. 

Внесенный Путиным законопроект содержит ряд более чем странных условий возобновления программы. Россия требует, во-первых, сокращения сил НАТО до уровня 2000 г. и демонтажа военной инфраструктуры, созданной с того времени. Во-вторых, отмены так называемого "закона Магнитского" 2012 г. (персональных санкций в отношении ряда лиц, подозреваемых в масштабной коррупции и убийстве аудитора Сергея Магнитского, их разоблачившего) и закона о поддержке свободы Украины 2014 г. (персональных санкций в связи с аннексией Крыма). В-третьих, отмены всех секторальных санкций, введенных в связи с российским военным вторжением и попытками дестабилизации Украины. В-четвертых, компенсации ущерба, понесенного Россией в результате американских санкций и "вынужденных контрсанкций". Об утилизации плутония говорится где-то в конце. 

Требования выглядят сумасбродными, тем более — мало кто вообще помнит о такой проблеме, как утилизация плутония, хотя она и тянется с середины 1990-х. Гибрид плутония и раздавленных помидоров вышел комичным. Но действия российской власти, возможно, не бессмысленны, исходя из текущих задач ее выживания. 

Приостановка соглашения по плутонию, произведенная сразу после объявления со стороны США о замораживании взаимодействия с Россией по Сирии, выглядит подходящим дипломатическим ответом — "око за око". Причем ответ сформулирован в характерном для американского законодательства стиле, с детерминацией политики четкими условиями. 

Провал, пусть не окончательный, одного из важных соглашений в области ядерных вооружений — укол в сторону Барака Обамы, ставившего ядерное разоружение своей сверхзадачей, и Хиллари Клинтон, подписавшей протокол 2010 г. Стимуляция протеста среди части ядерного лобби в Конгрессе и электората Южной Каролины, теряющих часть доходов вследствие остановки крупного проекта "из-за политики демократов в отношении России", — еще один укол. Может, такие действия и принесут дополнительные доли процента кремлевскому фавориту Дональду Трампу. 

Все же, в этом театральном действе может быть и иной, более весомый для ближайшего будущего России смысл. 

В Кремле произошла "смена караула". Первым заместителем руководителя президентской администрации и главным внутриполитическим менеджером, по крайней мере, по статусу, стал Сергей Кириенко. До этого, с начала 2000-х, он возглавлял "Росатом". Российский "плутониевый проект" развивался под его руководством. Перед своим назначением на встрече с Путиным он рапортовал о вводе в строй БН-800 как об одном из главных достижений "Росатома". Считается, что у Кириенко сложились хорошие отношения с американскими демократами. И совершенно точно в политику его привел убитый в начале прошлого года Борис Немцов, один из главных политических оппонентов Путина. 

Говорят, Кириенко замечателен своей способностью встраиваться в любую власть. Но образ либерала с ним связан довольно прочно. Как и правозащитница Элла Памфилова, заняв этой весной должность главы Центральной избирательной комиссии, стала "демократическим лицом" недавних выборов в Госдуму, Кириенко может стать "демократическим лицом" грядущих, возможно, скорых президентских выборов. 

"Плутониевый указ" и Кириенко появились в политическом поле практически одновременно и одинаково неожиданно (в конце 1990-х Кириенко называли "киндер-сюрпризом"). Теперь они вместе во внешнеполитическом восприятии. Теперь "демократическому лицу" Кремля маневр в сторону США закрыт. Осталось еще сделать символический шаг в "деле Немцова" — и новая президентская рать сплочена, сменив только имидж. Для новых депутатов Госдумы голосование за "плутониевый закон" тоже станет символом вливания во власть.

Что касается плутония — ничего экстраординарного не произошло. Возвращение избыточного российского плутония в боеголовки прямо запрещено и указом, и новым законом. Можно разве что задуматься, был ли проект создания предприятия по производству
MOX-топлива и строительства нового реактора на быстрых нейтронах столь успешным, как заявлялось, если Россия без сожаления готова этот проект остановить на неопределенное время.

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Нет комментариев
Реклама
USD 25.77
EUR 27.74
Последние новости